Ужасная поездка

Между двумя веганами и миссис Уайт завязывается дискуссия о том, что им можно есть.
А как же гусиный жир? Ни капельки? О, Боже, тогда для вас нет картофеля. Пастернак и морковь жарятся в меду, — извиняется миссис Уайт. «Как вы относитесь к пчелам?
«Пчелы?» говорит Эффи.
Да, это животные. Им не причинили вреда, но…
Они не отдали свой мед добровольно, — говорит Ниш, найдя слова, которые миссис Уайт, казалось, не могла произнести.
Эффи смотрит на Ниша, потом на блюдо с жареными корнеплодами, потом на миссис Уайт. Она созерцает хрустящие карамелизированные края, аромат теплый и сладкий, как летний ветерок. Бедные души. Я нахожу это бессовестным».
Я тоже, — говорит Ниш. За копейки, за фунты. «Если уж на то пошло, то это эксплуатация труда».
«Вы что, марксисты? говорит профессор Плам, поливая мясо соусом.
Миссис Уайт кладет руки на бедра и жует губу, размышляя над этой загадкой. Что ж, полагаю, вы будете делить брокколи. Хорошо, что в этом году я не стал поливать ее маслом, а то бы вы были на орехи».
Преподобный ставит на стол тарелки с нарезанным и дымящимся мясом.
Стив благодарно обнюхивает их, а затем наклоняется и накладывает себе щедрые порции всего нарезного — за исключением брокколи. Он отправляет в рот кусок бекона и задумчиво жует. Значит, веганы, да? Вы не едите мед. Как вы относитесь к трюфелям?
«Трюфели?»
«Находят их со свиньями, не так ли? Это тоже «эксплуатация» их труда?
Конечно, — говорит Эффи. А у свиней есть выбор?
Если они хорошие, они так не закончат». Стив нанизывает на вилку сосиску, обернутую беконом, ненадолго задерживает ее, а затем запихивает в рот.
Вы могли бы убить животное?» — говорит преподобный, беря в руки разделочный нож.
Нет, — отвечает Ниш, довольный тем, что оказался на твердой почве. В этом и есть смысл вегетарианства».
Даже если животное нападет на вас?
«На меня никогда не нападали животные. Наверное, я бы убежал?
«Ты умеешь быстро бегать? спрашивает профессор Плам.
Ниш смеется. Если бы за мной гналось животное, то довольно быстро, я думаю.
Профессор Плам складывает руки и оглядывает Ниша с ног до головы. Хм, худой парень, как он, может быть еще и быстрым, знаете ли».
А что, если это стая хищников? Преподобный наблюдает за Нишем и Эффи с хищным интересом. «Шустрые. Вы же не собираетесь их обгонять?
И злобные, — добавляет мисс Скарлет. Они будут работать вместе. Окружают вас. Начинайте приближаться».
До первой крови», — говорит миссис Уайт, наливая густую подливку в тарелку Джесс. После этого они сходят с ума. Все зубы и пена изо рта. Может быть, они бы сразу пошли на убийство, были бы милосердны и быстры. Но иногда звери любят поиграть».
Убить или быть убитым», — снова подхватывает тему преподобный. Что бы вы сделали?
В пабе воцаряется тишина. Снаружи завывает ветер. В пустоте Ниш понимает, что его не беспокоит стая собак, волков или что-то еще. Это гипотетические фантазии. Нет, он беспокоится о том, что застрял в деревне посреди пустыни с кучкой психованных косплееров-мистификаторов. Гостиница больше не кажется ему убежищем в бурю.
«Который час? говорит профессор Плам.
Миссис Уайт смотрит на свои серебряные часы. Опаздывают.
Им лучше вернуться до начала игры. А я пойду проверю, в безопасности ли дети».
Ниш благодарен, что тема разговора сменилась, но есть что-то неладное, что заставляет его наблюдать за профессором Пламом внимательнее, чем в противном случае. В пабе есть намеки на детство — чулки, гирлянды бумажных цепочек, подарки под елкой, — но это детство давно прошло. Профессор Плам бьет ногой по чему-то, спрятанному за барной стойкой. Профессор выглядит недовольным и скрывается из виду. Раздается звук, будто что-то тяжелое и металлическое катают по полу, а затем прочно устанавливают на плоскую сторону. Ниш представил себе бочонок, полный пива.
«Это только я? сказала Эффи, ее голос затих.
Простите, я не расслышала.
Мне это не нравится, — говорит Эффи. У меня плохое предчувствие по поводу всего этого».
 
Ниш чувствует то же самое. Все это было слишком похоже на Ройстона Вейси, чтобы ему нравиться. Но, несмотря на это, он обещал Эффи присматривать за ней, и если она узнает, что он волнуется, это не поможет. Теперь они здесь, застряли в снегу. Блаженное смирение — единственный приемлемый вариант, пока не появится способ выбраться из-под снега. Тогда жители деревни увидят, как быстро он умеет бегать.
Все будет в порядке, — говорит Ниш, собрав всю силу убеждения, на которую способен. Блокировка сделала людей немного дикими, вот и все. Я видел такое раньше, и это нормально. Дядя по отцовской линии стал полным теоретиком заговора после того, как провел пандемию на Facebook. Он вполне безобиден, только не надо его подбивать на тему районов с низким трафиком. Мы скоро уйдем отсюда».
«Еще вина для вас двоих? говорит профессор Плам, стоя позади Стива и Джесс. Он уже наливает, прежде чем кто-то из них успевает ответить.
«Замечательно», — говорит Стив с полупроглоченным ртом.
Джесс смущенно смеется. Мне следует сбавить обороты, правда».
Сегодня Рождество, — буркнул профессор, заканчивая наливать Стиву очень большой бокал красного. Вы же не хотите, чтобы все это пропало даром?
Эффи смотрит, как профессор Плам возвращается на свое место и ставит открытые бутылки обратно на стол рядом со своим собственным, практически нетронутым бокалом. Она наклоняется ближе к Нишу, подносит свой бокал ко рту, чтобы скрыть движение губ, и задает вопрос, о котором он старался не думать. Почему в подвале есть дети?
 Глава 5 
«Знаешь, некоторые люди не считают «Крепкий орешек» рождественским фильмом?» — говорит Стив, ведя светскую беседу, пока нанизывает вилку.
Ну конечно же, нет, — говорит миссис Уайт. «Вся эта стрельба и ругань».
Только идиот может подумать, что это не так. Мисс Скарлет сопровождает свои слова презрительным смехом, направленным на миссис Уайт. Не обижайтесь, конечно. Хозяин дома следит за этим каждый год. Он настаивает, что Рождество не наступит, пока Ганс Грубер не упадет на землю возле Накатоми Плаза.
«Как там дела? говорит миссис Уайт Стиву, резко меняя тему.
«Ммит» ш ммделишус», — говорит Стив, его челюсть работает сверхурочно над особенно большой порцией жареного картофеля с гусем.
Хотите еще? Вон сколько всего».
«У меня не будет места для завтрашнего большого ужина», — протестует Стив, его взгляд останавливается на сочном коричневом мясе жирной барабанной палочки. Надо что-то оставить на Рождество, а?
Миссис Уайт одаривает Стива заботливым взглядом. Моя бабушка говорила: «Никогда не знаешь, какой обед будет последним», упокой Господи ее душу».
Мудрая женщина. Что за черт, может быть, я так и сделаю — совсем чуть-чуть. Как она?
«Коронарная.»
Ужасно, — говорит Стив, качая головой. Думаете, кто-нибудь захочет эту хрустящую кожу?
У всех уже был шанс. Миссис Уайт одаривает Стива такой улыбкой, какую любящая мать может приберечь для любимого ребенка. «Помогите нашему гостю, пожалуйста». Она передает тарелку Стива мисс Скарлет.
Мисс Скарлет одаривает его соблазнительной улыбкой и хлопает веками. «Мне нравятся мужчины с аппетитом».
Стив голодными глазами наблюдает за тем, как мисс Скарлет встает. Красное платье подчеркивает ее фигуру «песочные часы», а теплое освещение паба отбрасывает глубокие тени, когда она склоняется над столом. Он замечает ее тонкие руки с ногтями, выкрашенными в красный цвет Порше, когда она тянется к разделочному ножу. Она проводит пальцами по рукоятке, прежде чем схватить его, крепко и уверенно. Стив бежит как заяц, когда она поднимает голову и встречается с ним взглядом, на ее губах играет знойная улыбка. Теперь ты просто скажи мне, чего именно ты хочешь.
Жарко ли здесь, думает Стив? Он пытается смочить пересохшее горло глотком вина, хотя знает, что это только усугубит жажду.