Михаил Гущин. Ростовская академия

Я не выдержал и заглянул внутрь пакета, где лежали письма. Одно из них было подписано красивым ровным почерком. Наверно это почерк матери. Присмотревшись, я прочитал подпись:
Мише. Правда о его происхождении. Хранить в тайне!
– Что? – я не выдержал удивленного восклицания и быстро закрыл пакет, увидев, что чуть ли не половина автобуса удивленно повернулась в мою сторону.
 
Глава 5. Островские
 
Мне хотелось скорее попасть домой и взяться за изучение бумаг, которые я получил в хранилище. Интуиция подсказывала, что я найду там много интересного. В частности, ответы на вопросы о моем происхождении. Хотя, что тут непонятного? Мой отец – Игорь Гущин, а мать – Анастасия Островская. Ее фамилию не вписали в родовое дерево Гущиных, потому как она была простолюдинкой. Или я чего-то не знаю?
По всей видимости, есть какой-то секрет – не зря кто-то пытался заполучить эти вещи, а значит они все еще могут быть интересны неизвестным недоброжелателям. Я должен не только разобраться во всем сам, но и сделать так, чтобы эта информация не попала в чужие руки. Мне жуть как хотелось устроиться на ближайшей лавочке, надорвать конверт и скорее все узнать, но такие вещи на улице не делаются.
Перед тем как зайти домой, я заглянул в книжный магазин. Пробежался голодным взглядом по книжным полкам с фантастикой и направился в сектор с образовательной литературой. Меня интересовали математика, история и естествознание – все, что может понадобиться для успешной сдачи экзаменов.
К стойке продавца я подошел с небольшой стопкой книг.
– О, интересуетесь образовательной литературой, – оживился мужчина лет пятидесяти. – Хороший выбор! Осмелюсь предположить, что вы собрались поступать в высшее учебное заведение.
– Ваша наблюдательность вас не подвела.
– Что же, для людей, стремящихся к знаниям, могу сделать небольшую скидку.
– Не стоит, – я выложил на монетницу сорок пять рублей и поймал на себе удивленный взгляд старика. Похоже, нужно объясниться. – Мне нравится ваша лавка, здесь очень уютно. Вы зарабатываете эти деньги честным трудом, и я не хочу, чтобы это отразилось на вашем бизнесе.
– Ну, пять рублей на нем никак не отразятся, – ухмыльнулся старик, но деньги все же принял.
Я расплатился и увидел Арину, стоящую возле стеллажа с выкройками. Интересно, она рассматривает их просто от скуки, или всерьез интересуется вышивкой? Подойдя к девушке, я заметил, что ее глаза светились от интереса.
– Посчитайте нам еще эти выкройки, пожалуйста.
– Не надо, дорого! – попыталась запротестовать девушка, но я настоял.
– Если тебе это нравится, занимайся! Ты заслуживаешь того, чтобы хоть иногда заниматься тем, что нравится.
– Спасибо, – отозвалась Арина и засмущалась.
Магазин мы оба покинули с обновками. На этот раз выбрали нужный автобус и добрались до дома без проволочек. Стоило нам сойти на остановке, начал накрапывать дождик. Арина тут же достала зонтик, который раздобыла утром в новом доме и протянула его мне.
– Держи! – я вернул девушке открытый зонтик, и она замерла, уставившись на меня испуганным взглядом.
– А как же ты? Мне нельзя…
– Не говори глупостей, я не хочу, чтобы ты промокла до нитки и заболела. А мне ничего не будет.
Арина послушно приняла из моих рук зонтик и укрылась за ним, а я спокойно шел рядом. Активировал дар, чтобы согреться и не заболеть, а заветный пакет с книгами и письмами спрятал под одежду, чтобы ни одна капля не упала на бумагу.
Мы шли в тишине, но девушка то и дело бросала на меня любопытные взгляды из-под зонтика. Я чувствовал их, но делал вид, будто ничего не замечаю.
– Пришли! – я остановился возле крыльца, небольшого дома, рука сама потянулась к ключу.
Где-то рядом ударила молния, и девушка испуганно отшатнулась в сторону, невольно прижавшись ко мне всем телом. Ситуацию можно было бы считать романтичной, если бы не край зонтика, которым Арина заехала мне в глаз.
 
– Ой, прости!
– Ничего, заживет, – улыбнулся я и открыл дверь.
Через минуту мы уже были в теплом доме. Арина растопила печь, которая работала на электричестве, и мне стало теплее.
– Ну-ка, снимай мокрую одежду.
– Всю? – я удивленно посмотрел на девушку.
– Конечно всю, ты же мокрый до нитки, – потребовала девушка и тут же осеклась, поняв что сама попросила раздеться перед ней.
Я поднялся и ушел в другую комнату. Порывшись в обновках, выбрал себе спортивные штаны и футболку, которые еще неплохо сохранились. Устроился за столом и первым делом принялся изучать письма.
«Дорогой сын, – гласило первое письмо. Я узнал аккуратный почерк мамы, которым был подписан конверт. – Если ты читаешь это письмо, значит ты стал совершеннолетним и можешь принимать решения самостоятельно. Если все хорошо, то мы с папой рядом, но я допускаю и такой случай, что кого-то из нас к этому времени может не быть в живых. Тебе выпала тяжелая участь – нести на себе бремя рожденного вне закона, но это не так. Мы с папой были тайно обвенчаны волхвом по имени Ведагор. 
Люди, живущие на Каменной балке, как и семья Гущиных, думают, что я простолюдинка. Все, кроме твоего отца. Но это не так. Отец все знает. Я обладаю даром чародейства, как и все члены семьи Островских. Увы, я последняя из своего рода. Раньше мы жили в Суздальском княжестве и были на хорошем счету у князя, но после прихода к власти Преображенских, которых мы не поддержали, нам пришлось скрываться. Как видишь, за сотню лет в живых не осталось почти никого из Островских. Ты – последний, в ком течет наша кровь. Я уверена, что кровь Островских и Гущиных даст тебе сил стать сильным продолжателем рода и добиться больших успехов. Однажды ты сможешь заявить о себе и вернуть Островским их имя, но до этих пор храни это в тайне».
Я отложил письмо в сторону и задумался. Ничего себе расклад! Выходит, что на меня могут охотиться не только Игнатьевы, но и сами Преображенские! Надеюсь, Свиридову нас заказал не сам Великий князь, иначе можно сливать воду.
Мать тоже хороша – нет, чтобы сменить фамилию и залечь на дно, назвалась Островской. Хотя, вполне возможно, что в этом мире просто так сменить фамилию нельзя, а кто будет искать ее среди простолюдинов, еще и на другом конце государства в другой части материка? Хотя, Преображенские могут и не такое.
Самое печальное, что фамилия Островских на слуху у всей Каменной балки. Если кто-то захочет копнуть глубже, можно считать, что все пропало.
– Что-то случилось? – Арина вошла в комнату с пиалой горячего бульона, аромат от которого тут же распространился по всей комнате.
Я отложил письмо в сторону и прикрыл книгой.
– Нет, все в порядке, просто воспоминания из прошлого. Знаешь, грустно сознавать, что родителей больше никогда не будет рядом. Хотя, ты ведь знаешь, прости…
Арина изменилась в лице, но сдержала себя в руках. Она поставила посуду на стол и обняла меня руками сзади. Пальцы пробежались по мышцам спины, разминая их, и я невольно вздохнул. Когда ее руки обвились вокруг моей шеи, я поднялся, освобождаясь от объятий, повернулся к девушке и взял ее на руки. Чтобы добраться до кровати потребовалось всего пара секунд.
– А не боишься, что о нас все будут судачить? – хитро улыбнулась девушка.
– А ты думаешь, что они уже это не делают? Молодые парень и девушка живут вместе в одном доме, так почему им стесняться пересудов?
Рука коснулась застежки на платье девушки, и она поддалась под моим напором. Платье соскользнуло вниз, оголяя плечи и показывая моему взору нижнее белье.
– Миша… я… – Арина едва дышала то ли от волнения, то ли от накатившего на нее возбуждения.
– Расслабься, – прошептал я ей на ухо, поцеловал в шею и стащил неподатливое платье. Оно ей было явно ни к чему.
Тело слушалось с трудом – все-таки для Михаила это был первый раз в жизни, но мое сознание еще сохраняло воспоминания десятков таких моментов, поэтому я действовал уверенно. Девушка застонала, и я закрыл ей рот поцелуем.