Другой мужчина (СИ)

— Настя, а вы уверены, что лучше клиента знаете о его интересах? — мягко ответил на возмущение. Он не мог грубить Насте.
— Будьте добры, Анастасия, — холодно поправила она. — Если вам кажется, что Лёня был таким плохим руководителем, а вы знаете лучше, то где же ваша компания, которую вы построили с нуля?
— Вы обо мне ничего не знаете. И не будем переходить на личности, — всё ещё мягко. Мне жаль, что ваш директор погиб, но я не буду оставлять здесь всё как есть только в память о… Леониде.
Имя соскочило с языка будто силком. Надо привыкать. Деймос оглядел сотрудников — настороженное внимание, кое-где неприязнь. И глубокая злость — Настя.
— Вряд ли Леонид мечтал о том, чтобы быть незаменимым. — Он еле заметно пожал плечами. — Как вы думаете, хотелось бы вашему бывшему директору, чтобы компания умерла вместе с ним? Чтобы люди, которые работали с ним много лет, оказались на улице? Мораль и дух — это хорошо, но, коллеги, давайте работать. Свободны. Вопросы обдумайте до завтра. Мне не нужно негативных эмоций.
Настя ушла первая. Жаль.
А вот Любава с отдела кадров и Имрид с отдела маркетинга остались.
Лучше бы наоборот. Сердитая, грустная Настя всё равно восхитительна.
— Шеф, насчёт Насти, — начал маркетолог.
— Она прелесть, и я не буду её преследовать за длинный язычок, это вы хотели? — опередил его Деймос, с насмешливой улыбкой.
— Отчасти, — строго отозвался тот. — Она вдова Леонида, вы ведь знаете? Они очень любили друг друга. Пожалуйста, не употребляйте в её присутствии слова «погиб» и вроде того. Она долго не могла поверить, и до сих пор сложно это воспринимает.
— Поверить? Останки, вроде бы нашли. Сверили генетически, — пожал плечами новый директор.
— Вы не понимаете, — воскликнула Любава. — Просто любящее сердце не может поверить в худшее. Настя до сих пор иногда нет-нет, да проговорится — что ей хочется проснуться от этого всего. Они любили друг друга как в сказке. Леонида любили все, вы ведь помните?
Экзальтированная особа эта Любава. Жизнь — не роман, она не кончается смертью героя. Даже для Насти.
Особенно для Насти.
Он так решил.
— Да, он был замечательным человеком.
Пришлось сказать, чтобы не вызывать лишних вопросов.
— Это была идеальная пара. Поддерживали друг друга во всём, свободное время проводили вместе. Собирались детей завести, уже может, и лицензию получали. Настя, конечно, о таких вещах мало говорила. Она до сих пор сама не своя.
— Прошло… года полтора, так?
— Год и восемь месяцев. Почти два.
Всё-таки полтора. Два, да, желанная вами дата. Два года после смерти даётся на вступление в права наследования. Ещё четыре месяца, и Деймос бы не смог получить «Эфир» и занять место директора.
— Вам не кажется, что срок великоват для такой вселенской скорби?
— А вы циник, — настороженно заметил маркетолог. — Нормально для скорби по любимому человеку.
— Они были, как две половинки, нашедшие друг друга, — добавила Любава. На её лбу сложилась горестная морщинка.
— В любом случае, хорошенькую женщину стоит… развлечь, — усмехнулся Деймос.
Сейчас будет буря?
Да плевать.
Дождался резкого неодобрения Любавы и саркастической усмешки Имрида.
— Вы думаете, никто не пытался? — мужчина закатил глаза. — Было множество робких попыток, Настя все их пресекала сразу.
— Запишем — робкие попытки не прокатывают.
— Не трогайте её! — не выдержал маркетолог. — Не издевайтесь над её горем!
— Кажется, похороны жены вместе с мужем отменены уже пара тысячелетий как. Насте об этом сказали? И, будьте добры, мы сами разберёмся. Хорошо, что у вас крепкий дружный коллектив, но — не лезьте!
С Настей он разберётся сам. Без посторонней помощи.
Множество информации Деймос мог получить дистанционно — например, документы по доступу Леонида Веряева. Но было кое-что, доступное только внутри компании. Такие сведения новый директор просматривал до ночи. Благо режим его дня совершенно не совпадал с искусственными сутками «Эфира». Это — постоянная проблема. Все орбитальные станции имели распорядок дня своей планеты, внутрисистемные, привязанные только к звезде, имели свои сутки, а галактические, не привязанные к звёздам, выравнивались по стандартному галактическому эталону.
 
За последнее время Деймос побывал на всех из них. Согласно предписаниям космоврачей, его мультяшка — устройство мультимедиа-реальности — послушно и точно настраивалась на режим всех мест, где он пробыл требуемые шесть часов.
А вот Деймос не настраивался. Не настолько путешественник, чтобы обзавестись внутренними биологическими часами, он оказался сбит с толку постоянными перелётами и меняющимися сутками. Спать теперь хотелось постоянно, а работать не хотелось. Может, гораздо раньше надо было взломать бестолковую мультяшку и настроить на время «Эфира»? Привык бы уже…
Но — работа не волк. Если в лес убежит, будет хуже. И начинать придётся с отдела инновационных разработок.
Не потому, что там Настя. Вернее, поэтому, но, увы — с личным придётся подождать.
Новый директор наведался туда, и очень неожиданно.
Как и раньше, сотрудникам срочно понадобилось покинуть АРМы, и непременно пройти мимо начальника с непринуждённым видом — по делам.
— Что за хождения? — не выдержал Деймос. Ведь они же не были такими любопытными раньше! — Ваши АРМы недостаточно функциональны?
Все мигом разошлись по рабочим местам и уткнулись в них. Хотелось бы верить, что начали работать, но — вряд ли. Скорее, делиться сплетнями.
Директор прошёл через зал. К Насте. Пока по делам. Пока.
Но за её АРМ он обнаружил совершенно даже не начальника. И даже не зама. По крайней мере, не её зама.
— Вы, кажется, с отдела логистики?
— Да, тут, надо разобраться, — смутился тот. — Настя… Анастасия, она… вышла. Я тут помогаю, мне не трудно.
Да, вот оно как. Это — то, чего нельзя было изучить по документам с другого края Содружества.
— И давно?
— Да не очень…
— А на кого другого Настя скидывает дела? — довольно холодно. Пусть пугается. К такому он не привык, Леонид себя так не вёл.
Но вместо того, чтобы занервничать больше, подчинённый выпрямился и уверенно посмотрел ему в глаза.
— Она не скидывает. Мы сами ей помогаем. Идеями, реализацией. Нам не сложно. Она недавно потеряла мужа, а вместе с ним — смысл жизни. Совсем не сложно поддержать её в трудное время.
— Недавно? Недавно?! — ещё немного, и психанёт. Очень хочется. Деймос постарался взять себя в руки. Да что же такое? Настя просто похоронила себя — и ради чего? Да просто так! Ни продолжить дело мужа, ни жить дальше.
— Вот, видимо, поэтому у нас давно не повышалось качество обслуживания. Глюонная связь давно уступает другим технологиям передачи, а ведь именно на ней «Эфир» и сделал информационное пространство. Но вместо того, чтобы её улучшить — мы будем проводить каналы по-старому, потому что Настя скорбит? Из наших технологий сыпется песок, а вместо работы здесь мелодрама, так? Как только она появится, пусть подойдёт ко мне. Сразу. А вы — марш к себе. И чтобы я больше за этим АРМом никого лишнего не видел!
Нельзя компании без директора. И Насте одной тоже нельзя. Глупая девочка.
Почему-то злости, которую Деймос показывал, не было на самом деле. А была другая — на глупых людей, которые не могут без твёрдого руководства, не понимают сами, куда идут.
Пришлось походить по станции. «Эфир» гудел. Конечно, они расслабились в отсутствии директора, но ничего похожего на отдел инновационных разработок не было. Работа шла, медленно, но стабильно. Правда, чтобы удержаться на плаву, надо что-то менять. Просто так Леонид бы не смог вытянуть компанию. Перебор с моралью и принципами.
За это старого директора и любили.
А вот нового, похоже, возненавидят.
Настя, видимо, пришла сразу, как Деймос и велел. Не застала его и спокойно ждала возле дверей.
Он пропустил её вперёд и закрыл дверь.