"Фантастика 2023-177". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Сэр Брудо уже понял, что отговорить Алекиана не удастся и решил «прикрыть тылы», как он про себя это называл. По его знаку ротный писарь — он же по совместительству и капеллан — в это время как раз заканчивавший молитву о даровании победы воинам Света, которую читал перед строем рыцарей гвардии, подбежал к ним и опустившись на колено, извлек свои письменные принадлежности. Действительно, приказ был готов за минуту и принц, стащив латную рукавицу, приложил к документу перстень с печатью.
— Я все-таки тоже должен остаться с войском… — гнул тем временем свое принц Кадор.
— Да-да… — пробормотал не слушая Алекиан и вдруг спохватился — а где Гельда-колдун? Он обещал, что заставит сегодня светиться рубин на моем шлеме!
Принц одел сегодня по случаю генерального сражения ярко-алые доспехи и плащ, такого же цвета было и убранство его коня — Алекиан намеревался войти в историю как Алый Рыцарь! Оруженосец подал своему господину шлем, увенчанный алыми перьями — рубин исправно сиял.
— Разверните мое знамя! — приказал Алекиан. — Мы начинаем!
…Ведь всё идёт по плану…Всё идёт по плану…Тем временем на южной стороне поля между командирами шел не менее горячий спор:
— А я повторяю, ваше величество, — твердил сэр Мернин, — наши латники боятся!..
Разумеется, рыцари не обратили бы внимания на страхи своих воинов, но дело было в другом — на самом деле эта фраза означала, что боятся сами сеньоры (в чем они не согласятся сознаться никогда).
— Чего боятся?.. — устало спросил Ингви.
— Что их заставят биться с рыцарями. Ведь им роздали длинные пики!
— Я же вам изложил план боя — никто ваших латников не погонит в лобовую атаку на вражеских рыцарей. Сколько раз еще нужно объяснять, чтобы все поняли?.. — ответ звучал грубовато, но Ингви уже дико устал от всяческих приготовлений, а между тем битва еще не началась.
— Откровенно говоря, ваше величество, — не выдержал игры в недомолвки юный сэр Кернит, — кое-кто опасается, что орки не пропустят нас, когда мы будем отступать через это… э-э-э… сооружение.
Ингви задумчиво взглянул на «сооружение» — позади фронта кавалерии его орки и городские ополченцы соорудили что-то наподобие длинной клетки. Три ряда вертикальных кольев полутораметровой высоты, соединенных между собой продольными и поперечными брусьями образовали прочный каркас, который сейчас горожане крепили к земле деревянными и медными заостренными штырями — именно звук этих ударов, разносящийся по всему ратному полю и насторожил капитана ок-Икерна. Неприятель, разумеется, не видел всего этого, поскольку от него «сооружение» было скрыто строем конников, которые должны были отступить затем по плану через многочисленные проемы в «клетке», охранявшиеся орками, готовыми по команде Кендага их запереть.
— Гангмар побери! — вдруг воскликнул Валент Гранлотский, — Проклятье! Я сам останусь на месте и мои латники тоже! А трусы пусть убираются!
Накануне у маршала был долгий разговор с Ингви, в котором бравый рыцарь изложил демону свои сомнения в благородстве такого способа ведения боя, какой наметил король: «Сомневаюсь, ваше величество, — заявил он, — достойно ли такое дворянина? Я бы предпочел добрую схватку…» На что король ответил, что, дескать, это не менее достойно и благородно, чем идти с пятьюдесятью рыцарями на двенадцать и под конец заявил: «Сэр Валент, поймите меня — ведь вы один, должно быть, способны понять — я не менее вас смущен тем, что использую такую хитрость там, где вам, благородному рыцарю, хотелось бы видеть доблесть, но… Но есть, полагаю, доблесть рыцаря и доблесть короля — а это не одно и то же! Доблесть рыцаря в том, чтобы отважно биться, как бы ни был силен враг и — если нужно — пасть в бою, а доблесть короля — в том, чтобы отважно биться, если нужно пасть, но победить, как бы ни был силен враг! Ибо король рискует не только своей жизнью и честью, но и своей страной… А это большая ответственность…»
Эти слова запали в душу рыцарю и он готов был теперь силой заставить своих земляков исполнить приказ, но тут раздался голос короля:
— Благодарю вас, сэр Валент, я вижу, что не ошибся в вас… А что касается остальных… То все это я уже видал — при штурме замка вампиров. Скажите, господа, убедит ли вас мой личный пример? Я сам встану впереди вас… Эй, Сарнак!.. Хотя нет, ты слишком рослый… Ннаонна, оденешь мои доспехи и встанешь под знаменем, а я буду в первой линии. На такое вы согласны, господа? Тогда вперед — у нас не осталось времени на разговоры. Смотрите — вражеские предводители спускаются с холма. — и король принялся расстегивать застежки крепления шлема.
— Простите нас, ваше величество, — заговорил сэр Лимни, — этого не нужно. Мы готовы исполнить свой долг.
Рыцарь из Гернивы повернул коня и направился к строю своих латников, вслед за ним, устыдившись, двинулись и другие.
Ингви, успевший уже стянуть свой шлем, вдруг улыбнулся своей обычной кривой улыбочкой и подмигнул Ннаонне:
— Именно на это я и рассчитывал!
С этими словами король опять водрузил шлем на место и принялся возиться с застежками:
— Теперь, кажется, все готово… А передумать или опять испугаться они уже просто не успеют… Впрочем, сейчас я их постараюсь успокоить окончательно…
Закончив приводить в порядок свои доспехи, Ингви двинулся за рыцарями и выехав чуть вперед, двинул Уголька вдоль строя своей кавалерии:
— Благодарю вас, господа! И помните: залог нашей победы — в точном исполнении плана! Точность сегодня будет важнее личного геройства. Если кто-то вдруг раздумает отступать и захочет сразиться с вражескими конниками — такого героя я накажу и извинением ему сможет послужить лишь одно — если он своей рукой сразит не менее десяти вражеских рыцарей. Ваша задача — вовремя отступить и точно выполнить затем маневр, который вам покажут командиры. А уж тогда у вас будет возможность пощипать перышки этим раззолоченным павлинам, — тут Ингви махнул рукой в сторону строя врага, где выделялось богатство доспехов гвардии и пестрели разноцветные плащи сантлакских волонтеров. — Я надеюсь на вас, господа!
Произнося свою речь, Ингви все время косил глазом на вражеский строй. Как только он заметил, что неприятельские воины расчехляют знамена и выравнивают ряды — он тут же закончил говорить и поскакал назад — занять свое место под знаменем на небольшом курганчике. Оттуда он вновь оглядел свой строй: впереди — около двухсот всадников (двенадцать рыцарей, каждый — с двенадцатью-пятнадцатью латниками и Сарнак с отрядом конных слуг из Альхеллы — вся конница, какую только он смог собрать, чтобы заслонить от глаз врага свою постройку), далее — за тройным рядом бревен — пехота: эльфы с длинными луками, триста орков в доспехах и двести горожан — по двадцать от каждого цеха Альды. Ингви мог потребовать от цехов выставить и по пятьдесят вооруженных ополченцев — закон это позволял — но предпочел оставить побольше людей в столице — под началом канцлера. Там они нужнее — готовят столицу к возможной осаде и спешно подправляют каменные стены города. А исход сегодняшнего сражения все равно решит не пехота… Чем меньше армия, решил Ингви, тем больше в ней порядка. Он вновь взглянул на вражеский строй — кажется, началось. Сердце заколотилось, как сумасшедшее…
На северной половине ратного поля затрубили рожки, сплоченная масса кавалерии двинулась вперед — сначала шагом, затем все больше набирая инерцию, быстрее, быстрее, разгоняясь под уклон. Гулкий грохот сотен подкованных конских ног навис над полем, рыцари первого ряда уже опускали пики с трепещущими значками для удара — казалось, эта неудержимая лавина растопчет все на своем пути и пробьет любой заслон.
Альдийцам, чтобы попытаться устоять, требовалось также двинуться галопом навстречу врагу — и набрать инерцию для удара сплоченной массой. Вместо этого они, ломая строй, начали поворачивать коней. Со стороны такое движение выглядело беспорядочным паническим бегством, однако на самом деле это был точно спланированный и тщательно отрепетированный маневр. Рыцари и латники, совершенно без суеты и не сталкиваясь друг с другом, устремились сквозь проходы в невысоком частоколе, миновали их под самым носом у нависавшей уже над ними конницы врага и не останавливаясь миновали строй пехоты. Оказавшись за спиной у ополченцев, всадники так же четко разделились на два отряда и поскакали к флангам. Сразу за их спиной орки перекрыли проходы, вогнав тяжелые брусья в гнезда — решетчатая стена перед фронтом надвигающейся кавалерии врага стала монолитной. Сквозь щели забрал Алекиан и его рыцари едва успели увидеть свежеоструганную древесину вместо спин бегущих альдийцев и не успев даже понять, что происходит, врезались на всем скаку в невесть откуда взявшееся на их пути препятствие.