Серый воробышек

— Но вы же совершенно нигде не бываете. Я думал, что делаю вам одолжение, выводя в свет.
Алисия не нашлась, что ответить на справедливое замечание, и уставилась в окно, словно там происходило нечто безумно интересное. Она понятия не имела, куда они едут, и не была уверена, что одета подобающим образом, поскольку предпочитала удобную, а не модную одежду. Сейчас на ней были серая юбка и шелковая блузка, поверх которой элегантно смотрелся темно-серый пиджак, — типичный учительский наряд.
Антонио, как она и ожидала, был великолепен. Белая шелковая рубашка подчеркивала золотистый оттенок его оливковой кожи, а бежевый костюм, явно из очень дорогой ткани, сидел на нем как влитой. Алисия почувствовала мягкий аромат его лосьона.
— Расслабьтесь. — Он первым нарушил повисшее молчание. — Просто отдыхайте, и все.
— Куда мы направляемся?
— В один небольшой клуб. Не стесняйтесь, все в порядке. — Этот наглец явно издевался над ней.
— Я вовсе не стесняюсь, — огрызнулась Алисия. Ей было неприятно, что он разговаривает с ней, как с маленькой девочкой.
— Бросьте, я же вижу. — Одной рукой Антонио обнял ее за плечи и стал легонько их поглаживать. — Вы очень напряжены. — Его пальцы спустились ниже, под воротник ее блузки. В тот момент, когда девушка собиралась остановить его, он убрал руку и положил ее обратно на руль.
Алисия чувствовала, что ее сердце стучит, как двигатель старого парохода. Холодные пальцы Антонио разожгли в ней огонь. Его прикосновения заставили ее тело ныть от возбуждения. Девушка и не подозревала, что может быть сексуальной до такой степени, чтобы возбуждаться от легкого мужского прикосновения. И уж тем более она не думала, что подобные ощущения в ней сможет вызвать тот, к кому она чувствовала моральное отвращение, даже несмотря на то, что он был чертовски красив.
— Скажите, почему ваша мать так отчаянно хочет выдать вас замуж? — нарушил Антонио неловкое молчание. В его голосе звучал живой интерес.
— Я уже вам объясняла. Кроме того, все матери хотят, чтобы их дети устроили свою личную жизнь. — Алисии пришлось сделать над собой невероятное усилие, чтобы ее голос звучал ровно.
— Возможно, — согласился Антонио. — Моя мать была в восторге, когда мы с Кэтрин поженились. Она очень нравилась моей семье, — подумав, добавил он.
— Должно быть, ваша мама очень расстроилась из-за того, что семейная жизнь ее сына не сложилась, — предположила Алисия. Она поймала себя на мысли, что ей хочется знать об этом человеке все.
— Нет, она не расстроилась. Просто была крайне удивлена и сказала, что Кэтрин была недостаточно темпераментна для меня. У нас были слишком разные характеры и отношение к жизни, чтобы жить в мире и согласии.
Антонио никогда прежде не делился ни с кем подробностями своей личной жизни. Он не любил говорить о своих чувствах, но почему-то Алисии ему хотелось рассказать все. Он пытался отвлечь ее задушевными разговорами, чтобы она перестала воспринимать его как врага.
Ночной клуб ярко освещался снаружи огромными, выкованными под старинные образцы, фонарями и больше напоминал жилой дом, нежели развлекательное заведение. Здание было выстроено из красного кирпича и увито плющом. У входной двери дежурил швейцар в ярко-красной, отделанной золотым кантом, униформе.
Припарковав машину на стоянке клуба, где уже почти не осталось свободных мест, Антонио и Алисия вошли в клуб. Он уверенно поддерживал девушку под локоть. Поделенное на два уровня помещение было заполнено парами, танцующими под медленный джаз. Официантки сновали от стола к столу, разнося огромные подносы с разнообразными блюдами и напитками.
Алисия почувствовала себя неуютно. Она не привыкла бывать в подобного рода заведениях. Но не потому что не любила отдыхать, а просто атмосфера, царившая в ночных клубах, не располагала к уединенному общению. Подростком она успела побывать в одном из таких клубов — шумном, темном и многолюдном, где даже не нашлось уголка, чтобы спокойно посидеть и поговорить с друзьями.
 
Антонио заметил смятение девушки. Ему захотелось успокоить ее и дать возможность как Антонио разожгли в ней огонь. Его прикосновения заставили ее тело ныть от возбуждения. Девушка и не подозревала, что может быть сексуальной до такой степени, чтобы возбуждаться от легкого мужского прикосновения. И уж тем более она не думала, что подобные ощущения в ней сможет вызвать тот, к кому она чувствовала моральное отвращение, даже несмотря на то, что он был чертовски красив.
— Скажите, почему ваша мать так отчаянно хочет выдать вас замуж? — нарушил Антонио неловкое молчание. В его голосе звучал живой интерес.
— Я уже вам объясняла. Кроме того, все матери хотят, чтобы их дети устроили свою личную жизнь. — Алисии пришлось сделать над собой невероятное усилие, чтобы ее голос звучал ровно.
— Возможно, — согласился Антонио. — Моя мать была в восторге, когда мы с Кэтрин поженились. Она очень нравилась моей семье, — подумав, добавил он.
— Должно быть, ваша мама очень расстроилась из-за того, что семейная жизнь ее сына не сложилась, — предположила Алисия. Она поймала себя на мысли, что ей хочется знать об этом человеке все.
— Нет, она не расстроилась. Просто была крайне удивлена и сказала, что Кэтрин была недостаточно темпераментна для меня. У нас были слишком разные характеры и отношение к жизни, чтобы жить в мире и согласии.
Антонио никогда прежде не делился ни с кем подробностями своей личной жизни. Он не любил говорить о своих чувствах, но почему-то Алисии ему хотелось рассказать все. Он пытался отвлечь ее задушевными разговорами, чтобы она перестала воспринимать его как врага.
Ночной клуб ярко освещался снаружи огромными, выкованными под старинные образцы, фонарями и больше напоминал жилой дом, нежели развлекательное заведение. Здание было выстроено из красного кирпича и увито плющом. У входной двери дежурил швейцар в ярко-красной, отделанной золотым кантом, униформе.
Припарковав машину на стоянке клуба, где уже почти не осталось свободных мест, Антонио и Алисия вошли в клуб. Он уверенно поддерживал девушку под локоть. Поделенное на два уровня помещение было заполнено парами, танцующими под медленный джаз. Официантки сновали от стола к столу, разнося огромные подносы с разнообразными блюдами и напитками.
Алисия почувствовала себя неуютно. Она не привыкла бывать в подобного рода заведениях. Но не потому что не любила отдыхать, а просто атмосфера, царившая в ночных клубах, не располагала к уединенному общению. Подростком она успела побывать в одном из таких клубов — шумном, темном и многолюдном, где даже не нашлось уголка, чтобы спокойно посидеть и поговорить с друзьями.
 
Антонио заметил смятение девушки. Ему захотелось успокоить ее и дать возможность как можно быстрее освоиться в непривычной обстановке. Он приобнял ее за талию и подвел к столику, который предусмотрительно заказал заранее.
— Держу пари, вы никогда раньше не бывали в этом клубе, — сказал Антонио, придвигая к Алисии стул.
— Я вообще давно не посещала такие места, — тихо произнесла она.
— Потому что уважающий себя человек, а тем более учитель, вообще должен обходить их стороной?
— Вы хотите сказать, что сюда приходят только не уважающие себя люди? — съехидничала Алисия.
Им принесли напитки. К столику подошла длинноногая официантка и профессиональным движением наполнила их бокалы первосортным французским вином. Девушка не заметила, когда же Антонио успел его заказать, была приятно удивлена и с удовольствием сделала глоток из бокала, поскольку от волнения у нее неожиданно пересохло в горле.
Мистер Висенти удовлетворенно улыбнулся, и его пламенный взгляд скользнул по нежной персиковой коже ее шеи. Позже он обязательно попробует этот персик на вкус. Наверняка тот окажется сладким, как нектар. Вожделение вновь овладело им, но он умело справился с собой.
— Я бы ни за что не привел достойную женщину в какой-нибудь там сомнительный притон, — невозмутимо ответил Антонио. — Этот клуб очень популярен среди бизнесменов, которые приглашают сюда своих клиентов, в основном для заключения выгодных сделок. Здесь более оживленная и непринужденная атмосфера, чем в ресторане. Она располагает к задушевным разговорам, — вкрадчивым голосом сообщил он своей спутнице.