Двое лгут: Кто-то должен умереть (ЛП)

— Конечно, — усмехнулся Айзек.
— Спасибо. Оливия, позвони Брейдону и сообщи, что его услуги не требуются, а потом расскажи Стоуну, что ты узнала о компании «Чёрная Кровь».
— Поняла, — сказала Оливия.
— Тогда все могут быть свободны.
— Ты не хочешь, чтобы я осталась? — спросила Оливия.
— Нет. Я в порядке. У меня есть ружье Бернадетт. — Я направилась к дому, не оглядываясь. Конечно, я прекрасно знала, что веду себя грубо, но мне было все равно. Во-первых, мне нужно немного отдохнуть, чтобы подумать. А во-вторых, казалось, что все будут в большей безопасности, если станут держаться от меня подальше, особенно Оливия.
Вернувшись в дом, я защелкнула крючок на двери и достала из шкафа ружье Бернадетт. Наверху я проверила и заперла все двери, после чего закрылась в ванной. Прислонив дробовик к стене, я включила душ.
Положив телефон на стойку в ванной, я быстро переключилась на голосовую почту. Прослушивая сообщения, я разделась. Большинство из них оказались либо звонками, либо сообщениями с угрозами. Один звонок был из стоматологического кабинета с напоминанием, что на следующей неделе мне предстоит чистка. Еще один звонок был от Санни, о том, что они вернулись в дом Бернадетт.
Зайдя в душ, я прослушала еще два неприятных сообщения, смывая хлорку с кожи и добавляя шампунь в волосы. Следующее сообщение пришло из офиса судмедэксперта, в котором говорилось, что тело моего отца готово к выдаче. После этого последовало сообщение из похоронного бюро. Им тоже позвонили из судмедэкспертизы, и они согласовали время передачи тела моего отца.
К тому времени, когда я смыла кондиционер с волос, телефон объявил «конец сообщениям» и прекратил воспроизведение. Я вздохнула, расслабив мышцы, когда горячая вода попала мне на спину между лопатками. Затем телефон зазвонил снова.
Выругавшись, я выключила воду и завернулась в полотенце. Выйдя из ванны, склонилась над ковриком, чтобы посмотреть на дисплей телефона. Стоун.
Я нажала на кнопку ответа, включив громкую связь.
— Да? — проговорила я, вытираясь.
— Чувствуешь себя лучше? — спросил Стоун. В его голосе слышалась улыбка.
— Да, пока ты не позвонил и не прервал мой душ.
Стоун рассмеялся в трубку.
— Я не успел сказать во время твоей истерики, что твой дом свободен. Ты можешь приходить и уходить в любое время. Я сейчас еду туда, чтобы снять ленту.
— О, — промолвила я, заворачивая волосы в полотенце. — Наверное, это хорошо. — Я посмотрела на себя в зеркало, потянулась и выключила вентилятор в ванной.
— Что-то случилось? — спросил Стоун.
— Ну, просто я наконец-то чистая, — простонала я. — Все, что я хотела, это принять душ, а теперь мне придется оттирать кровь с пола?
— Ты можешь нанять кого-нибудь для этого. Может быть, я найду специалиста, который сделает тебе скидку.
— Нет. Даже со скидкой я не могу позволить себе платить кому-то. Лучше позабочусь об этом сама.
— Хорошо. Я сейчас подъеду к твоему дому. До встречи.
— Да, увидимся, — согласилась я, прежде чем коснуться красного значка телефона.
Я понажимала еще несколько кнопок, вернувшись к экрану голосовой почты. Удалив все сообщения, я нажала кнопку «Назад», чтобы вернуться на главный экран. Только, наверное, я слишком много раз успела щелкнуть по значку «назад», потому что перешла в фотогалерею.
Я уже собиралась закрыть экран, как вдруг заметила фотографии документов, которые вчера отправила Оливии. Увидев их, я вспомнила фотографии семейного древа, размещенные в «Леджере Куэйдов».
Я пролистала снимки и нашла семейное древо. Увеличив изображение, я навела курсор на ветвь Перл. Как я и запомнила, там значилось, что она умерла при родах.
Я уже хотела выйти из фотогалереи, как вдруг заметила свое имя на семейном древе. Я замерла и резко вдохнула, глядя на инициалы Л.Д. в скобках после моего имени.
Сердце заколотилось, когда кусочки головоломки сложились в единое целое.
Ланс Додд. Ланс Додд был моим отцом.
  
Глава 40
 
Когда подъехала к дому Ланса, я уже чувствовала себя настолько разъяренной, что даже не была уверена, смогу ли говорить. Я несколько раз просигналила, прежде чем вылезти из машины. Ланс вышел на крыльцо, изучая меня, пока спускался по ступенькам крыльца. На его лице застыла вина.
 
— Ты знаешь.
Я наставила на него палец, по лицу текли слезы.
— Как ты мог мне лгать? Я доверяла тебе.
Ланс молчал, продолжая наблюдать за мной.
— Как ты мог так меня предать? — спросила я, расхаживая взад-вперед. — Я думала, тебе не все равно.
— Мне не все равно. Серьезно. Поэтому я и держал рот на замке.
— Ложь! — рявкнула я. — Мне так надоела эта ложь!
— Я знаю, что ты чувствуешь себя преданной, но если дашь мне минуту, чтобы объяснить…
— Зачем? Чтобы еще больше наврать?
— Нет. С меня хватит лжи.
— Почему я должна тебе верить? Кто еще знал? Миссис Полсон? Мой отец? Бернадетт?
Ланс вздрогнул, когда я упомянула Бернадетт. Я вдруг вспомнила тот день, когда мой отец напал на нее. После того как отца усыпили, я застала Ланса и Бернадетт за спором в спальне отца. Бернадетт сказала Лансу, что я заслуживаю знать правду.
— Бернадетт знала, — поняла я. — Она знала, что ты мой отец. И она не сказала мне об этом.
— Это не ее собачье дело, но да, она догадалась об этом на прошлой неделе. Но если тебе нужно злиться, злись на меня. В конце концов, это я не защитил тебя, когда твой отец заболел. Я тот, кто оставил тебя разбираться с ним в одиночку.
Я вскинула голову, услышав дрожь в голосе Ланса. Я наблюдала за тем, как он борется со своими эмоциями. Отступив назад, я прислонилась к решетке радиатора грузовика и вздохнула, чувствуя, как утихает мой гнев.
— Я бы не бросила его. Мне жаль, что ты не сказал правду, но это ничего бы не изменило. Фрэнсис был моим отцом. Мне все равно, что говорит экспертиза ДНК, Фрэнсис всегда будет моим отцом.
— Я знаю это, — серьезно сказал Ланс, медленно подходя ко мне. — Вот почему я не говорил тебе — никому не говорил. Я все надеялся, что он поправится и станет тем же отцом, каким был раньше. Но потом, когда проходило все больше и больше времени… чувство вины… ну, через какое-то время оно стало слишком большим, чтобы переступить через него. Слишком большим, чтобы смотреть тебе в глаза.
— Не за что чувствовать себя виноватым. Я бы не бросила его ни в двенадцать, ни через пять лет, ни через пять лет после этого. В семье принято заботиться о близких.
Ланс шагнул ко мне и повернулся, чтобы прислониться к грузовику.
— Как ты узнала?
— Вскрытие. Они сравнили наши ДНК.
— Почему?
— Они сравнили ДНК Фрэнсиса и мою ДНК с ДНК жертв в озере. Потом, когда результаты показались странными, они сравнили ДНК Фрэнсиса с моей.
— Что значит, когда результаты показались странными?
— Один из трупов оказался родственником мне, но не Фрэнсису. Поэтому они хотели убедиться, что мы кровные родственники.
— Труп… Это была Райна?
Я покачала головой.
— Старше. Женщина была примерно твоего возраста, но она умерла много лет назад. Мы думаем, что это могла быть Перл Куэйд.
— Перл? — воскликнул Ланс с расширенными глазами, протягивая руку и хватая меня за предплечье.
Прикосновение Ланса вызвало в моем сознании целый поток образов. Я увидела Ланса подростком, танцующим с девочкой-подростком. Они кружились в поле и, закончив песню, упали в высокую траву. Они смотрели друг на друга сквозь травинки, разделяя глубокий многозначительный взгляд. Они были счастливы. Влюблены.
Картинки развеялись, когда Ланс убрал руку и отошел на добрых три шага.
— Извини. Я знаю, что прикосновения к тебе иногда приводят к разным последствиям.
— Это была Перл? Ты любил ее? — спросила я, смутившись.
На лице Ланса отразилась грусть, он отвел взгляд и прошептал:
— Да.
— Тогда почему? Почему Перл сбежала после окончания школы? Почему у тебя был роман с сестрой Перл?