Отмороженный 3.0 (СИ)
Я зашел в пещеру и стал продвигаться вперед, сопровождаемый верещанием «Уголька». Пространство вокруг постепенно сужалось, и вскоре потолок уже почти касался головы Ориджа. Я несколько раз чиркнул гребнем по камням, чуть ли искры не выбив. Стало заметно темнее. Редкие кристаллики блестели на стенах золотыми и серебряными искорками, лед сменился черным камнем, а подсветка визора создавала эффект мокрых стен.
Тут я почувствовал, что на шлем Ориджа что-то капнуло сверху.
Так это не визуальный эффект? Не будь я сейчас в синхронизации с Ориджем, то решил бы, что это глюк. Субстанция в местных озерах, была плотной и тягучей. Она не могла скопиться конденсатом на стенах пещеры.
Быстро запросил у системы информацию, и оказалось, что при определенных условиях могла. Золотые кристаллы на стенах, вокруг которых стелился шершавый мох как раз и способствовали. Выделяли какое-то вещество, которое создавало парниковый эффект, делая все вокруг чуточку теплее. Помимо разжиженной субстанции, справка пообещала повышенное скопление монстров, а при большом везении и некоторые виды растений, похожих на грибы.
Именно везении, потому что стоило это все огромных денег. Уже один только золотой мох можно было соскребать со стен — фармкомпании скупали его за любые суммы.
Но помочь Сюин,починить «стрекозу», мне было важнее. Я вздохнул и ускорился.
Еще несколько капель упали на голову и плечи. Я провел рукой по стенам. Они были чуть-чуть влажными и на пальцах остался золотистый след, похожий на пыльцу.
Через двадцать минут пути я спустился еще глубже и дошел до точки, с которой свернули краулеры. Ровная площадка — то есть ни обвала, ни какого другого затора не было. Следов монстров тоже, хотя над головой в толще скалы постоянно что-то скреблось.
Площадка постепенно расширялась и метров через двадцать вывела меня на подземный перекресток. По которому мимо меня медленно двигалась жидкая субстанция — самый настоящий подземный ручей.
Я вышел на «перекресток», сканируя пространство во все четыре стороны. Потолок здесь был значительно выше, а в некоторых местах даже проникал свет с поверхности земли. «Уголек» тут же взвился в воздух и начал дополнять картинку сканера.
— Теоретически дорогу им могла преградить река, — я задумался.
— Алекс, ты мне что-то говоришь? — позвала Сюин.
— А? Нет, сам с собой и, похоже, река тут не причем…
Я увидел на другом «берегу» мертвого краулера. Старый облезлый скелет, похожий на одуванчик. Толстая кость в центре, похожая на обрывок цепи от велосипеда, два сросшихся шарнира, которые, вероятно, и помогали краулерам двигаться. От нее во все стороны топорщились косточки поменьше. Гибкие даже после смерти и похожие на рыбьи. Сейчас формы шара уже не было, скелет выглядел как полусфера.
Не считая приплюснутого бока, на котором лежал скелет, других видимых травм не было. Я, конечно, не судмедэксперт с дипломом за изучение краулеров, но смерть выглядела естественной. А будь у меня такой диплом, я бы сделал заключение, что он перепрыгнул ручей, поскользнулся и защемил себе позвонки.
Ну или лопнул от смеха, когда рядом поскользнулся кто-то другой. Так можно до бесконечности гадать, но точно не зараза его сгубила. И точно, что ручей не стал помехой, здесь в самом глубоком месте мне по колено будет.
Значит, переходим ко второй версии, что их что-то приманило.
Я посмотрел на карту, потом на ручей, проследил взглядом за какой-то соринкой, плывущей по течению мимо меня. Потом снова посмотрел наверх, увидел отблески какого-то свечения и прыгнул в «воду».
Глава 18
Всплеска не произошло — субстанция просто отхлынула в стороны и мягко ткнулась в ноги, когда вернулась. Уровень «воды» был чуть ниже колен, а дно каменистым. Причем камни попадались плоские, но достаточно крупные и скользкие. Пару раз пришлось балансировать с помощью рук, чтобы не споткнуться.
Я шел перед, поднимаясь против течения, и разглядывал непривычную для Мерзлоты живность. Более-менее похожее я видел, только когда с «Угольком» кошмарили октоподов. Золотистый мох сменился на более крупные отростки, похожие на торчащие во все стороны замерзшие сопли. Они отсвечивали и бросили тени от света, падающего через редкие проемы в скале. И от этого еще сложнее было понять их точную форму.
Я аккуратно тронул один такой стебелек-козюльку, примял его, а когда отпустил, он распрямился, как резиновый, и задрожал. Система ценности ему не дала, чуть дороже обычных камней. И то, если бы их здесь использовали в строительстве.
Через какое-то время условные «берега» по обеим сторона ручья исчезли, а затем снова появились, но уже не были такими ровными. Стали встречаться и острые камни, и плато, и просто смерзшийся песок.
Система постоянно мигала красным предупреждением опасности, фиксируя вокруг меня присутствие органики. Которая шуршала где-то за стенами. Примерно каждые десять метров я слышал шарканье, резко сменяющиеся цокотом. Сканирование стен не помогало — да, что-то там впереди есть, но как глубоко, понять было невозможно.
Нервировало все это жутко. Казалось, что кто-то все время идет за спиной. А стоило остановиться, так звуки стихали, а потом и сканер терял объект. Словно и не было никого. В какой-то момент психанул и попытался пробить стену гарпуном. Расковырял сантиметров пятнадцать вглубь и уткнулся в черную породу с прожилками астериуса.
— М-да, не гипсокартон, за которым кто-то прячется, — я простучал стены еще в нескольких местах. — А железобетон какой-то армированный.
Но после этого чуть выдохнул и пошел быстрее. Где-то там есть параллельные ходы, но, по крайней мере, сквозь стену на меня никто не кинется.
Я продвинулся еще немного вперед, и в следующую секунду заверещал уже «Уголек». Не тревожно, а «радостно» — смесь пионерского горна и игрового автомата с выпавшим джекпотом. Этот сигнал был мне уже знаком и понятен. А главное, я обожал, когда он звучал и появлялся на внутреннем экране. Скайкрафт!
Дрон кружил где-то в метре впереди меня над ручьем. Первое золото — а в моем случае скайкрафт — Клондайка! В моменте почувствовал себя золотодобытчиком, впервые обнаруживавшим сокровища на речном дне.
Я присел и вгляделся сквозь субстанцию. Начал шарить между камнями и короткими тугими прутьями. Водорослями, конечно, их сложно было назвать. Скорее, резиновые шланги, которые пригибались от течения и стремились вниз.
Почувствовал, как мягкая волна энергии потянула тело вперед. Не разгибаясь, прошел гуськом еще пару метров. Одно из моих любимых упражнений на физре. Три зала в такой позе по кругу прошел и чувствуешь, что уже на все способен.
Энергия стала ощущаться сильнее, и на темной поверхности воды появилось неяркое голубое свечение. Я взял камень в руку и достал из ручья. На ладони красовался маленький, размером с фисташку, необработанный кусок скайкрафта. Почти прозрачный, с темно-фиолетовыми прожилками. Я аккуратно положил его в кармашек рюкзака, выпрямился и пошел дальше. «Уголек» еще раз пискнул, а потом еще раз.
— Полностью разделяю твою радость. И скайкрафт разделим, не переживай, — я кивнул дрону, пытаясь перевернуть плоский камень, под которым спряталось еще два кусочка.
Метров через десять история повторилась. Я снова наклонился и запустил руку в воду. А пока шарил по дну, увидел, что по течению прямо на меня плывут какие-то пятна.
По форме все это напоминало раздавленную красную икру и переливалось, как бензин в луже. Текло чуть медленнее, чем само течение и притопленно на пару сантиметров. Я подскочил и, высоко задирая ноги, бросился к скале и распластался, повиснув на двух небольших выступах. Проводил взглядом несколько пятен, безуспешно сканируя.