Ювелирная лавка госпожи Таниты (СИ)

Золотистый дух пролетел прямо у меня перед носом и уселся ему на плечо. Словно хотел защитить Дарена от моего гнева, предатель мелкий.
– И когда же ты понял, что я тебе нравлюсь? – я не смогла сдержать сарказма. – Когда выставил мне почти невыполнимые условия?
Мое возмущение лишь забавляло этого засра… нехорошего человека. Он глядел на меня, склонив голову к плечу и улыбаясь. Взгляд темно-синих глаз был теплым, как горячий шоколад.
– Довольно быстро. Ну не вязался у меня образ распущенной актрисы с милой чопорной ювелиршей. А наш совместный урок почти убедил меня в том, что ты не настоящая Танита. Ты пахла по-другому, и плечи у тебя уже, а талия – тоньше, – он нарисовал ладонями в воздухе песочные часы. – И самое важное – магия. Я чувствовал ее в тебе. Тогда и решил – еду в столицу за правдой! Не стал спрашивать у тебя напрямую, чтобы не спугнуть.
Я выдохнула и подытожила:
– Значит, после столицы ты уже все знал. Тогда зачем были все эти шуточки и намеки? И бутылка?
– Не мог отказать себе в удовольствии поиграть с тобой. Ну есть за мной такой грешок, – он усмехнулся.
Ну нет, я его точно стукну! Невыносимый драконище.
– Какое-то время я думал, что ты сговорилась с настоящей Танитой, и она попросила тебя подменить ее, пока она сидит за решеткой. Но тогда ты должна была больше знать о ее жизни. Хотя бы об именинах. Малкольм передал брошь как раз на них, это было лето. А дети сказали, что твои именины зимой.
В памяти всплыла эта деталь разговора. Как знала, что она еще выйдет боком!
– Я с ней сговорилась? Звучит как бред.
– Не бредовее, чем история о другом мире, – уколол он.
– Так ты видел ее в тюрьме?
– Нет, к заключенным пускают только родственников. Я поговорил со смотрителем.
– За что Таниту посадили? Сколько ее там продержат?
Эта женщина получила по заслугам, ее разгульная жизнь привела к логичному итогу. Неужели она не понимала, что могла плохо кончить? Тюрьма – это черное пятно на нашей общей репутации. Волчий билет. Ох, чувствую, придется отмываться от этого долго и тщательно.
– Она попалась на мошенничестве и села на два года. Десять месяцев из которых уже прошли.
Так, значит, у меня есть плюс-минус год, чтобы что-то придумать. Но время пролетит быстро.
– И что дальше? О чем ты подумал тогда, Дарен?
Все это время он внимательно наблюдал за тем, как я реагирую на те или иные его слова. А я словно приросла к месту, взирала на него, сидящего, сверху вниз. Но преимущество все равно было у него.
– Я решил, что ты обманом проникла в дом Малкольма. Как будто знала, что здесь хранится что-то ценное, что тебе очень хотелось заполучить. Для этого ты хорошо играла свою роль, втерлась в доверие к несчастным сироткам, даже лавку вздумала снова запустить. В общем, от догадок мой мозг чуть не взорвался, и сегодня я решил припереть тебя к стенке. Ожидал услышать все, что угодно, но явно не то, что ты явилась к нам из другого мира. Обычно драконов накаркивают, а я накаркал себе… как ты там сказала? Попаданку?
Он протянул руку и коснулся моей холодной кисти.
– Свалилась как снег на голову, Танья, – произнес мягко, поглаживая центр ладони большим пальцем.
Чувство было приятным, но я все же высвободила руку из настойчивой хватки и убрала ее за спину. На лице Дарена отразилось разочарование, которое он быстро спрятал под маской равнодушия.
Не то, чтобы я всю жизнь шугалась мужского внимания, просто сейчас не место, не время, не те обстоятельства.
Я собиралась задать один очень важный вопрос, от волнения даже во рту пересохло.
– А ты… В доме Малкольма действительно есть что-то очень ценное?
Про бриллиант я говорить пока остереглась, потому что главного о Дарене не знала.
– Это ты у меня спрашиваешь? Я здесь не жил, хотя… – он нахмурился и коснулся пальцем лба. – Есть тут что-то, чего я пока не могу объяснить. Недаром мне захотелось поселиться именно в этом городе и свести знакомство с местным ювелиром. Словно чутье привело.
Он посмотрел на меня выжидательно, будто я должна была ему все объяснить.
 
Я уселась на диван, предусмотрительно отодвинувшись к краю, подальше от Дарена. Мало ли, вдруг решит схватить меня загребущими руками?
– Теперь, когда правду обо мне выяснили, скажи – ты на самом деле дракон? Мне не показалось?
Он долго молчал, сверля меня испытующим взглядом.
– А я все не мог понять, откуда у тебя тяга к этим опасным созданиям.
– Не увиливай! Я тебя отсюда не выпущу, пока не услышу честный ответ.
– Готов задержаться хоть до утра.
– Сейчас и так утро… Так ты дракон или нет? Ты говорил, что в тебе разных кровей намешано, плюс родом из Окдена. И другие странности я за тобой замечала.
– Ладно, откровенность за откровенность, – произнес он после недолгого молчания. – Драконом был мой прадед, один из последних, кто владел двумя ипостасями – драконьей и человеческой.
– Так я и думала, – я улыбнулась, радуясь, что наконец-то Дарен раскололся.
– Догадливая какая, – он хмыкнул. – Однажды предок обернулся человеком и пошел искать приключений, так и встретил веселую страстную гномку, вместе они зачали моего деда.
Вот недаром я почуяла, что в Дарене может течь и гномья кровь. Даже думала, что он гном-мутант.
– Дед женился на человечке, мои родители тоже былю людьми, – он продолжил посвящаться меня в свою биографию. – Драконья кровь очень сильна, она может сохраняться в роду много поколений, прежде чем вымоется окончательно. Так что да, мой предок – дракон. Этим можно объяснить мое увлечение, дело моей жизни. Но нас притягивают не только золото и драгоценности, еще и магия, и красивые женщины.
Кажется, мое посмурневшее лицо на что-то ему намекнуло, потому что Дарен торопливо добавил:
– Однако, если дракон встречает свою единственную, то остается верен ей до самой смерти.
– А ты… ты умеешь обращаться в дракона?
Вот сейчас скажет, что да. И каак превратится! Тогда я, наверное, умру от страха.
Но Дарен мотнул головой.
– У меня нет этого дара, я ведь не чистокровный. Зато злиться могу не хуже этого создания. Но почему ты так настойчиво хотела выяснить правду о моих предках, красавица? Так заинтересовала моя личность?
Личность, конечно, колоритная. Но это не все. Я набрала в грудь воздуха и спросила:
– У вас в роду не ходило никаких легенд, слухов… Словом, из сокровищницы твоего прадеда ничего не пропадало?
– Слышал о подобном, – ответил он, немного подумав. – Дед говорил, что был один смельчак, он прокрался в пещеру, пока дракон спал, и утащил самый крупный и ценный бриллиант.
Вот оно! То, чего я ждала, что хотела услышать! Теперь я точно могу доверять Дарену, ведь он – наследник дракона.
Я наклонилась к нему и быстро-быстро заговорила, стараясь не кричать и не давать много воли эмоциям:
– Этот бриллиант унаследовал Малкольм. Но сокровища драконов сулят несчастья, поэтому украденное должно быть возвращено законному владельцу или его потомку. То есть… тебе, Дарен.
Его глаза удивленно распахнулись:
– Ты сейчас не шутишь?
– Я не шучу серьезными вещами.
“Я ведь не ты” – добавила мысленно.
– Наконец-то все сошлось. Теперь я точно знаю, что судьба привела меня в Керлиг не зря. А ведь столько времени он был у меня под носом! Если бы я больше верил своей интуиции… – он был взволнован, как и я сама.
Мы обменялись взглядами. Сейчас я испытывала то же чувство, как и в ту ночь, когда поделилась своей тайной с Тимошем и Вардой. Мы с Дареном тоже связаны, и вряд ли теперь получится отделаться друг от друга.
– Бриллиант у тебя?
– Спрятан в надежном месте.
– Покажи мне его, – попросил Дарен.
Осознав, что придется распрощаться с ценной вещью, я ощутила странное сожаление. Да, хранить его было опасно, но я, как Фродо с кольцом, теперь не хотела с ним расставаться.
  
Глава 39
 
Что это? Жадность? Но ведь эта вещь принадлежит не мне, она никогда бы не стала моей. Стоило сомкнуть веки, как перед мысленным взором встал чудесный бриллиант – такой крупный, такой дорогой, и грани так играют на солнце.