"Фантастика 2023-178". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

– Нет! – крикнула Агнесса Пейси. – Я честная женщина и честная жена.
– Как у вас язык поворачивается говорить такие гнусности! – возмутилась Вайолен Вендер.
– Нам хватает наших мужей! – рассмеялась Дора Уорчестер. – А по совести сказать, и до них-то дела нет…
Две другие женщины также ответили отрицательно.
– Ну что ж, – утер пот со лба Джон Стерн. – Вы сами вынуждаете нас прибегнуть к допросу с пристрастием. Принести орудия пытки!
– Одно и то же, – прошептал брат Августин. – Одно и то же повсюду… Может быть, она была права?
Когда женщин начали пытать, брат Августин вышел из подвала – он не любил вида истязаемой плоти. Он поднялся наверх и вошел в церковь. Здесь было тихо и благолепно: позолота на колоннах, статуи святых, лучезарный крест, ряды деревянных скамей… Свечи у алтаря горели спокойным ровным светом.
Августин преклонил колена и начал молиться:
– О милосердный Господь, в Троице поклоняемый! Снизойди до раба твоего и пошли ему жизнь безмятежную. Укрепи мою веру, Господи, укрепи надежду, укрепи любовь…
«Любовь», – эхом пронеслось в церкви. Было это словно дуновение тихого ветра. Пламя свечей чуть качнулось. Позолота на кресте засияла ярче. А из-за статуи святой великомученицы Екатерины к брату Августину вышла женщина. Она шла по воздуху, легкий ветер развевал ее белоснежные, затканные серебром одежды и длинные темные волосы. Глаза женщины сияли как два сапфира.
– Нет, – простонал брат Августин, не в силах встать с колен. – Тебя не может здесь быть! Это храм Божий!
– Я бываю, где хочу, с кем хочу и когда хочу, ибо я женщина, – насмешливо ответствовала Безымянная Ведьма, а это, конечно, была она. – Как твоя жизнь, теодитор? Не тяготит ли она тебя? Не слишком ли долго ты живешь? Какой сейчас год, теодитор?
– Тысяча шестьсот сорок пятый от Рождества Христова, – прошептал брат Августин.
– Ты топчешь эту землю уже более ста лет, – усмехнулась Безымянная Ведьма. – В этом есть и толика моей заслуги. Я всё жду, когда ты опомнишься, Августин. Когда прекратишь говорить невинным, что они виновны.
– Невинных нет, один Господь невинен.
– А вот это уже схоластика, – погрозила пальчиком Безымянная Ведьма. – Вот это уже вашими высушенными монашескими мозгами надумано и в ход пущено! Послушай меня, Августин. Сейчас в подвале этой церкви мучают пятерых женщин. Их пытают и пытками стараются вытащить из них признания в том, чего они никогда не совершали. Они не ведьмы, Августин, и ты это знаешь. Так отпусти их. Скажи этим двум сладострастным безумцам – Хопкинсу и Стерну, что они ошибаются. Спустись и скажи, пока у женщин целы пальцы на руках.
– Нет, – качнул головой Августин.
– Послушай меня. – Говоря это, ведьма полыхнула глазами так, что сердце теодитора затрепетало. – Ты ведь когда-то любил правду. Ты и сейчас еще хочешь знать, какова она, истина. Так вот истина заключается в одном: вы губите невинных. Хочешь, возьми меня и суди как ведьму, только отпусти этих несчастных?
– Ты ведь не испугаешься пыток?
– А зачем пытки, я и так всё расскажу. Идем, сойдем в подвал палача вместе, Августин.
И они спустились вместе в церковный подвал: брат тайного ордена и Истинная Ведьма.
В подвале пахло паленым мясом. Пятеро женщин корчились на полу в муках, их тела были залиты кровью.
– Они не признаются, – прохрипел брату Августину Джон Стерн.
– Оставьте их в покое, они и не признаются, – сказал Августин. – Это просто жалкие тупые бабы. Вот, я привел вам истинную ведьму.
Мэтью Хопкинс и Джон Стерн с недоумением посмотрели на брата Августина. Они не знали всей его биографии, не знали, к какому ордену он принадлежит, он прибился к ним, как прибивается попутчик. Они находили его странным и самоуглубленным. И вот теперь этот непонятный человек, на челе которого даже нет печати возраста, говорит о том, что привел им истинную ведьму! И это он о женщине, чьи одежды роскошью превосходят одежды герцогини!
– Брат Августин, что с вами? – осторожно спросил Мэтью Хопкинс.
– Я был слеп, а теперь прозрел, – сказал Августин. – Возьмите эту женщину и судите ее.
 
– Да, судите меня, – сказала ведьма. – Только отпустите несчастных, которых вы оклеветали. – Одним движением она сбросила с себя серебристую одежду. – По вашим учениям, ведьму следует осмотреть, ибо на ней могут быть метки дьявола. Что ж, приступайте, осматривайте меня! И не думайте улизнуть от этой чести, ведь я признаюсь в том, что я – ведьма!
– Хор-рошо, – сказал Джон Стерн. Глаза его словно заволокла пелена, он судорожно дышал. Вне себя он подошел и коснулся гладкой молочной кожи ведьмы. Ведьма повернулась к нему спиной, и Стерн отшатнулся с воплем – у ведьмы рос длинный чешуйчатый хвост, заканчивающийся каким-то золотым украшением.
Ведьма подняла хвост и щелкнула им по щеке Стерна.
– Ну как, – хохотнула она. – Удостоверился? Пишите в своем акте: у ведьмы найден хвост!
Она щелкнула пальцами, и сброшенная одежда чудесным образом снова оказалась на ней. Второй щелчок – из ниоткуда появилось красивое резное кресло. В него ведьма уселась напротив своих судей.
– Что ж, продолжим, – сказала она. – Какие вопросы вы задавали этим несчастным?
– З-заключали ли они сделку с дьяволом, – пробормотал Стерн.
– Ха, забавный вопрос! – воскликнула ведьма. – Его могли изобрести только такие тупоумные невежи, как вы! Да будет вам известно, что ведьмы к дьяволу никакого отношения не имеют, скорее это вы ближе к Владыке ада! Ни я, ни одна настоящая ведьма не заключает ни с кем сделок, если не желает этого, потому что ведьмовство – это полная свобода! Понимаете ли вы, что такое полная свобода?!
– Свобода – грех, никто не рожден свободным…
– Ошибаетесь! Именно те, кто ощутил себя свободным, и смогли постичь тайны колдовского ремесла. Но вы хватаете не тех, вы хватаете невинных. Вместо орлов вы охотитесь за кроликами…
Женщины, до этого лежавшие ничком и стонавшие, вдруг замолчали и стали подниматься. Они жадно прислушивались к речам женщины в серебристом платье. А Безымянная Ведьма говорила, говорила…
– Что у вас за обвинения? В плотской связи с дьяволом? Как вы глупы, если обвиняете в этом простых земных женщин. Поверьте, дьявол в этом вовсе не нуждается!
– Но другие обвиняемые признавались в нечистых сношениях и даже описывали сам акт совокупления…
– Чушь! Я знаю, как были вырваны эти признания – под пыткой! А под пыткой любой сочинит что угодно, лишь бы не висеть на дыбе. Я – настоящая ведьма, и вы думаете, что я позволю себе унижаться до сношений с врагом человеческого рода?! Глупцы и слуги глупцов! Вы никогда не поймете, что такое – ведьма! Что ж, возьмите меня, казните, только отпустите вот этих пятерых женщин. Они ни в чем не повинны.
– Нет, сестра! – вдруг воскликнула Дора Уорчестер. – На костер мы пойдем вместе!
– Зачем это тебе? – изумилась ведьма. – Ты ведь ни в чем не виновата!
– А в чем виновата ты? Так пусть их судит Бог за то, что они жгут невиноватых!
– Мы пойдем с тобой, сестра.
– Мы не ведьмы, но, видит Небо, стали бы ими – такими, как ты!
– Опомнитесь! Нет! Вы не пойдете со мной на казнь!
– Мы пойдем, сестра, – улыбаясь разбитыми губами, сказала Агнесса Пейси. – Костер – не худшее завершение земной жизни.
– Вы не понимаете, – сказала женщинам Безымянная Ведьма. – Я не сгорю на костре. Я останусь жива. А вот вы – вы сгорите. Потому что в вас нет и капли колдовства.
– Ну и пусть, – тряхнула волосами Вайолен. – Говорят, это не так уж и больно.
– Я умоляю вас! – вскричала Безымянная Ведьма, вставая перед женщинами на колени. – Опомнитесь! Не губите себя! Не идите на поводу у этих бесчувственных мужланов, всё дело которых – сгубить вас! Вспомните, у вас есть мужья и дети!
– Дети вырастут и без нас, – сказала Агнесса. – А мужьям мы давно не нужны. Да будет костер!
– Нет! – схватилась руками за лицо Безымянная Ведьма.
– Да, – поднялась с места самая почтенная горожанка Петронилла Пайс, привлеченная в качестве свидетельницы. – Пожалуй, и я составлю вам компанию. Так и так придет мое время.