Парк Юрского периода: миллионы лет спустя

Элли бежала по темному, узкому, как кишка, коридору. Фонарь, зажатый в ее руке, постоянно двигался, и луч света отплясывал диковинный безумный танец, полосуя мглу, подобно световому мечу Люка Скайуокера [7]. Вообще, девушка уже не раз ловила себя на мысли, что вся эта затея очень напоминает ей кинобоевик, вроде «Чужого» или «Умереть тяжело» с Брюсом Уиллисом. Не хватает только своры террористов, дышащих в затылок, и автомата через плечо. Хотя монстров-то тут было предостаточно. Даже жаркое монотонное бормотание рации являлось антуражем виденного когда-то фильма ужасов.
— Сворачивайте налево.
Она послушно нырнула в узкий закуток, сделала несколько шагов и уперлась в непроницаемую бетонную стену.
— Черт!
— Что такое? Что-нибудь случилось? — встревожился Хаммонд.
— Тут тупик.
— Тупик?
— Да.
— Минутку, минутку, минутку…
Элли слышала, как бородач шелестит своей картой, что-то бормочет, видимо, недоумевая, как же он мог ошибиться.
— Стоп. Наверное, нужно было попробовать свернуть вправо…
— Подождите, — вмешался в разговор Малколм. — Элли, выйдите из тупика.
Девушка торопливо вернулась в главный коридор.
— Да, я сделала это.
— Отлично. Теперь поднимите фонарь вверх и скажите, что вы видите…
Элли подняла фонарь. Под самым потолком, удерживаемые мощными сваями, вились черные глянцевые кабели, украшенные разноцветными нашлепками.
— Здесь какие-то кабели, трубы.
— Прекрасно, — обрадовался зоолог. — Идите по ним. Они должны вывести вас к главному рубильнику.
— Хорошо, — девушка пошла прямо, то и дело освещая изгибающиеся путеводные дорожки кабелей. Нить, по которой она доберется до цели.
Лекс полезла первой. Трос раскачивался у нее под ногами, костяшки пальцев побелели от напряжения, но она, понимая, что Тиму будет куда страшнее, чем ей, нашла в себе силы посмотреть вниз и сказать брату:
— Тимми, могу поспорить, я буду на той стороне раньше, чем ты вскарабкаешься наверх.
Грант усмехнулся этой наивной хитрости, однако она сработала. Глаза мальчишки загорелись детским азартом.
— Ты точно хочешь спорить?
— Конечно.
— Хорошо, давай! На два доллара!
— Идет. Начали.
Тим бодро принялся карабкаться наверх, ловко подтягиваясь и сохраняя равновесие.
— Эй, ребята, осторожнее, — крикнул Грант, — это вам не соревнования!
…Подсказка Малколма была очевидной, но, видимо, именно поэтому безотказной. Кабели, действительно, вывели Элли к главному распределительному щиту, на котором выделялась красная надпись: «Осторожно! Высокое напряжение!»
— Ян? — Элли почувствовала прилив бодрости. В этот момент она даже забыла о Рапторах, караулящих людей снаружи. — Ян, я нашла его!
Динамик хрипло затрещал в ответ.
«Наверное, я слишком далеко забралась», — подумала девушка.
— Ян?!!!
— Элли! Я слышу Вас! — голос прозвучал неожиданно четко. — Что случилось?
— Ян, я нашла его! Я нашла распределительный щит!
— Отлично! Вы молодец, Элли!
Она стояла перед высокой — около двух метров — металлической дверью, направив луч фонаря на буквы цвета крови, и едва сдерживалась, чтобы не заплакать от облегчения.
— Я нашла его, — вновь повторила девушка.
Судорожный спазм перехватил горло. В глазах защипало.
Элли заставила себя напрячься, стряхнула с себя слезливое оцепенение.
«Еще не все, — сказала она себе. — Еще не все. Нужно действовать. И главное: еще нужно вернуться. Вернуться живой».
— О'кей, — вновь поднося рацию ко рту, глухо произнесла Элли. Что мне теперь делать?
— Элли? — это был Хаммонд.
Девушка поежилась, будто прикоснулась к холодной скользкой лягушке. Она бы предпочла слушать Малколма.
— Элли, вы слышите меня?
— Да, — в эту секунду Элли вдруг поняла, как же она устала. Невероятно. Дико. Хотелось лечь, закрыть глаза и уснуть. Надолго. Усталость как-то сразу навалилась ей на плечи. Веки стали слипаться. Апатия, тусклая, бесцветная, затянула голову ватным безвкусным туманом.
 
«Встань! Встань!!! Очнись, черт тебя дери!!! — зло сказала себе Элли. — Тебе нужно идти! Давай, открой глаза!»
— Вы что-то сказали? — переспросил Хаммонд.
— Нет. Я слушаю вас.
— Так, — она представила, как бородач довольно потирает пухленькие ладошки, и сморщилась. — Для начала, откройте дверь.
Элли потянулась к металлической ручке…
…Лекс забралась наверх первой и уселась на трос, вцепившись в опорный столб. С десятиметровой высоты хорошо просматривалась равнина, и ей удалось разглядеть темное продолговатое пятно. Странно подергиваясь, оно шагало к ограждению. Сперва девочка не поняла, что это, но через минуту сообразила.
— Ти-рекс! — сказала она громко. — Тираннозавр! Он идет сюда.
Грант оглянулся. Он как раз одолел половину пути и теперь, прищурившись, всматривался в зеленое травяное море, пенящееся темными бирюзовыми волнами под порывами ветра.
— Он не может увидеть нас с такого расстояния.
— Но он все-таки идет сюда, — возразила девочка.
Тим тоже поднялся на верхний ряд и пристроился рядом с сестрой.
— Ага, — сообщил он. — Точно. Идет сюда.
— Не бойтесь, — как можно спокойнее, сказал Грант. — Перелезайте. Только осторожно, не упадите!
Лекс быстро начала спускаться, с обезьяньей ловкостью цепляясь за тросы.
Грант, не теряя ее из виду, вскарабкался наверх, перебросил ногу через край ограждения и улыбнулся Тиму.
— Спускайся очень внимательно. Трос — не слишком надежная опора.
Тот кивнул.
…Основной рубильник располагался в верхнем правом углу, а рядом с ним пестрели надписями два десятка тумблеров поменьше. Элли растерялась, не зная, что делать.
— Элли, теперь слушайте внимательно. Основной рубильник просто так включить невозможно. Нужно подкачать специальную ручку для набора напряжения. Она должна быть внизу. Видите? Такая большая, плоская, серая.
Темно-серая увесистая рукоять расположилась чуть ниже рубильника. Элли заметила ее сразу.
— Да, вижу. Сейчас попробую.
Она вцепилась в железо и изо всех сил потянула рукоять вверх. Тщетно.
— Ничего не получается, — хрипло выдохнула девушка.
— Попробуйте еще. Необходимо качнуть рукоять хотя бы четыре раза. Там должна загореться зеленая лампочка.
Четыре раза! Да хоть бы один! Элли вновь налегла на рычаг. Мышцы ее напряглись, заныли. Плечи заломило. Резкая боль вспыхнула в левом локте, но рукоять все же сдвинулась с мертвой точки и пошла вверх.
— Раз! — это был даже не выкрик, а просто стон. — Два!
— Как только загорится зеленая лампочка, значит напряжения достаточно!
— Три! — надрывный вопль донесся до Хаммонда и Малколма.
Четвертый раз был особенно сложным. Элли едва сумела перевести ручку в верхнее положение. Тут же вспыхнул веселым зеленым светом сигнальный индикатор.
— Готово.
Элли не узнала своего голоса. Напряженный, переполненный злостью, он больше подошел бы мужчине, чем женщине.
— Заряжено!
— Индикатор загорелся?
— Да.
— Прекрасно. Теперь остальное. Там есть такая круглая кнопка, на ней написано: «Для включения нажать».
— Есть, — отозвалась Элли, найдя нужную кнопку. — «Для включения нажать».
— Нажмите ее.
Элли с силой вдавила кнопку в панель…
…Когда истошно взвыла предупреждающая сирена, а на столбе зловеще начал мерцать синий фонарь, Тим перепугался. Его словно хватил паралич. Руки и ноги отказались повиноваться, и он застыл, ухватившись за трос, навалившись на него грудью, с перекошенным от страха лицом. Сердце забилось о ребра, живот свело, скрутило ледяным спазмом. Холодный пот мигом покрыл спину и лицо. Крупные капли ползли по щекам, и со стороны могло показаться, что мальчик плачет, но это было не так. Он хотел заплакать, но не сумел сделать даже этого. Тим просто висел на тросе, а мерцание фонаря отсчитывало секунды его жизни…