"Фантастика 2023-174". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— А… откуда ты знаешь, какие у нее оценки? — удивляюсь я. Сора же на домашнем обучении, у нее додзе и какая-то семейная школа кен-дзюцу, местный филиал.
— Натсуми-тян озаботилась — отвечает мама: — какая молодец. Вот кто думает о твоей маме — подбирает кандидатуры, собирает досье, анализ и…
— Кандидатуры?!
— Ээ… — мама понимает, что сболтнула лишнего. Я укоризненно смотрю на нее и она слегка краснеет.
— А что ты думаешь — идет она в наступление: — думаешь, легко быть матерью и ничего не знать с кем твой ребенок?! А если бы эта Сора была маньячка какая?!
— Маньячка? Серьезно? Да вам просто любопытно, вот и все… — ворчу я.
— Ну, хватит! — говорит мама: — поели и в школу! Потом поговорим… Хината! — сестренка подпрыгивает на стуле и хлопает глазами, едва не поперхнувшись чаем: — Чтобы сегодня вела себя как следует! Никаких аукционов по продаже свиданий своего старшего брата! И деньги людям верни!
— Но, ма! Ему это ж ничего не стоит, на свиданку сходить, а я по десять тысяч иен…
— Немедленно!
— Ладно…
Когда я выхожу за ворота — меня встречает знакомая ухмылка. Кажется, что она начинается прямо от ушей, но это не улыбка, это прости ниточка поджатых губ… выглядит отвратительно.
— А вот кого я сейчас бить буду! — говорю я в пространство: — Чего мне с утра не хватало, так это кому-то физиономию начистить. А то у меня синяк, а у тебя нет. Непорядок. У тебя два должно быть!
— Аники! Ты чего! — ухмылка с лица пропадает и появляется испуганный взгляд. И ухмылка, и испуг — все ненастоящее. Он сканирует меня на серьезность намерений и немного успокаивается, видя, что я не приступаю к мордобою немедленно.
— Дружище! — поспешно расплывается он в ухмылке еще раз: — А я как раз думаю, дай-ка я к Кенте в гости зайду, пройдемся до школы, как в старые, добрые времена, ты и я. Хочешь, я твой портфель понесу?
— Как будто было такое хоть раз. — вздыхаю я: — Чего тебе надо, Хироши-кун?
— Ой, как официально! — морщится тот: — Мы ж с тобой давно без суффиксов общаемся, мы же близкие друзья и подельники. А я тебя всегда «аники» звал! Как и положено второму человеку в твоей банде!
— Нет никакой моей банды. Кроме того… дай-ка вспомнить… ты обычно называл меня «тормозила» и «улитка». Ах, да, еще Тако-Кента… или Такента? — отвечаю я, закидывая на плечо портфель: — И чем это я на осьминога похож?
— Это были дружеские поддразнивания, еще больше укрепляющие нашу мужскую дружбу двух гетеросексуальных школьников — уверяет Хироши: — право, можно подумать, я тебя когда обижал!
— … — я смотрю на Хироши и только головой качаю. Обаятельный мерзавец, чего не отнять. Играет сразу на пяти уровнях и все равно втирается в доверие, не лопатой, так гранатой, просчитал меня верно, не буду я из-за старых обид бучу поднимать, а такое вот бесстыжее вранье на самом деле стеб над ним самим, способен над собой смеяться, что импонирует. Вот даже задумываться не буду над ним и его поведением, надоест — отстанет. Мне надоест — в тыкву дам, слава богу у школьников это просто. Лень мне в интриги и все эти дворцовые церемонии, когда он знает, что я знаю, что он знает, et cetera…
— Так я что… я же деньги тебе принес! — Хироши с поклоном вручает мне пухлый конверт с купюрами: — Это от устроителей шоу, плюс небольшая премия. Правда ее мне выгрызать пришлось, такие жмоты… но в конечном итоге все тут.
— О… — принимаю конверт и заглядываю внутрь. Ого! Тут и перчатки свои, и обувь и даже, наверное, на несколько походов в хороший ресторан и лав-отель. Надо будет Косум пригласить… только сперва раковину надеть, для колокольчиков.
— Я побежала! — дверь распахивается и на улицу вылетает Хината, она красная и злая, ей от мамы досталось.
— Какая симпатичная малышка! — воркует Хироши, наклоняясь над ней: — Сразу видно что твоя сестренка!
— Старый изврат! — вспыхивает Хината и с размаху пинает Хироши по голени. Тот вскрикивает и хватается за ногу, шипит что-то на парселтанге. Хината вздёргивает носик и убегает в сторону своей школы.
— А говорят, молодежь уже не та… — задумчиво смотрю я ей вслед: — а нет, смотри-ка. Гены…
— Сссс! — шипит Хироши, поглаживая голень: — По крайней мере видно, что вы родные по крови. Вот же… поганка…
— Она тебя тоже любит, Хироши — киваю я: — Ну, пошли в школу?
Глава 10
На углу улицы я замечаю несколько девушек в школьной форме. Хироши произносит несколько слов на своем тайном змеином языке, что-то в духе «только вас тут не хватало». Девушки оборачиваются.
— О! Кента-кун! А я знала, что ты этой дорогой пойдешь! — кричит на всю улицу Мико и машет рукой: — иди к нам! Вместе в школу пойдем! — я поворачиваю к ним, мы с Хироши переходим улицу и присоединяемся к черно-белым хищницам нашего социального океана, потому что на углу улицы, прямо под светофором стояли Натсуми, Мико и Кэзука. Королева и ее свита. Совершенно случайно оказались на моем пути в школу. Совпадение? Ладно, я не буду параноиком, не буду делать далеко идущие выводы, вроде «Натсуми все спланировала и ждала нас на углу со своими подружками, потому что ждать у дома, как Хироши она не могла, статус не позволяет». Могла бы подождать в школе, у ворот школы или вовсе в классе, никуда бы я не делся, все равно туда иду. Разве что в школе будет уже поздно… поздно для чего? Я решаю не заморачиваться тайнами мадридского двора и не думать обо всем этом. Вместо этого я делаю шаг вперед и обнимаю Мико, которая от удивления вытаращивает глаза.
— Привет! — говорю я: — Вы не поверите, как я скучал.
— М-мы видим. — говорит Кэзука и опасливо отодвигается от меня: — Кидаешься на людей как зверь какой-то!
— Отпусти меня! — пищит Мико: — Я дышать не могу! Раздавишь! Медведь!
— Ара-ара… — говорит Натсуми играя полутонами и перепадами в голосе так, что на секунду я будто Мидори услышал, женщину средних лет, которая насмехается над неуклюжим подростком: — так я хотела сказать, увидев, что ты идешь в школу с Хироши-куном, но после того, как ты облапал Мико, я уже не уверена в своем «ара-ара».
— Да отпусти ты меня! — раскрасневшаяся Мико наконец вырывается из моих объятий и поправляет одежду: — Здоровый какой стал!
— А это «ара-ара» относится скорее к тебе, Мико-чан. Я смотрю, тебе нравится, когда тебя грубо хватают и мнут как плюшевую куклу. Надо же, сколько вокруг мазохистов… — добавляет Натсуми с легкой улыбкой на лице и делает шаг в сторону, когда я пытаюсь обнять и ее: — Но, но, любитель легкой поживы! Все-таки мое «ара-ара» пригодится и тут… сейчас… — она поднимает взгляд вверх и прикладывает пальчик к подбородку: — как это …
— У нас с Кентой — здоровые мужские отношения — наконец получает шанс высказаться Хироши: — мы с ним лучшие друзья и деловые партнеры, верно, Кента? Мужская дружба превыше плотской любви…
— Ара-ара, Кента-кун — опускает взгляд Натсуми: — ты все-таки покорил сердце Хироши-куна своим благородством и мужественностью. Постарайся не разбить его теперь, эго Хироши-куна крайне хрупко и явно завышено…
— … и ладно. — соглашается Хироши. Так как позвоночника этот змей не имеет вовсе, то для него уступить в споре дело плевое, а вступать в прямую конфронтацию с Натсуми он не решается. Хироши — оппортунист и как таковой ввязывается в бой только тогда, когда выигрыш гарантирован.
— Я не мазохист! — отвечает Мико: — Я онлайн-тест проходила! Я — бисексуал!
— А вот тут я бы на твоем месте насторожился, Натсуми-сама. — решаю поддеть ее в свою очередь: — Ведь если Мико-тян свою любовь и обожание к тебе выльет в плотскую форму…
— Плотскую форму? — бровь у Натсуми поднимается ровно на два миллиметра, чтобы точно показать степень ее озабоченности этим вопросом. Ровно два миллиметра озабоченности, не больше.