Истинная для суженого (СИ)
Мама решила привести другой аргумент:
— А об отце ты подумала? Думаешь, ему будет легко расстаться с тобой навсегда?
Ей удалось смутить меня, но я продолжила гнуть свое:
— Сегодня у бабушки поговорю с ним. Кстати, думаю, он больше расстроится из-за твоих похождений, — я попыталась перевести разговор.
— Не стоит ему говорить, — мама покачала головой, — Я люблю твоего папу, по— своему. Я не умею по— другому.
Увидев, что на меня это больше не действует она перешла в наступление:
— А ты, Дара? Сначала Борис, теперь Тарен. Я уже не говорю о парне, который у тебя был во время Бориса, — вырвалось у мамы.
Я в неверии смотрела на нее широко открытыми глазами и ругала себя за порыв прийти пожалеть ее.
— Ты хочешь знать правду? –продолжила она.
Мама подошла и положила руки мне на виски. Я моргнула, и мои недавние ощущения де— жа— вю превратились в реальные воспоминания: рыдающая Мира, воплощение нашего ночного монстра на пороге комнаты, звук захлопнувшейся двери за его спиной и тлеющая бездна глаз. Я снова почувствовала его тяжелое дыхание на моей шее, его губы и острую волну желания, пронзившую тогда меня. Я четко вспомнила его руку и быструю разрядку. Смущение и стыд, накатившие сразу после неожиданной сцены в прошлом, с новой силой настигли меня в настоящем.
Мама добилась своего. Теперь только одна мысль металась у меня в голове: Тарен, что же ты сделал?
Я резко поднялась, развернулась и пошла на выход, не оглядываясь, не обращая внимания на мамины окрики. Я незаметно проскользнула в залу. В комнате собралось много людей. В соседнем кресле беременная Милинда сделала глоток чая и подмигнула мне.
— А что вы с Никасом здесь делаете? –растерялась я.
— Мы пришли поработать в интернете, — она мягко улыбнулась и поерзала, ища удобное положение, — Меня интересуют ваше искусство и музыка, Никаса больше привлекает политика и история. Будем записывать информацию и сохранять в нашем информационном пространстве. Мира заказала партию ноутбуков, позже придут наши люди, тоже будут отбирать информацию.
За столом в центре залы происходил разгар обсуждения закупки металлоискателей. Мира тыкала в ноутбук и напористо уговаривала:
— Рамочный надо.
Сорес морщился:
— Достаточно ручного, поставим человека на входе.
Никас был на стороне наставника:
— Это неоправданные меры предосторожности.
Тарен предложил:
— Я или Сорес можем просто сканировать входящих людей.
Ивонна покачала головой:
— Я «видела» взрыв перестрелку, Тарен! Кто-то может пронести бомбу, — она переключилась на Сореса, — Вы же осматривали пистолет, который Тарен забрал у военных во время облавы. Почитайте, посмотрите в интернете. Наше оружие –это серьезный аргумент!
Мира продолжала гнуть свое:
— Вам предстоят серьезные переговоры. Не стоит рассеивать внимание на сканирование людей.
Сзади скрипнула дверь, вошла мама. Сорес отвлекся от разговора, хотел пойти в ее сторону. Мама остановила его жестом, показав не приближаться.
— Какие новости? –вмешалась она в разговор.
Тарен повернулся:
— Встреча с Виланом назначена на завтра.
Мама удивилась:
— Неужели старейшины одобрили?
Никас обреченно кивнул головой:
— У нас нет выбора. Совет настроен любыми способами избежать вооруженного противостояния.
Мама встревожилась:
— Нельзя допустить, чтобы Вилан узнал, что переход открылся полностью. И тем более то, что вы не можете его закрыть.
— Мы работаем над закрытием, — вмешался Сорес и посмотрел на меня: — Дара пришла, — улыбнулся он, — Пойдемте— ка поработаем с вашими потоками, — он взял под руку Тарена и я поплелась за ними.
***
Мне было трудно сосредоточиться. Сорес заставлял повторять упражнения много раз, оттачивая мастерство. Я училась концентрировать шакти и взаимодействовать с энергией Тарена. Но слить потоки у нас так и не получилось.
— Что ж, — пробормотал Сорес, — будем работать с готовым материалом и достал наш утренний энергетический клубок. Я смутилась, понимая, каким образом нам удается сливать энергии, и легкое возбуждение пробежалось по телу.
— Осторожно, вам надо научиться чувствовать общий поток и взять его под контроль, чтобы избегать спонтанных взрывов.
После пары часов тренировки грустным мыслям не осталось места, их вытеснила усталость. Я выполняла упражнения на автомате и у нас начало получаться. Сорес сжалился:
— Результат есть. В следующий раз будем пробовать с вашим кругом на чердаке, — он запер утреннюю сферу в коробку и, наконец, ушел, оставив нас в покое.
Тарен нежно прижал меня, зарылся в волосах, вдыхая мой запах. Возбуждение медленно распространялось по телу. Я злилась на него и пыталась заглушить желание, мыслями возвращаясь к заблокированным воспоминаниям. Злость не могла перекрыть нахлынувшие чувства, и мое дыхание участилось. Я слышала гулкий стук его сердца. Его руки блуждали по моему телу. Я дернулась, пытаясь высвободиться.
— Ты заблокировал мои воспоминания, — выдохнула я и развернулась к нему лицом.
Тарен промычал что-то нечленораздельное и расстегнул пуговицу на блузке. Я облизала губы и сглотнула. Мое сердце часто билось от возмущения. Или от желания. Разум не слушался, уступая место телу.
— Это неправильно, — мой голос прерывался, — А как же доверие?
Тарен сделал пасс рукой и замок в двери щелкнул. Он расстегнул следующую пуговицу, спустил бретельку лифчика и потянулся губами ниже: -такие воспоминания? –он спустил чашечку вниз, — Эти сладкие воспоминания, — он принялся целовать грудь, и я потеряла мысль, погрузившись в чувственное наслаждение.
После очередного пика я пришла в себя, пытаясь вспомнить нить потерянного разговора. Я стояла, прижатая к стене. Тарен тоже пытался отдышаться. Вещи были разбросаны по полу, а в воздухе искрили наши слитые потоки.
Я потянулась к ним, как учил Сорес. Тарен потащил меня на диван и усадил к себе на колени:
— Я сам, — он быстро свернул энергию в сферу.
Мой взгляд упал на настенные часы.
— Тарен! Мама меня заждалась. Нам надо к бабушке. Сегодня — Рождество.
***
Мама поджала губы, выражая неодобрение. Она выразительно посмотрела на запястье с часами.
Тарен заступился, попросив извинения:
— Это я задержал Дарину. Она устала после тяжелой тренировки и ей было просто необходимо передохнуть.
Я сконцентрировалась на том, чтобы не выдать своего смущения. Но, по маминому лицу поняла, что у меня не получилось. Тарен поцеловал меня на прощанье и попросил не задерживаться. Я выдохнула ему в плечо, жалея, что мне надо ехать.
Тарен ушел к Никасу, а Сорес никак не мог отпустить мою маму. Он потащился за нами в коридор. Я презрительно отвернулась в сторону.
— Полина, — протянул наставник, — с Дариной аурой что-то не так.
Мама нехотя начала сканировать меня. Я нетерпеливо уставилась на нее. Она в неверии сморгнула, потом и вовсе помотала головой, начала заново.
— Не может быть, — прошептала она, — и еще более пристально начала рассматривать меня, водя руками по воздуху.
— Практически незаметно, — поддержал Сорес, — но возможно рассмотреть, если знаешь, что искать.
— Ты-то откуда знаешь? –огрызнулась мама, а я насторожилась.
В воздухе повисла пауза. Мама прикрыла глаза. Мне показалось, она отсчитывает до десяти:
— Ты беременна, — она посмотрела прямо мне в глаза.
Глава 43
Я ослышалась. Не может быть. Не со мной. Или может? Только не от Бориса!
Сорес сжалился:
— Дара, это — Тарен.
Облегчение затопило, но наставник отрезвил:
— Я бы не радовался на твоем месте.
Мысли забегали в голове:
— Тарен уверен, что его ребенок убьет свою мать, — осознание напугало.
Я сложила руки на животе в защитном жесте. Мама ухмыльнулась. Я отступила на шаг.
— В этом мире у ребенка больше шансов выжить и не убить Дару. Пространство здесь разряжено. Даже если ребенок унаследует темную энергетику, возможность проявить ее здесь минимальна. Просто надо держаться подальше от этого дома. На всякий случай, — Сорес вопросительно посмотрел на маму.