Огонек для чернокнижника (СИ)

Признаться, на миг в душе чернокнижника вспыхнул азарт. Да, было бы неплохо завладеть таким количеством энергии. Заключенную в артефакт, силу можно будет использовать при случае. Но чернокнижник быстро отогнал эту мысль. Если раньше он еще думал об этом, то теперь мысль эта претила. Хотя Шайи’тану об этом знать не стоило. И теперь Вирс понимал, где находится грань его сознания и где оказывает свое влияние Темный. Понимал и мог контролировать незаметно для владыки Тьмы...
Кассандра ощутила, как на мгновение все в ней завопило от возмущения, непонимания, почему же она не может больше ничего сделать, в следующий же миг, скованное сознание попыталось прорваться на волю. Кассандра порывисто вдохнула, глаза на секунду прояснились, являя отчаяние и пламя. Она ощутила себя в клетке собственного тела. Но вот и на другое плечо легла чужая рука и все порывы к свободе, желание освободить разум, все это исчезло. Осталось лишь повиновение.
Все трое исчезли в алой вспышке.
Шайи’тан перенес их прямо в ритуальный зал. Вирс понял это сразу, едва они оказались здесь. Что-то предпринимать пока было рано, ведь Кэсс все еще была в ошейнике. Он помнил наставления ведьмы и теперь выжидал подходящего момента. — «Не опоздать бы...»
Мысли летали в голове обрывками, и Кассандра никак не могла сосредоточиться. Накатывающая волнами ярость, казалась теперь какой-то чужеродной, пугающей саму девушку. Разум будто бы разделился надвое. Одна часть — зажатая где-то в углу, наблюдала за другой — чужой, околдованной, будто бы в ее, Кэсс, голове, был кто-то еще, кто-то не желавший ей ничего хорошего. А еще было стойкой понимание, что происходит что-то неправильное. Она еще не понимала, что только что дралась с Вирсом, не понимала, что происходит вообще. Лишь мутная пелена перед глазами и приглушенный звук голосов.
— Ты просто сделаешь это и будешь свободен. — Похоже, Темный был слишком уверен в себе и не допускал и мысли, что чернокнижник способен противостоять его воздействию. — Я отдам тебе часть силы. Ну, а девчонка... Да зачем она тебе после этого? Будет как овощ. Она же, считай, души лишится, стихии. — Рассуждал он. Кассандру тем временем положили на алтарь из белого камня. Изысканная резьба покрывала его, а рядом лежал ритуальный клинок. Чёрная глянцевая рукоять была абсолютно гладкой и красное лезвие мрачно сверкало в свете светильника. Тут собрались все четверо... Вирс, Шайи’тан, Лестр и Кассандра на алтаре.
Рыжеволосый не сводил взгляда с Вирса, одновременно выплетая сложный узор из энергетических нитей.
«Тоже пытается воздействовать?» — Заметил чернокнижник, но не стал проверять, чтобы не вызвать дополнительных подозрений. Пожалуй, стоило отдать ведьме должное, ведь маг совершенно четко ощущал попытки подчинить его разум и так же четко пресекал их, не нарушая целостности плетения. Посему, Лестр оставался в полной уверенности, что тоже подчинил и чернокнижника.
Вирс подошёл к Кассандре. Нужно найти способ снять амулет. Снять и бежать отсюда... И больше никогда не верить подобным россказням. Никогда...
Кассандра, лежа на алтаре, силилась осознать происходящее. Конечно! Те зеленые глаза. В них было что-то гипнотическое! Внутренний голос уже просто вопил о том, что нужно бороться. Она попыталась пошевелить хотя бы пальцами, но руки не слушались. Пламя, повинуясь чужой воле, затихло. И теперь девушка обездвиженная лежала на голом камне, исцарапанная, замерзшая и... на лице уже начал проявляться испуг.
Глаза метались, но Кэсс не могла пошевелиться. Она слышала обрывки фраз, о том, что сейчас Вирс отнимет ее стихию, уничтожит саму ее суть.
«Одно предательство за другим...» — По щеке скатилась слеза.
— Ох, наша милая огненная девочка, похоже, приходит в себя! — Хохотнул Лестр.
Это был первый миг, когда он отвлекся от чернокнижника. У находящихся здесь, не было сомнений — Вирс поддался ментальным чарам, еще чуть-чуть и свершится ритуал... — Так ведь будет даже интереснее.
Чернокнижник же тянул время. Теперь он стоял спиной к Темному и его слуге. Медленно занося руку с кинжалом над девушкой, Вирс судорожно размышлял. Решение пришло неожиданно и оказалось просто элементарным. Хватило одного взгляда истинным зрением, чтобы понять, в чем суть.
 
Кэсс повернула голову, глаза, полные слез смотрели на него. Вирс не удержался и незаметно провел рукой по волосам девушки.
— Заешь, Шайи’тан, я тут подумал... — Явная дерзкая улыбка проступила на губах чёрного мага, он в наглую скопировал фразочку Тёмного. Да ещё и набрался дерзости назвать того по имени, на что не многие решаются, даже самые приближенные его слуги. Он смотрел на Кассандру. Теперь чернокнижник знал, как снять ошейник. — Я тут подумал...
— Вирс, не делай глупостей. — В голосе Тёмного прозвучала угроза, но было поздно. Чернокнижник резко опустил руку с кинжалом на Кассандру...
— А не пойти ли тебе ко всем чертям?! — Толика силы, вложенная в кончик ножа, разорвала плетение на ошейнике и тот лопнул, рассыпаясь, освобождая пиромантку от влияния. В следующий же миг, Вирс накрыл их обоих мощным щитом- колпаком, отрезая от Темного и Лестра.
А еще мгновение спустя, прямо над алтарем раскрылся синий портал.
— Давай-давай, чёрная дылда, беги-беги! — Из портала высунулась голова Доджи. Увидев разъярённое лицо Тёмного, он с писком скрылся обратно.
— ВИИИРС!!! — Вслед чернокнижнику полетели мощнейшие темномагические заклинания, сминая купол щита. Но к тому моменту оба, Вирс и Кэсс, уже скрылись в синей бахроме портала... Все произошло за считанные секунды. И не было предела ярости Шайи’тана.
  
Глава 22
 
Где-то в пролеске из синей вспышки вывалились двое... Человек в чёрном балахоне и нагая девушка.
Кассандра, распахнув глаза, обнаружила себя посреди леса. Рядом с Вирсом. Еще не слишком понимая, что произошло, полуэльфа попятилась, опасливо глядя на мага.
«Может, он просто решил забрать себе мою силу, чтобы не делиться ни с кем..?»
Она стыдливо прикрывала свою наготу, в глазах стояли слезы. Сил на вызов стихии уже не оставалось, ведь сколько она выплеснула во время бойни с Вирсом там, на пустыре, да ко всему сказывались последствия столь длительного ментального воздействия.
Поэтому она лишь пятилась, запуганным зверем глядя на мага. Вся в ссадинах, кое-где были и синяки, на шее остался красный след от ошейника, и более отчетливый — черно-синий синяк по форме пальцев Вирса... Губы дрожали, она не могла вымолвить ни слова.
— Кэсс, прости меня. Я был идиотом. — Тихо произнёс чернокнижник, смотря пиромантке прямо в глаза, не предпринимая попыток подойти ближе, или сделать что-то ещё. Вообще извиниться перед кем-то для Вирса это уже было подвигом. — Тёмный... Он затуманил мой разум. Надавил на слабое место. Если захочешь, я потом объясню всё подробнее, а сейчас тебе нужно успокоиться и одеться, не то замерзнешь. — Голос заметно смягчился, теперь звуча даже как-то неестественно. Маг вполне понимал реакцию Кассандры. Но... вдруг она не поверит? Её право...
Кэсс перестала пятиться. После всего того, что с ней произошло, вспоминая, как таяла в руках Лестра, как жаждала убить Вирса. И как сам Вирс чуть не убил ее...
Она всхлипнула. Потом еще раз, задрожали плечи, задрожали губы. Она плюхнулась прямо на землю и разревелась, как маленький ребенок.
— Ну по-почемууууу все таааак? — Это была обычная женская истерика, ну, может не совсем женская, скорее детская. — По-п-очему все хотят меня уууубиииить? — Она вытирала слезы маленькими разодранными кулачками. Нос уже был красным.
После того, как сама стала жертвой воздействия, она поверила чернокнижнику, ну может еще не до конца, но все же очень хотела верить.
Вирс присел на корточки перед пироманткой.
— Теперь, тот, кто захочет тебя убить, будет иметь дело со мной. Пусть это будет даже сам Тёмный. — Рука в чёрной перчатке смахнула слезу с лица девушки. Сейчас он старался отодвинуть привычную холодность, совершенно четко понимая, что нужно девочке. — Отныне всё будет как раньше. Теперь не будет этих наваждений. — На лице мага мелькнула улыбка. Искренняя, настоящая улыбка, как у обычных людей, без доли холода или сарказма.