Парк Юрского периода: миллионы лет спустя
— Конечно, — согласилась девушка. — Мы будем очень внимательны. И потом, ведь со мной мистер Броуфстайн. А он, по вашему утверждению, лучше других знает динозавров, — по угрюмому лицу охотника мимолетно проскользнуло слабое подобие улыбки. — Значит, нам нечего бояться, — заключила Элли.
— Мда, — мрачнея еще больше, кивнул Хаммонд. — Хотя я бы не стал утверждать этого категорически. Ну, ладно.
Элли вышла следом за Солом в тропическую, освещенную слабой луной ночь, а бородач, сунув руки в карманы брюк, уставился куда-то в сторону, думая свои, явно невеселые, мысли.
— Джон? — голос Кеймена прозвучал тихо, и в нем слышались извиняющиеся интонации, словно программист просил за что-то прощения. — Знаешь, Джон? Мне очень жаль, но… боюсь, что я не сумею вернуть Юрский парк к жизни без Денниса. Мне, действительно, очень жаль…
Хаммонд молча, с удивительным спокойствием, выслушал Арнольда, кивнул утвердительно и бесцветно произнес, чуть ли не по слогам:
— Черт по-бе-ри.
* * *Лекс завизжала, и этот истошный, граничащий с ультразвуком визг заставил кровь Гранта застыть в жилах. Мороз прошел у него по коже. Волосы на макушке, под индиано-джонсовской шляпой, зашевелились от страха.
Он обернулся. Тираннозавр широко шагал к ним, и из залитой кровью пасти свисала голая человеческая нога в белом полосатом носке, тоже заляпанном бурым.
«Наверное, это был Малколм, — подумал Грант. — Бедняга».
Застывшие стеклянные глаза рептилии смотрели в их сторону, но чудовище то и дело слегка поворачивало голову, словно прислушиваясь.
Тело Алана среагировало раньше, чем его разум осознал, что делает. В одно мгновение оказавшись на ногах, Грант зажал рот девочки широкой ладонью.
— Не шевелись, — искаженным от волнения голосом прохрипел он. — Не двигайся. Если не двигаться, Ти-рекс нас не сможет увидеть.
Лекс мелко-мелко затрясла головой. Косички хлестнули Гранта по лицу. Так они и стояли у задранного к небу покатого багажника «блейзера», когда Тираннозавр гулко протопал мимо, наклонился и сорвал шину со второго заднего колеса.
Грант не мог видеть его, и от этого положение становилось еще более ужасным. Лопнул баллон, а сразу же вслед за этим раздался страшной силы удар. С треском посыпались лопнувшие стекла. Борт машины толкнул Алана в спину, и они с Лекс оказались распластанными на земле. Ти-рекс только быстро взглянул в их сторону, но движение не повторилось, и рептилия вновь вернулась к прерванному занятию. Запах, исходивший от днища машины, был резким, неприятным. Преобладал сладковатый аромат машинного масла, влажной грязи и резины, но теперь он не чувствовал вкусного, приятного запаха дичи — человеческого пота и плоти. Ти-рекс быстро связал это обстоятельство со своими действиями. Запах пропал после того, как он перевернул это странное существо. Нужно вернуть его в исходное положение. Чудовище нагнулось и попыталось подцепить «блейзер» мордой. Машина сдвинулась на метр в сторону, но так и осталась лежать на крыше, сплющенная и жалкая. Тираннозавр предпринял еще одну попытку, но и она не увенчалась успехом.
Грант едва успел оттолкнуть Лекс и подтянуть ноги. Если бы не его реакция, автомобиль попросту размазал бы их по траве, превратив в кровавую кашу. Стараясь держаться вне поля зрения рептилии, прячась за помятым, изувеченным боком «блейзера», он приподнялся на корточки и осторожно высунул голову. Ти-рекс начал злиться. Огромный хвост несколько раз судорожно хлестнул траву. Влажные брызги грязи разлетались в стороны, окатывая и чудовище, и машину, и сломанное заграждение.
После второго удара «блейзер» сдвинулся еще на метр, но теперь Алану удалось удержаться на ногах. Рептилия рассвирепела. Раз за разом она атаковала упрямую жертву, и если сначала это были попытки перевернуть врага, то постепенно удары стали бесцельным вымещением ярости. Ти-рекс злился. Кожа на его морде лопнула в нескольких местах, кровь падала на землю большими бесформенными кляксами, но чудовище с тупой настойчивостью крушило автомобиль. Точнее, то, что от него осталось.
Перемазанные грязью с головы до ног, Грант и Лекс пытались не попасть под теперь уже двигающийся почти непрерывно «блейзер», но и не оказаться в поле зрения зубастой твари. Стоило им зазеваться, и Тираннозавр в мгновение ока расправился бы с обоими. Несколько раз Грант все же не успевал избегать ударов, в основном из-за того, что приходилось контролировать Лекс. Спину ломило, а в боку словно поорудовали острой спицей. Боль казалась ужасающе сильной. «Скорее всего, сломаны ребра, — успел подумать Алан в короткий промежуток отдыха, пока Ти-рекс готовился предпринять очередную попытку расправиться с врагом. — Сейчас, пожалуй, не помешал бы врач. Раз, два…»
Удар! — машина преодолела еще полтора метра, в третий раз опрокинув его на спину.
Перевернувшись на бок, Грант остолбенел. Дело обстояло даже хуже, чем он думал. «Блейзер» вплотную подобрался к тощим, как хребты скелета, пальмам, за которыми раскинулся сделанный людьми для стока дождевых вод бетонный каньон. Миниатюрная Ниагара, украшенная искусственными лианами и плющем. «Еще несколько атак, подобных этой, и мы все дружно рухнем с высоты тридцати метров на бетонное, с настоящими гранитными валунами, дно водопада. Сначала он и Лекс, а затем — «блейзер» с сидящим внутри Тимом. Правда, совсем рядом растет несколько здоровых тиссов, сосен и фикусов, но что-то сомнительно, чтобы им удалось перебраться на них, учитывая его сломанные ребра, малую физическую силу Лекс и грозную тварь, только и мечтающую, как бы подзаправиться всей их веселой компанией.
Задумавшись, Грант не заметил надвигающегося борта машины. Он врезался в железо спиной и затылком, — прямо в деформированную эмблему парка (как раз в черную морду нарисованного Тираннозавра), — и ткнулся физиономией в грязь, на мгновение потеряв сознание. Ему потребовалась всего секунда, чтобы прийти в норму, однако в голове появился глухой тяжелый звон, а желудок свело рвотной судорогой.
«Кажется, у меня сотрясение мозга, — подумал Грант. — Но если я сейчас же не встану, то будет такое сотрясение всего организма, после которого вообще мало кому удается оклематься. Ну-ка, поднимай свою задницу, дружок!»
Он уперся ладонями в землю, оторвал от травы тело и, подставив под него колени, тяжело поднялся. Его шатало, во рту появился горьковато-металлический привкус крови. Бок заболел еще больше.
Буууууууу… С жалобным скрипом оторвалась одна из дверей «блейзера». Ти-рекс наступил на нее, и железо, хрустнув, прогнулось под его весом. Края поднялись вверх, словно лепестки экзотического огненного цветка.
Грант успел отползти и избежать очередного удара. Самые худшие опасения, крутящиеся в голове мрачным роем, сбывались с фатальной неизбежностью волшебного предсказания. Не прошло и двух минут, как машина зависла над пропастью, заливая кроны деревьев белым светом. Луна с любопытством уставилась единственным, хитро прищуренным циклопьим глазом на балансирующих на краю обрыва людей. Мужчину и девочку, стоящих на четвереньках. Картина, наверное, выглядела бы довольно комично, если бы не беснующийся рядом громадный ящер. Люди знали: жить им осталось не больше нескольких минут, если, конечно, не прилетит супермен с пропеллером в заднице и не унесет их отсюда. Впрочем, надежды на подобный исход было довольно мало. А еще точнее, и вовсе не было. Едва ли чувство, охватившее людей, можно было назвать иначе, чем отчаяние. Выхода у них не было.
Эта мысль разозлила Гранта. Всерьез. И злость, закипающая в нем, была отличной, прекрасной злостью. Не ослепляющей, а прочищающей мозги, трезвой, расчетливой, расставляющей все по своим местам и заставляющей мысли бежать быстрее в поисках, пусть самых невероятных, но решений проблемы.
Они, люди, должны погибнуть только потому, что какому-то кретину-переростку вздумалось сожрать их? Черта с два! Вы давно вымерли, приятель! Вас нет! Вы — творение рук человеческих, а потому тебе не сожрать нас! Мы умнее! И пошел ты к матери, заср…ц! Вот что!