Могучая крепость (ЛП)

— Конечно, милорд.
Если секретарь и был встревожен содержанием письма, его голос не выдал никаких признаков этого, и Тирск одобрительно улыбнулся макушке его склоненной головы, прежде чем продолжить.
— {i}Капитан харчонгского курьерского катера сообщает, что он насчитал как минимум восемь черисийских боевых галеонов и, по-видимому, по меньшей мере столько же транспортных или грузовых судов. Кажется маловероятным, что имперские черисийские боевые корабли были отправлены так далеко в качестве простого сопровождения конвоя. Поэтому я полагаю, мы должны предположить, что торговые галеоны, замеченные губернатором, на самом деле являются транспортами, и что всё это представляет собой операцию, направленную против нас здесь, в Доларе, или против Империи Харчонг. Учитывая более продвинутое состояние наших военно-морских приготовлений, я считаю, что это Королевство является более вероятной целью, хотя возможность операций против обоих королевств явно нельзя исключать.{i}
— {i}Наличие транспортов наводит меня на мысль, что черисийцы намерены захватить подходящую базу где-нибудь в Харчонгском Море или в самом заливе Долар. Очевидно, на данный момент мы не можем сказать, какая из этих возможностей является их действительным намерением, но я склонен полагать, что их наиболее вероятным пунктом назначения является Остров Когтя. Он практически необитаем, находится достаточно далеко от наших собственных военно-морских баз или баз Империи, чтобы препятствовать любой поспешной контратаке на него, и он был бы хорошо расположен, чтобы угрожать побережьям Кейроза, Казнецова, Тигелкампа, Стини и даже бухты Швэй, в дополнение к вмешательству в нашу собственную торговлю и судоходство в заливе Долар.{i}
— {i}Фактическое расстояние от острова Когтя до Гората, конечно, превышает четыре тысячи миль, но я полагаю, что вполне возможно, что, обезопасив и укрепив Остров Когтя, отважный черисийский командир вполне может захватить необорудованную якорную стоянку гораздо ближе к нам, исключительно в качестве передовой операционной базы. В прошлом я указывал на желательность укрепления островов цепи Доларской Банки.{i} — «Это должно будет разозлить Тораста, который отверг его рекомендации в этом отношении, — подумал Тирск, — но это всё равно нужно было сказать». — {i}При нынешнем положении дел я не могу гарантировать способность Флота помешать достаточно мощной черисийской эскадре захватить такую якорную стоянку на Острове Сокровищ или на любом из островов Трио{i}.
— {i}Очевидно, пройдёт некоторое время, прежде чем какие-либо боевые корабли, находящиеся так далеко, как Узости Кейроза, смогут представлять какую-либо угрозу в домашних водах. Однако я считаю, что нам следует действовать как можно более заблаговременно в связи с этим вторжением. Поэтому я смиренно прошу нас немедленно проконсультироваться с послом Харчонга о возможной координации наших усилий в этом отношении. Тем временем, мы с епископом Стейфаном проведём совещание о том, как наилучшим образом подготовить наши собственные силы. Я доложу вам, как только он, адмирал Халинд, и я завершим предварительную оценку наших возможностей и того, как их можно наилучшим образом использовать перед лицом угрозы, которую я предвижу.{i}
— Я имею честь быть, и так далее, и так далее, и так далее.
Граф на мгновение посмотрел в окно, задумавшись, затем пожал плечами.
— Перечитай это, пожалуйста, Мартин.
— Конечно, милорд. — Секретарь откашлялся. — {i}Милорды, мои долгом является проинформировать вас, что я получил…{i}
  
II. КЕВ «Танцор», 56, Около острова Когтя, Харчонгское Море
 
.II.
КЕВ «Танцор», 56, Около острова Когтя, Харчонгское Море
Сэр Гвилим Мензир наблюдал за марселями шхуны «Вестник», когда она миновала устье Змеиного пролива и изменила курс. Со своего места он не мог видеть её корпус, но мог отследить белые пятна её парусов на фоне вырисовывающихся коричневых гор острова Когтя, и он нахмурился, рассматривая их.
Больше всего его беспокоила пригодность Бухты Невзгод в качестве якорной стоянки, в случае если будет дуть восточный ветер. Даже шхуне было бы ужасно трудно идти против восточного ветра. Змеиный Пролив, южный вход в бухту, можно было бы использовать при ветре, дующем с северо-востока на восток, а Северный Пролив можно было бы использовать при ветре с юго-востока на восток, но галеону было бы трудно выйти из любого из этих проливов даже при таких условиях. Однако в данный момент ветер (какой бы он ни был и что бы от него ни было) дул с юго-юго-запада, и «Вестник» лёг на правый галс, с ветром, дующим почти с траверза, и направился к своему флагману.
 
Вся остальная часть находящихся под его командованием сил — пятьдесят три корабля — стояла в дрейфе в Заливе Раковин, широком водоёме между Островом Зелёный и Банкой Невзгод. Было невыносимо жарко, даже по черисийским меркам. Он оставил китель в каюте, но пот приклеил рубашку к коже, и когда он провёл рукой на расстоянии примерно дюйма над одной из выкрашенных в чёрный цвет карронад, стоявших на шканцах, то ладонь почувствовала тепло, как если бы он провёл ей над жаровней. Навесы, установленные над палубой, чтобы дать команде немного тени, конечно помогали, но, по мнению Мензира, разница была как между медленным запеканием в духовке или запеканием на открытом огне.
Он ожидал, что будет тепло, но совершенно не был готов к такой жаре, и тот факт, что ветер стих до слабого ветерка, совсем не обнадеживал. Так же как это совсем не добавляло скорости «Вестнику» на его пути к «Танцору». При таком ветре, даже маленькая флотская шхуна могла делать всего два-три узла на всех парусах, а ей предстояло преодолеть добрую часть пятнадцати миль, чтобы добраться до флагмана.
Мензир посмотрел на солнце и поджал губы. На это потребуется часов пять — скорее даже шесть — а было уже одиннадцать часов дня. Он поморщился и отступил в тень навеса на шканцах. Это была не особенно густая тень, но после чистого, обжигающего глаза солнечного света, казалось, что ты шагаешь в пещеру.
Очень жаркую пещеру.
— Данилд? — сказал он, поворачивая голову и моргая, ища своего флаг-лейтенанта, прежде чем его глаза действительно привыкли к лёгкому полумраку.
— Да, сэр? — ответил откуда-то позади него лейтенант Данилд Ражман, и он повернулся на голос.
— Ах, вот ты где! — Адмирал покачал головой, криво улыбаясь. — Я боялся, что тебя сожгло дотла.
— Ещё не совсем, сэр. — Ражман вернул улыбку своему адмиралу, хотя, по правде говоря, шутка Мензира, по мнению лейтенанта, была слишком близка к реальности. Ражман был выходцем из того быстро растущего числа чизхольмцев, зачисляемых в Имперский Флот, с экзотическими (по черисийским стандартам) каштановыми волосами и серыми глазами… и белой кожей, которая было совершенно счастлива покраснеть, покрыться волдырями или даже болезненно шелушиться, но категорически отказывалась загорать.
— Ну, я полагаю, просто время ещё не пришло, — усмехнулся Мензир. Не то чтобы он не сочувствовал; просто ни один из них ничего не мог с этим поделать, кроме как посмеяться.
— Нет, сэр, — согласился Ражман. — А пока, полагаю, вам нужно, чтобы я что-то сделал?
— На самом деле, да. — Мензир махнул в сторону «Вестника». — Я предполагаю, что им потребуется часов пять или шесть, чтобы добраться до нас. Учитывая эти обстоятельства, я подумал, что мы могли бы перенести ужин и пригласить коммандера Гразайла присоединиться к нам сегодня вечером. Кажется, это самое меньшее, что мы можем сделать после того, как отправили его в такую даль, чтобы поговорить с этими людьми.
— Конечно, сэр. Желаете, чтобы капитан Махгейл присоединился к вам?
— Капитан, мастер Сисмоук и лейтенант Крухейр… нет, Крухейр будет нести вахту, не так ли? — Мензир на мгновение задумался, затем пожал плечами. — Пусть это будут лейтенант Вальдейр и юный Свейрсмен. И ты, конечно.
— Итак… шесть гостей, включая меня? — сказал Ражман, мысленно считая имена. — Я пойду и скажу Нейклосу, сэр. Флаг-лейтенант снова слабо улыбнулся. — Хотя, он в любом случае будет жаловаться, что мы недостаточно рано ему сказали, как вы понимаете.