Ювелирная лавка госпожи Таниты (СИ)

Он закатил глаза и погрозил пальцем.
– И кто еще меня шутником называл? У тебя самой острый язычок, Танья. За словом в карман не полезешь.
Шутить сейчас, когда на город опустилась ночь, а в саду пиликают цикады, казалось немного нереальным, словно происходило не со мной. И хотелось растянуть беззаботные минуты, когда я могла побыть чуть-чуть ребенком.
– Если ты, и впрямь, настроен серьезно, тогда идем, – сказала я с легким сожалением. Сейчас вся легкость испарится, и реальность возьмет свое.
– Я что, похож на шутника?
Дарен взял меня за руку, заставив обернуться, и доверительно заглянул в глаза. Я не привыкла видеть у него такое выражение, потому что от наглости и напора защититься было легче. А против того, что я видела, оружия у меня не было.
– Ты зря подозреваешь меня в разных пакостях. Да, я не подарок, иногда могу показаться бесцеремонным или даже грубым, но я желаю тебе только добра, Танья. Уж не знаю, что у тебя случилось в той, прошлой жизни, но что-то подсказывает, что там ты не была счастлива.
Я только вздохнула в ответ. Тревожили его попытки сковырнуть защитный панцирь, которым я себя окружила. Мое внутреннее пугливое Я куталось в одеяло из страхов и вопило: “Не трогайте меня!”
Говорят, чтобы не разочаровываться, нечего и очаровываться. Так внезапно человекодракона стало слишком много в моей новой жизни, я к этому не готовилась и рассчитывала тихо-мирно существовать в новом мире, никого к себе не подпуская и не привлекая внимания.
– Однажды ты все мне расскажешь, – продолжал Дарен, поглаживая костяшки пальцев, и эти размеренные движения успокаивали. – Я с удовольствием послушаю про твой мир и твою жизнь, а сейчас не стану на тебя наседать.
– Хорошо… Спасибо, Дарен, – произнесла я хрипло, потому что голос не желал повиноваться. Слишком много эмоций испытала за сегодня.
– Кстати, про купание я тоже не шутил. Хочется поскорее смыть с себя дорожную пыль, – он красноречиво поскреб щеку.
На следующие полчаса Дарен закрылся в ванной. До слуха то и дело доносился громкий плеск. Что он там делал? Хвост чешуйчатый намывал?
Наконец, довольный и посвежевший, он покинул санузел. В темной щетине блестели капельки воды, от Дарена несло стойким ароматом розы – как и заказывал, не обессудьте. Дала ему самое ядреное мыло.
– Теперь ты пахнешь так, что любой вор будет наш дом за километр обходить, – я усмехнулась и забрала у него влажное полотенце, чтобы повесить на веревку.
– Ты восприняла мои слова слишком букваль…
Он прервался на полуслове, потому что на лестнице послышались шаги. Я едва успела затолкать Дарена в гостиную и закрыть дверь, прежде чем в коридор спустился Тимош.
– Ты чего не спишь? – он зевнул во весь рот и потер сонные глаза.
– Работала, – я ощутила, как сердце заколотилось быстрее. Стыдно врать, но что поделать? Сейчас я не готова рассказывать о нашем с Дареном плане. – А ты?
– Водички попить.
Мальчик, зевая, пошатываясь и шоркая тапками, побрел на кухню. Потом так же медленно – обратно в спальню. Когда хлопнула дверь его комнаты, я проскользнула в гостиную, утопающую в темноте. Шторы были задвинуты так плотно, что свет звезд и луны сюда не проникал.
И тут же попалась в цепкие лапы дракона.
– Ты чего? – шикнула с перепугу.
– Ты сама на меня налетела. Я просто тебя поймал.
– Дарен, я умею держаться на ногах, – сказала и почувствовала, как тяжелая ладонь прожигает ткань платья на животе, а лопатки упираются ему в грудь.
Пара секунд – и я снова на свободе. В темноте померещилась коварная усмешка, словно дракон говорил: “Убегай, я все равно тебя поймаю рано или поздно”.
– Я буду спать на улице, – сообщил он. – Свежий воздух, комары… Одним словом, романтика. И если кто-то появится, услышу скорее, чем если буду сопеть дома на перине.
Совесть не позволила отпустить его просто так, и я сунула Дарену плед с подушкой, проводила за порог. И сразу стало ясно, что на постельные принадлежности претендует еще и Пушок. Помахивая хвостом, пес скакал вокруг человекодракона, норовя сцапать его подушку.
 
Ох, чувствую, весело будет Дарену спать, с таким-то соседом.
– Фу, прекрати! – шикнула я на собакена, но тот меня проигнорировал и продолжил свое занятие.
– Иди в дом, мы сами разберемся, – Дарен потрепал Пушка между ушей.
– Зови, если что-то случится, – напутствовала я, но тот лишь хмыкнул.
– Уже представляю картину. Я, здоровый взрослый мужчина, потомок драконьего племени, кричу и зову на помощь хрупкую женщину.
– Заметь, у этой женщины есть горелка и паяльник.
Почему меня все время тянет шутить? От нервов, что ли? Я провела ладонями по плечам, чтобы согнать предательские мурашки. Но как назло их стало еще больше!
Сон как рукой сняло. Хотелось и дальше болтать и смеяться, даже несмотря на то, что Дарен остается для исполнения важной миссии. То, что кто-то точит на меня зуб, уже не казалось таким уж страшным. Тут вон охранников целый вагон.
– Доброй ночи, – пожелала я.
Драконище хитро сверкнул глазами. У него бок боком уже устроился Пушок. Кто кого еще греть собирается?
– Приходи, если будет скучно. Поболтаем.
Ага, скучно мне будет. Завтра дел невпроворот, надо спать ложиться. Но подушка была слишком горячей, одеяло сбивалось в комок, духота наполнила комнату, а ноздри – прилипчивый аромат розы. Хорошую тактику Дарен придумал, разящую наповал.
Выдохнув раздраженно, я улеглась на спину и натянула одеяло до подбородка. Поймала себя на мысли, что прислушиваюсь к каждому шороху. Хотелось покинуть ставшую тесной комнату, все во мне рвалось на свободу, но я упрямо продолжала лежать, призывая сон.
Внутри свербело странное чувство, будто я что-то упускаю. И, чтоб его, оно меня просто допекло!
Я отбросила одеяло и рывком поднялась. Сменила прихваченные из дома шорты и маечку на домашнее платье и спустилась вниз. Стараясь не скрипеть дверью, вышла на террасу и сразу увидела развалившихся, как цари, Дарена с Пушком.
Казалось, мужики прекрасно проводили время вдвоем. Дракон полулежал, опираясь на подушку, которая, в свою очередь, была прислонена к боку пса. Эти двое явно о чем-то секретничали, потому что Дарен резко замолчал, увидев меня. Брови его поползли на лоб, глаза удивленно распахнулись.
– Не ожидал, что ты решишь почтить нас своим присутствием.
– Я помешала вам, сладкая парочка?
Пушок коротко гавкнул и, высунув язык, шумно задышал. А потом нехотя поднялся и потрусил в глубину сада. Мы проводили его взглядами, а потом Дарен похлопал по деревянному настилу.
– Присаживайся, раз пришла.
Я молча опустилась на пол террасы и скрестила ноги. Повела плечами – ночи стали холоднее. Дракон накинул мне на плечи плед. Между нами было около метра, но этого расстояния вообще не ощущалось.
– Эх, вы, теплокровные. Вечно мерзнете, – произнес он мягко и снисходительно.
Я бросила на него косой взгляд.
– Да шучу я, шучу. Кровь у меня такая же, как у вас.
– Почему ты скрываешь то, что у тебя в предках ходил дракон? Или летал, если быть точной.
– По-моему, это очевидно, – он усмехнулся. – Люди драконов не жалуют, боятся. Этот страх идет из глубины веков, он прочно сидит в подсознании. Этих диких существ всегда пытались уничтожить или приручить, покорить, и в наши времена людским магам это почти удалось.
В голосе Дарена послышался отголосок грусти. Я вдруг подумала – а мечтал ли он когда-нибудь парить среди облаков, как его вольные предки драконы? Видеть мир с высоты птичьего полета, чувствовать, как ветер наполняет крылья?
– Я не боюсь драконов.
– Ты – исключение. Ты пришла из другого мира, готов поспорить, что у вас другие чудовища.
– Ага. И самые страшные – это люди. Но Дарен… – я нахмурилась и почесала вертикальную складку на лбу. – Хоть ты и скрываешь свое происхождение, кто-то все равно нарыл правду. Аноним, мой тайный “друг” точит зуб не только на меня, но и на тебя. Ему очень не хочется, чтобы я с тобой общалась.