Сибирский рубеж (СИ)

Умылся, привёл себя в порядок. Спустился на первый этаж. Завтрак ещё не приготовили, и я вышел на крыльцо вдохнуть чистый утренний воздух. В глаза ударили лучи восходящего солнца. Неподалёку Катя копалась в багажнике одного из внедорожников, наклонившись и выставив на обозрение свою упругую филейную часть, обтянутую штанами цвета хаки. Девушка не замечала меня.
— Отличный вид, — сказал я.
Катя резко выпрямилась, обернулась и уставилась на меня ничего не понимающим взором.
— Доброе, ваше сиятельство! Я даже не заметила вас. Вид? Да… у нас тут красиво.
Она явно не поняла, про какой вид я говорил.
— Это точно. Красиво. У нас тоже парк был в усадьбе, но мы жили в городской черте. И хватит меня называть «ваше сиятельство», уже надоело на каждом углу слышать. Просто по имени зови.
— Как скажете, — Катя скривила рот в улыбке. Эта её ужимка мне показалась довольно милой.
— Как ты вообще после вчерашнего?
— Нормально. Я не первый раз участвую в боях. А вы?
— Тоже неплохо. Слышал, что ты у нас самая младшая, вот и подумал, может, тебе непривычны такие вещи.
— Всё в порядке. Я не трусиха.
— Это я уже понял. Куда-то собираешься?
— Нет, просто патроны складываю. Их сейчас на завод повезут тем, кто там дежурит сейчас, — Катя направилась к крыльцу.
— Помочь?
— Ну… если хотите, — пожала она плечами и снова скривила ротик.
В двух комнатах на первом этаже охранники организовали склад оружия и амуниции. Тут хранились патроны, броники, одежда, на специальных стойках располагались карабины, автоматы и пистолеты-пулемёты. Всё это притащили с базы, чтобы было под рукой в случае нападения. Таким образом, мой дом стал в буквальном смысле слова крепостью. Неизвестно, сколько нам придётся находиться на осадном положении. Противостояние ожидалось долгим. Вряд ли Любецкие пойдут на мировую после того, как я кучу их бойцов выкосил и завод отобрал.
Я помог Кате погрузить коробки с патронами, после чего нас позвали есть.
Управляющий обещал сегодня показать, где спрятан артефакт, поэтому после завтрака мы сразу же отправились в путь. Шофёра брать не стали. Гаврилов, одетый, как и вчера, по-военному, сложил в багажник моего бронированного внедорожника «Алтай» два карабина, заряженных рубрумитовыми пулями, а сам сел за руль. Сопровождали нас Курган и три охранника на отдельной машине.
Путь наш лежал на закрытую шахту. Она находилась вёрстах в двадцати от города, почти там же, где и деревня Васюки, в которой мы недавно отстреливали тенебрисов.
Всю дорогу я думал над тем, что случилось ночью. Это точно был не сон. Сны обычно забываются, а общение с духом Давыдовой я помнил так же чётко, как и вчерашний разговор с сестрой. Всё это произошло взаправду, как и многолетнее пребывание во мраке, как и луч света, вытащивший меня из плена вечной ночи.
Мне было над чем подумать. Если верить словам Давыдовой, все мои товарищи, сослуживцы, женщина, которую я когда-то любил, и многие-многие другие до сих пор мучаются во мраке в пустоте и одиночестве. Если так, я должен освободить их души из плена. Спасение есть, и это обнадёживало.
Но прежде придётся уничтожить того, кто поглотил нас и кого я не смог одолеть в прошлой жизни. И теперь, чтобы сравняться в силе с тёмным богом, придётся самому поглотить огромное количество тёмной энергии, а значит, моё место отныне на рубеже, а то и вовсе в области тьмы.
Я настолько был поглощён размышлениями, что даже про клан Когтя забыл. Все эти человеческие дрязги сейчас казались мелкими и бессмысленными. Если бы люди знали, что их ждёт, они, наверное, давно отринули бы все свои разногласия. Хотя нет, вряд ли. Вражда у нас в крови и исчезнет только вместе с нами.
Проехав по пустой старой дороге, свернули на ещё одну, на которой уже трава росла сквозь трещины. Кургана с тремя охранниками оставили на перекрёстке, а сами покатили дальше и вскоре упёрлись в шлагбаум. Выйдя из машины, я сразу ощутил присутствие поблизости тёмных существ, как и прошлый раз в деревне.
Гаврилов достал из багажника карабины, один повесил себе на шею, второй отдал мне. Я закинул оружие за плечо. С моими способностями вряд ли имело смысл тратить пули.
 
— Алексей Михайлович, сейчас будьте внимательными, здесь тварей много, — управляющий передёрнул затвор.
Мы пролезли под шлагбаумом и зашагали дальше. За деревьями показались высокий копёр и земляные отвалы. Рядом с дорогой ржавела приземистая шахтная машина на огромных колёсах. Ощущение присутствия тенебрисов усиливалось.
— Откуда они здесь? — спросил я, оглядываясь по сторонам в поисках существ.
— Из-под земли лезут, — проговорил управляющий. — Опять дыра образовалась где-то поблизости. Первый раз она появилась года два назад после того, как шахту законсервировали. Тогда Дмитрий Семёнович закрыл её. С тех пор регулярно здесь прорывает. Надо бы найти.
— Почему военных не вызвали?
— Чтоб губернатор землю забрал?
— В смысле, забрал? Как он может забрать мою землю?
— Да очень просто. Сдвинет рубеж — и вы лишитесь десяти-двадцати тысяч десятин. Устроит вас такое?
— Если честно, не очень.
— Вот поэтому надо самим разобраться. Зря, что ли, Дмитрий Семёнович «убийцу тьмы» принёс? Только он может помочь. Не будет артефакта — у нас всё отнимут.
Мы вышли на площадку перед шахтой, я огляделся по сторонам. По отвалам бродили тёмные существа, другие толклись возле постройки. Здесь разные были: помельче, покрупнее, четвероногие, прямоходящие. Десятка два-три или даже больше. Они бесшумно двинулись к нам со всех сторон.
  
Глава 9
 
Твари ринулись в атаку. Гаврилов кинул огненный шар в самую гущу, и три существа, охваченные пламенем, покатились по земле, извиваясь в тихой агонии. Я ни разу не слышал, чтобы тенебрисы издавали звуки даже при смерти. Второй шар огня подпалил ещё двух. Но другие не останавливались.
Не дожидаясь, пока в нас вцепятся острые зубы, я ударил тёмной волной. Более десятка бегунов рассыпались пеплом, бестия, что мчалась в рядах мелких тварей, кувыркнулась и, изъеденная дымкой, стала кататься по земле. Заодно исчезла и трава там, где прошлась волна.
Следующей бестии выпущенная навстречу концентрированная тьма спалила полтуловища. Третья в несколько сильных прыжков оказалась рядом с Гавриловым, но тот резко взмахнул ладонью, и в тварь ударила огненная вспышка. Массивная чёрная туша с кабаньей мордой, ощеренной огромными зубами, повалилась у наших ног, охваченная огнём.
Следом бежали два беллатора. Существа были крупные, гораздо выше человека, худые, словно скелеты, а их передними лапы оканчивались длинными когтями. Тела окутывал дым, а на лицах пучились по два маслянистых чёрных шара.
Мой сгусток прожёг насквозь первого. Гаврилов же создал стену огня. Наткнувшись на неё, второй беллатор вместе с пятёркой бегунов отпрянули, дав мне возможность перебить их тёмными шарами. Затем я прикончил раненую бестию, которая до сих пор никак не могла подняться с земли.
Остались шесть мелких четвероногих. Они бродили по земляным насыпям, и к нам не приближались. В них полетели чёрные змеи и прожгли ещё одну тварь, остальные скрылись с глаз наших долой.
Я двинулся к телам существ, многие из которых стали кучками пепла.
— Стойте, Алексей Михайлович! Не приближайтесь к дыму! — попытался остановить меня управляющий.
— Спокойно, всё под контролем, — сказал я.
— Дым очень опасен. Не подходите! — Гаврилов схватил меня за руку. — Угробить себя хотите? Надо отойти подальше, пока туман не улетучится.
— Я же сказал, Егор, всё под контролем. Ты видел какая у меня магия? Для многих дым смертелен, а я поглощаю его и становлюсь сильнее. Отойди и не подвергай себя опасности. Это приказ.
Гаврилов нехотя подчинился и отошёл подальше, а я смело зашагал среди пепла и остатков чёрных тел, и тёмная энергия вливалась в моё тело, становясь частью меня. Покалывание сменилось лёгкими мышечными судорогами, почти как вначале, когда я оказался один в комнате, но сейчас было не так болезненно, и продолжалось это не так долго.