Тьма и Хаос (СИ)
Грохот взрывов, рев пламени, звук электрических разрядов не успел раздаться, как от меня улетела команда Хорну:
— Работаем! — а затем с активацией ловушек, заглушил всем связь. Успела еще пронестись мысль: скоро смогу сериалы показывать с помощью «Грез Алгера», и, кстати, заслуженно. Не зря тренировался, и в качестве развлечения порой использовал этот артефакт.
Сам же находился чуть позади разгневанных народных масс в развилке огромного дуба. И меня они очень порадовали — роль дозоров у банды выполняли кречеты и орел. В правой руке я сжимал «Коготь Дисса», в левой находился «Кровопийца». Сверхускоренный прыжок, какая-то доля секунды, и уже в тылу врага. Успел убить ближайшего Лиса. Нанеся удар сначала родовым кинжалом, который не смог преодолеть защиту, но именно на этот случай специально приберег наследие Иммерса. Тот без проблем поставил точку. Одновременно с моими действиями уже наши болты начали собирать богатый урожай, вынося первый ряд Людей почти подчистую.
«Драконьи зубы» — действительно, как заявил про них вчера торговец, «совершенное оружие». Учитывая, активированный на полную мощность «Взор Арракса», смог увидеть, как болт, ускоренный дополнительно магией от «Странника» и снабженный острейшим шиловидным трехгранным наконечником, влетел в спину огромного бородатого мужика из демморунгской ветви косолапых. И прежде, чем пробить насквозь металлическую кирасу, легко преодолел мощнейшее незримое защитное поле, а затем швырнул вперед на шею лирнийского иноходца его хозяина, так же убивая на месте скакуна, и скрываясь в каменистом грунте.
Впереди в овраге во вспышке пропал тотем.
— Засаадхааааааа…рхмрмххх… — подавился Волк, которому прилетело в бок, снаряд проделал отверстие и потерялся в чащобе.
А по остальным прошелся злой стальной ветер, выбивая еще пятерых всадников.
Защитные амулеты ломались на раз. Отсвет, отсвет, отсвет…
Вспышки тотемов.
Нет, для этих снарядов не существовало преград. Часто они пробивали насквозь людей, сметали защиту следующих и выбивали их из седел. События развивались настолько стремительно, что боевые жеребцы и тирки не успели среагировать, даже заржать, вздыбиться…
Секунда…
И с ликованием попавшие в ловушку увидели врага. Слева и справа от дороги в кустах немного впереди незадачливых родовых убийц проявились восемь арбалетчиков (по четыре с каждой стороны), которые сейчас перезаражали оружие, их прикрывало по два воина со щитами и длинными копьями. Да, им пришлось подняться, отбросив маскировку.
Четверо Медведей — настоящие красавцы, матерые и резкие. Они среагировали на угрозу мгновенно. И практически одновременно взмыли в воздух в высоких прыжках из седел, атакуя правый фланг и извлекая в полете из-за спин огромные секиры, каждый выбрал целью своего стрелка (следовало разобраться в данном вопросе, каким образом они поддерживали связь). От них не отстало столько же Волков, более того, благодаря родовому умению, они даже опередили на сотую долю секунды косолапых, беря на себя левую сторону — переместились в пространстве сразу за спины арбалетчиков, а ведь их разделяло около пятнадцати-двадцати метров.
Прокаченные, суки!
Секиры со страшной скоростью обрушились на подлых врагов. И ничего не могло спасти тех, прикрытие не успело поднять жалкие щиты, ткнуть копьем… Да просто среагировать! От огромных топоров не существовало спасения, а стальные прямые длинные кинжалы Волков блеснули, пронзая тела стрелков, нанося смертельные уколы. И тут же яркие вспышки древнеимперских ловушек раскрасили серость бытия.
Сначала сработали огненные, выбрасывая огромные снопы пламени метров на пять вверх, прожаривая в доли мгновения тотемных, показывая им ярость апокалипсиса, лишь двум Медведям и одному Волку удалось пережить это адское пекло. Их питомцы развоплотились с тонким и пронзительным звуком разбиваемого хрусталя, даря новую жизнь носителям, но хозяевам это не помогло. Потому что затем пришла очередь электрических мин. Мощность синих ветвистых молний была такова, что в секунду сожгла жалкие человеческие тела.
И вот уже восемь самых быстрых и активных злодеев превратились в пепел, и это, не считая семерых, сраженных первым залпом, сканирование показывало, что живых среди них не имелось.
Я, пока происходили все события, ударил по площадям «Объятиями Ороса», которые усыпили всего лишь четверых. И на свой счет записал еще двоих ублюдков. Первого опять взял «Кровопийцей». Второму же таки смог вонзить «Коготь» в печень, предварительно сметя незримую защиту. К сожалению, он оказался без тотема. А мой рык, усиленный амулетом и разнесшийся далеко: «Прекратить стрельбу!», чуть запоздал.
Вместе с ним вновь пронесся смертоносный дождь, собирая обильную жатву…
Теперь ржали вздыбившиеся лошади, метались по дороге, орали всадники.
Вакханалия, мать ее.
Прыжок, и следующий бандит погиб, но уже от родового кинжала, а здоровенная рыжая лисица, заставив отпрянуть (мало ли, зверья вокруг хватало, но становилось с каждой секундой меньше), с бледной вспышкой исчезла в печатке.
Отлично!
Стрельба прекратилась.
Один из представителей Народа не растерялся и с диким гиканьем, прижимаясь к шее лирнийского иноходца, сорвал его с места. Понесся вперед. За ним устремился артонский тяжеловоз без седока, видимо, повиновался стадному инстинкту. И, казалось, что они вырвались из засады.
Ушли.
Овражек с ручьем, где уже развеялись непонятные миазмы, встретил их не водой, а снопом ревущего пламени и синими молниями, которые обратили в пепел не только урода, но и обоих животных.
Еще двое мужественных деятелей во всем Окоеме, по крайней мере, как они всегда заявляли, постарались сбежать. Один на своих двоих, а второй на лирнийском иноходце. Но те выбрали противоположное направление.
Быстро сориентировались, гады.
Миг. И в моей руке копье Призрачного жнеца, которое моментально повинуясь желанию стало средних размеров и которое я отравил вдогонку пехотинцу. Конечно, дурость, и лишнее. Но энергия от передачи силы и крови пьянила, рождала дикий азарт и желание продолжения схватки. Все уже предрешено и закончено, так зачем мешать ему, ломая себя?
Длинный наконечник легко, с отсветом перегоревшего амулета, преодолел защиту, вошел в правую лопатку, поднял здоровенного мужика в воздух, протащил минимум метров пять и пригвоздил к стволу местной сосны.
Отбегался.
Зря, конечно. Почему? Потому что Орлу, казалось, он тоже вырвался, когда под копытами скакуна сработала электрическая ловушка из первой заградительной полосы. Мужик среагировал даже не мгновенно, а интуитивно. За долю секунды до активации мины, из седла выпрыгнул вправо, вкатился в густые кусты, чтобы через секунду сгореть в адском староимперском пламени. Тогда умели делать вещи. И меня радовали безмерно.
Режим постоянного сканирования показывал, что из врагов в живых осталось только двое спящих. Тридцать один человек в минус максимум за полторы минуты. Призрачный ворон транслировал, что к нам никто не подбирается, никто не мчится на подмогу к врагам.
Я отключил «Тень Арракса», сразу раздавая через амулет команды своим людям и направляясь к выжившим. Как бы не добили. Лис и Куница… Мда. А у меня в отряде завелся чертов снайпер. Нет, дело это хорошее, но ведь именно усыпленному Медведю, который уверен, мог ответить на большинство вопросов, филигранно засадил снаряд между глаз, как по циркулю. И, скорее всего, «Драконьим зубом», учитывая рваное сквозное отверстие в черепе. Захочешь специально —так не попадешь. Надо будет поинтересоваться, чья это работа, взять на заметку.
Через минуту наемники вместе с Хорном рассматривали дело наших рук. И оно впечатляло. Воняло горелым мясом, свежей кровью и требухой, тихо ржала пара умирающих лошадей, лишь тирки флегматично взирали на мир.
Вокруг трупы, трупы, трупы.
Выжило всего лишь четырнадцать животных — гобловских тяжеловозов с кольцами подчинения. Остальные погибли, где пронзенные не знающими преград болтами, а пытавшиеся убежать в такой близкий безопасный лес, сгорели в огне или от молний вместе с седоками.