Парк Юрского периода: миллионы лет спустя
— Доверьтесь мне. Я умею это делать, — сказал он. — А теперь — бегите.
— Хорошо.
Девушка прикрыла глаза, досчитала до трех и побежала.
Она еще никогда не бегала так быстро. В ушах свистел ветер. Гибкие ветки хлестали по лицу. Элли даже не думала, что ей делать. Мозг сам принимал решения, отдавал команды телу, а оно реагировало прежде, чем девушка успевала что-либо осознать. Вот на пути вырос завал из сломанных сучьев. Не задерживаясь ни на мгновение, не снизив скорости, Элли подпрыгнула, ухватилась руками за толстую ветку тисса, нависающую над тропой, и перемахнула завал одним прыжком. Сетчатая калитка приближалась, а выстрелов все не было.
«РАПТОРЫ ПРИМЕНЯЮТ СКООРДИНИРОВАННУЮ ТАКТИКУ АТАКИ» — вновь всплыл в голове голос Алана. Вот оно! Элли поняла, что Сола больше нет. Его убил второй Велоцираптор. В этом-то и заключалась их тактика. Поэтому она и не слышала выстрела! Эта мысль прибавила ей сил.
Створка распахнулась, и Элли, за полсекунды преодолев расстояние от ограды до стальной двери бункера, ввалилась внутрь. Прислонившись спиной к холодной бетонной стене, она прислушивалась, не донесется ли до ее слуха шум погони. Треск веток, стон ломающегося железа или хруст рвущейся сетки… Но было тихо. Ни шагов, ни других посторонних звуков. Если Рапторы и гнались за ней, то теперь они остались снаружи.
Элли еще несколько секунд успокаивала неровное дыхание. Сердце замедляло панический бег.
— Мистер Кеймен! — позвала девушка. — Мистер Кеймен!!!
Ответом ей послужила холодная тишина. Щелкнув переключателем рации, она поднесла микрофон ко рту:
— Джон, я в бункере.
— А Сол? — хрипло, с легким дребезжанием, осведомился динамик.
— Он на улице. У нас неприятности. Рапторы прорвали ограждение и вырвались на свободу. Похоже, мистер Броуфстайн погиб.
Рация молчала не меньше минуты.
— Черт возьми, — наконец отреагировал Хаммонд. — Не хватало нам здесь еще и Рапторов иметь, — он вновь немного помолчал. — А Арнольд и Питер? Вы не нашли их?
— Джон, я стою около двери, — раздраженно ответила девушка. — Чудо, что мне вообще удалось добраться сюда.
— Да, конечно. Извините.
Элли, пораженная спокойным тоном Хаммонда, ничего не ответила.
Она ожидала какой-то реакции на известие о смерти охотника. Но ее не последовало. В груди Элли поднялась глухая злоба. Уже даже не раздражение, а именно злость. Ей захотелось швырнуть рацию на пол и растоптать, чтобы колесики, детальки, осколки стекла со звоном и скрежетом разлетелись во все стороны.
«Нормальная реакция взбешенного неандертальца, — подумала девушка. — Вполне адекватная ситуации».
— О'кей. Что мне делать дальше?
— Отлично, — тон бородача изменился. Теперь он стал напыщенно-громким, словно тот декламировал перед аудиторией. — Доктор Сетлер, перед вами металлическая лестница. Видите?
Элли включила фонарь. Стальные ступеньки круто уходили вниз, метра на три под землю.
— Да, вижу.
— Спускайтесь по ним.
Спасибо за дельный совет. Ее так и подмывало сказать это, но она вновь подавила свои чувства.
— Хорошо, спускаюсь.
Осторожно, стараясь не оступиться, Элли преодолела лестницу и направила луч перед собой. Он уперся в темноту, не достигнув конца коридора, однако прекрасно осветив высокие серые стены.
— Стою внизу, — сообщила девушка.
— Отлично, — тем же неприятно-театральным тоном сказал бородач. — Теперь идите вперед.
Она послушно двинулась вперед. Через полминуты Элли перестала видеть даже тот слабый свет, который проникал сквозь приоткрытую дверь. Сумрак, окружающий ее, был липким и смрадным. Пахло изоляцией, болотом и еще чем-то сладковатым и гнилостным. Элли первый раз находилась в подобном помещении и не знала, какие запахи должны преобладать тут. В ней проснулись детские, давнишние, забытые и похороненные в глубинах памяти страхи. За желтым контрастным лучом фонаря таились разнообразные чудища. Жуткие вампиры следили за каждым ее шагом. Бугеймен [6], Утопленник, обросший водорослями и тиной, холодно-осклизлый, с синюшным лицом утопленника, бесшумно подкрадывался сзади. Зубастые многорукие монстры скалились из углов, сверкая наполовину сгнившими клыками. На поверку все было куда прозаичнее и спокойнее. Вампиры оказывались то электрическими распределительными щитами, то — противопожарными баллонами, блеск клыков монстров был не более чем отсветом на ячейках стальной сетки, тянущейся справа, а вместо Бугеймена подкрадывалась лишь темнота.
— Доктор Сетлер? — вдруг громко заверещала рация. — Доктор Сетлер!
Дребезжащий голос напугал ее, пожалуй, даже больше, чем все детские страхи, вместе взятые.
— Да! — ответила она торопливо.
— С вами все в порядке?
— Все нормально.
— Где вы находитесь?
Элли огляделась:
— Не знаю. Тут какие-то щиты, справа — сетка. Впереди, метрах в пяти, поворот налево.
— А основной коридор уходит прямо?
— Да.
— Хорошо. Вы почти у цели, — Хаммонд был доволен.
— Сейчас сверните налево и идите прямо. В конце коридора…
Он не успел договорить. В динамике послышалась какая-то возня, и затем голос Малколма отчетливо проговорил:
— Будьте любезны, позвольте мне…
К большому облегчению Гранта и Тима, Лекс не ошиблась. Ограждение оказалось даже ближе, чем они предполагали. Оно не было повреждено и стояло, высокое, непроницаемое, прячась одним крылом в джунглях, а вторым уползая к самому горизонту, над которым повис золотой диск солнца. Толстые тросы серебристо поблескивали и чуть гудели, когда ветер касался их своим дыханием.
Грант остановился, не доходя до изгороди двух шагов. Сигнальные маячки на опорном столбе безмолвствовали. Скорее всего, Хаммонду так и не удалось наладить подачу тока. Однако слабая вибрация, то и дело пробегающая по тросам, настораживала. «Конечно, один шанс из тысячи, что ток все же включен, но вышли из строя маячки, — подумал он. — Но вдруг именно сейчас этот шанс сработает? Что тогда? А тогда мы превратимся в золу. В пепел. Нет, в их положении нельзя полагаться даже на очевидное. Слишком много безупречно рационального перечеркнул вчерашний день».
Алан перестал верить в бесспорную очевидность.
— Похоже, ток выключен, — сказал он. — Но нужно проверить.
— Зачем? — полюбопытствовал Тим. — Ведь сигнальные лампы не горят?
— Но и Ти-рекс не должен был вырваться из своей зоны, не так ли?
Мальчишка серьезно обдумал возражение и кивнул:
— Да, наверное, вы правы.
— Мне тоже иногда так кажется, — улыбнулся Грант. — О'кей.
Нагнувшись, он поднял с земли сучковатую палку, размахнулся и швырнул ее в сторону ограждения. Сталь загудела. Похожий на басовую ноту гитарной струны звук покатился над равниной. Палка перевернулась, замыкая тросы. Грант почему-то вдруг поверил, что сейчас раздастся треск, посыплются бело-голубые искры, а в воздухе запахнет обгорелой древесиной. Удача не могла так, запросто, улыбнуться им.
Палка упала в траву. Ничего не произошло. Ни вспышки, ни облачка голубоватого дыма, ни запаха. Ничего. Тока все-таки не было.
Алан медленно подошел к ограждению, протянул обе руки, быстро схватился за трос и… закричал, широко открыв рот и конвульсивно трясясь всем телом. Сзади завизжала Лекс, а через долю секунды к ней присоединился и Тим.
Еще несколько мгновений Грант продолжал дергаться, затем разжал пальцы, повернулся и спокойно сказал:
— Нет. Все-таки ничего нет.
Лекс изумленно, с некоторой долей обиды посмотрела на него.
— Как глупо, — наконец сказала она.
— А по-моему, здорово, — вступился за Гранта Тим. — Отличная хохма.
Алан несколько смущенно развел руками.
— Извини, — сказал он девочке, — действительно, шутка не удалась. Извини, — Грант вздохнул. — Ну что, ребята, может быть, нам удастся перелезть через нее, а? Как вы думаете?