Серый воробышек

Антонио почувствовал прямоту и доброжелательность этой женщины и впервые за долгое время позволил себе некое подобие улыбки.
— Не буду мешать. Уверена, вам есть о чем поговорить. Надеюсь на скорую встречу, мистер Висенти! — С этими словами Элеонора направилась к выходу.
— Антонио, зовите меня Антонио. Ведь теперь я член семьи. Только опоздал на несколько лет, — добавил он, когда миссис Стоун вышла из кухни.
— Что ж, пора вернуться к нашему разговору, как вы считаете? — обратился он к девушке, когда ее мать прикрыла за собой дверь.
Интересно, подумал он, как много членов их семьи приходило сюда, в этот уютный уголок, который для него все эти годы был недоступен? Тетушки, дядюшки, кузены, кузины?.. Все бывали здесь, кроме отца. Хотя, нет. У Хелен был отец. Брат этой женщины. Единственный отец. Она звала его папой и сидела у него на плечах во время прогулки в парке. От этих мыслей у Антонио потемнело в глазах, и ему пришлось приложить максимум усилий, чтобы взять себя в руки. Ни к чему было, чтобы эта женщина видела, какая буря эмоций бушует сейчас в нем.
— Вы сказали, что хотите выпить чего-нибудь покрепче? — Алисия попыталась оттянуть предстоящий тяжелый разговор. — Могу предложить только вино.
— Не употребляете крепких спиртных напитков, как и ваша золовка?
— Я просто предпочитаю всегда иметь ясную голову. — Особенно сейчас, подумала Алисия, доставая из холодильника бутылку «Совиньон».
Пока девушка разливала вино по бокалам, она чувствовала на себе его изучающий взгляд. Ей трудно было понять, что с ней происходит. Когда он поднес ее палец к своему рту и обжег его горячим дыханием, она полностью потеряла над собой контроль. Из ступора ее вывело появление матери, перед которой она чувствовала себя виноватой. Но, очевидно, дело было не только в этом.
— Почему вы решили найти меня? — спросил Антонио, поудобнее устраиваясь на стуле. Он медленно потягивал из бокала вино, не сводя настойчивого взгляда со своей собеседницы. — Разве не проще было бы все сохранить в тайне?
Сейчас она заговорит о деньгах, цинично усмехнулся про себя Антонио.
Алисия сидела напротив него, положив локти на стол и опустив глаза.
— Мне казалось, так будет правильно. Пока Кэтрин была жива, я уважала ее желания…
— Потому что были полностью согласны с ее решением вычеркнуть меня из жизни дочери, — сделал Антонио поспешный вывод.
— Это была ее воля. Я любила своего брата и желала ему и Кэтрин счастья. Не стоит копаться в прошлом. Важно настоящее.
— Несомненно, у вас есть определенные планы по поводу того, как мне следует себя вести.
— Мне кажется, вам не стоит сразу рассказывать Хелен правду, — начала было Алисия, но осеклась, увидев искаженное яростью лицо Антонио. — Я понимаю, как вам тяжело, но для нее это будет ударом. На нее столько всего навалилось в последнее время. Подружитесь с ней и, когда она станет вам доверять, скажете ей, что вы ее настоящий отец.
— В отличие от вашего брата! — Губы Антонио скривились в горькой усмешке.
— Совершенно верно. Но мы не скрывали от Хелен, что Эндрю ее неродной отец.
— Я хочу прийти завтра. Когда она возвращается из школы? Она ходит в ту же школу, где вы преподаете? — Антонио засыпал Алисию вопросами. Ему не терпелось узнать как можно больше о своей дочери.
— Да, я преподаю там же, но не в младших классах. Я учу старшеклассников, заканчиваю рано и забираю Хелен домой.
Антонио вдруг приоткрылась завеса личной жизни этой девушки. Он понял, что с появлением в судьбе Алисии маленькой Хелен возможности свободного времяпрепровождения мисс Стоун резко ограничились. Наверняка она отказывала себе в походах на свидания и вечеринки из-за того, что нужно было приглядывать за племянницей.
Он допил вино, заметив, что Алисия едва притронулась к своему бокалу.
— Обычно мы возвращаемся домой в половине пятого. Подъезжайте к шести, Хелен как раз успеет немного погулять и посмотреть свои любимые мультфильмы.
Антонио встал. Он вдруг осознал, что этот день был самым длинным в его жизни. Ему хотелось еще раз взглянуть на дочь, но сейчас пора было уходить. Завтра у него будет достаточно времени для общения с ней.
 
— Ваша мать живет с вами? — спросил Антонио, когда Алисия провожала его до двери.
— Нет, у нее своя квартира. Сегодня она была в няньках.
— А где живете вы? — Он остановился у парадной двери и воззрился на ту, которая против его воли теперь стала частью его размеренной жизни.
— Раньше я снимала квартиру, — уклончиво ответила Алисия.
— Необходимость присматривать за чужим ребенком, должно быть, сильно осложняет вашу жизнь. Особенно в отношениях с мужчинами, верно? — вроде бы невинно поинтересовался Антонио. Ему очень хотелось уколоть ее побольнее.
— У меня нет подобных проблем, — сухо заверила его Алисия. — Вам пора идти, — добавила она и направилась к входной двери. Ей не терпелось выпроводить Антонио, чтобы остаться наедине со своими мыслями и чувствами и немного успокоить свои нервы. Она не могла не согласиться, что этот человек уже оказывал огромное влияние на нее, заставляя забывать обо всем на свете. Открыв дверь на улицу, где ливень сменился слегка моросящим дождиком, она посмотрела на Антонио.
— Потому что у вас просто нет мужчин. — Судя по ее зардевшемуся лицу, Антонио понял, что попал в самую точку. — Именно потому ваша мама выглядела такой довольной, когда предположила, что у нас было свидание?
— Не забывайте, что вы пришли сюда из-за своей дочери, — холодно напомнила ему Алисия. — А моя личная жизнь вас не касается.
Девушку начинало бесить, что этот великан так бесцеремонно жонглирует ее проблемами, задавая бестактные вопросы, ответы на которые она и самой себе дать пока не могла.
Язвительная насмешка в его глазах затронула самые потайные уголки ее души, но ни за что на свете она не выдаст свои чувства.
— До завтра. И предупреждаю вас, что не собираюсь спорить с вами в присутствии моей дочери. — С этими словами Антонио направился к своей машине.
  
3
 
— Мне кажется, он хороший человек, такой галантный и внимательный! — восторгалась Элеонора.
— Внимательный? — переспросила Алисия, закончив заплетать косички Хелен. Наблюдая, как девочка вертится перед зеркалом, она невольно залюбовалась своей племянницей. У Хелен были удивительно выразительные миндалевидные глаза, чуть светлее, чем у ее отца, с густыми черными ресницами.
— Кто хороший человек? — встряла девочка в разговор двух женщин.
Алисия и ее мать переглянулись.
— Он скоро к нам придет, детка, и у тебя будет возможность с ним познакомиться.
— А можно я пойду погуляю с Тимми?
— Нет, дорогая, не сейчас.
— Внимательный… — повторила Элеонора и игриво повела бровями.
Алисия прыснула со смеху.
— А что у нас на обед, тетя Алисия?
— Цыпленок.
— Ненавижу цыплят. Можно я не буду? — Хелен засунула руки в карманы своих брюк и скорчила рожицу.
— У нас на обед цыплячьи ножки, и ты будешь их есть, — с напускной строгостью произнесла Алисия.
Обиженно надув губки, Хелен отвернулась, демонстрируя свой строптивый характер, вероятно, унаследованный от отца.
— Я бы хотела… — завела Элеонора, но Алисия остановила ее предупреждающим взглядом. — А к тому же он очень симпатичный, — быстро договорила ее мать, явно недовольная тем, что дочка не дала ей порассуждать на такую интересную тему, как мужчины, их нравы и возможности. Элеонора никогда не скрывала своих намерений выгодно выдать Алисию замуж и всегда заводила этот разговор при подходящем случае.
Сама же девушка, которая весь день провела в состоянии смутной тревоги, поймала себя на мысли, что ждет, когда же Антонио позвонит в дверь.
— Он совершенно мне неинтересен, — прошипела Алисия, уводя мать в другую комнату, подальше от детских ушей. — У меня все хорошо, мам. У меня есть друзья и любимая работа. Я вполне счастлива. И мне не нужен мужчина.