Грешные души

На секунду Ифе представила, что Атсу погиб. Волна страха прошла по спине. В мыслях тут же воскресла хитрая улыбка вора, его показная простота, его обещание помочь ей. «Нет, Атсу не может погибнуть. Это… ужасно!»
Тогда она вообразила, что то же самое случилось с принцем. Девушка представила его, окружённого меджаями в коридоре дворца. Хопеш, отделивший голову от тела. Тёмные кудри, слипшиеся от крови и разметавшиеся по полу. Теперь ею завладел уже не страх, а чистый ужас, лишающий возможности вздохнуть. «Нет… Нет!»
Она знала ответ на вопрос Амена.
– Я рискую ради себя.
Парень нахмурился, но Ифе ещё не договорила.
– Ради Атсу и ради Кейфла. Мне больно думать, что кого-то из них может настигнуть зло. И мне страшно думать о том, что будет со мной в таком случае.
Амен внимательно посмотрел в глаза девушки.
– Не ищи лжи. Я говорю правду. Они оба стали близки и дороги мне.
– Спасибо за честность.
После недолгих раздумий парень задал ещё один вопрос:
– Постой, «красавчика» зовут Кейфл? Как воскресшего принца?
– Кхм… ну…
– Ну конечно! Это и есть младший принц! Какой же я дурак…
Ифе задумчиво пробормотала себе под нос:
– Неужели никто в этом городе не удивляется, что сын фараона просто взял и восстал из мёртвых?
– А чего удивляться? – Амен, всё ещё недовольный своей непрозорливостью, отмахнулся. – Он же хекау. Про них такие истории ходят, что люди скорее удивились бы его окончательной смерти.
– И что же, всех хекау считают бессмертными?
– Нет, конечно. Большинство из них шарлатаны и фокусники. А истинных во всех сепатах от силы трое. Но даже они не сравнятся с принцем.
– Почему?
– Несколько лет назад, когда Осирис призвал всех богов из сепатов на совет, река Хапи почти полностью иссохла. Не знаю, были ли боги в курсе того, что люди умирали от жажды и голода, но они ничего не сделали.
«Если Царь Богов призвал их на совет в Дуат, то они и правда могли не знать… – думала аментет. – Там время течёт иначе, а миры сливаются воедино».
– Люди отчаялись, – продолжил Амен. – Все были равны перед лицом засухи: и простолюдины, и фараоны. А потом к реке вышел юный принц. Младший сын Хафура. Говорят, что в руках он держал драгоценный посох своего отца. Принц призвал силу хека. Небо заволокло тучами, и на все – все! – сепаты Та-Кемет хлынул дождь.
Слушая историю, Ифе даже забыла об усталости.
– Вода заполнила иссохшую Хапи за несколько часов. А принца нашли без сознания на берегу реки, рядом с пылью, в которую обратился драгоценный посох.
– Он спас всех…
– Не просто спас. Он явил чудо, на которое до этого были способны лишь боги. Потому никто и не удивляется, что Кейфл смог ожить. Этого практически ждали.
Заслушавшись, Ифе не заметила, как дверь одной из неприметных лавок открылась прямо перед ней. Девушка столкнулась с вышедшей оттуда женщиной. Она сразу узнала её, несмотря на то что та была укутана в тёмный плащ.
– Шемеи?!
– Ты?! – быстрым движением вторичная жена фараона убрала в лиф платья маленькую склянку.
Но Ифе успела разобрать накарябанный на ней иероглиф – снотворное.
Амен не раздумывая кинулся на Шемеи, стараясь закрыть ей рот.
– Не надо!
Не слушая аментет, парень схватил женщину.
– Спокойно. Я не буду кричать, – тихо сказала она.
– Ага, как же… – Амен сделал жест Сефу и Уоти, чтобы те не подходили.
– Поучись у мальчика, Ифе, – усмехнулась Шемеи. – Не жалей тех, кто может тебе навредить.
– Вы знакомы? – недоверчиво спросил Амен.
– Встретились во дворце. Это вторичная жена фараона.
– Ты шутишь?..
Ифе покачала головой.
– И что нам с ней делать? У меня нет дурмана.
– У неё есть снотворное, – неуверенно ответила девушка.
Амен потянулся к Шемеи, чтобы обыскать её.
– Стойте… не надо! Мне нужно это снотворное! Пожалуйста!
Ифе с удивлением поняла, что бесстрастная и жестокая женщина из гарема… умоляла.
– Амен, постой, – слова вырвались прежде, чем она смогла всё обдумать.
Парень замер. Ему самому явно не нравилась перспектива шарить по довольно открытому платью жены фараона.
 
Ифе приблизилась к Шемеи.
– Для чего тебе снотворное?
– А сама как думаешь?!
– Я… Не знаю. Ты не можешь спать?
– О, нет. Я прекрасно сплю, если спит мой супруг.
Видя непонимание на лице девушки, Шемеи хрипло рассмеялась.
– Если бы ты не сбежала с младшим принцем, то поняла бы меня.
– Хватит, – Амен достал верёвку из-за пазухи, быстрым движением сунул её в рот Шемеи и туго завязал сзади.
Из-за получившегося кляпа вторичная жена могла лишь яростно мычать.
– Что ты задумал? – с беспокойством спросила Ифе.
– Она из дворца. Возможно, пригодится. Но с этим разберётся Атсу.
Парень показал новый знак рукой, и Уоти в несколько шагов оказался рядом.
– Это твоя поклажа, силач.
– Да раз плюнуть!
Он взвалил Шемеи на плечо и побежал вперёд. Амен – за ним. Ифе ничего не оставалось, кроме как поспешить следом.
* * *
Безопасный путь до садов дворца пролегал через крыши. Уоти на удивление легко справлялся с висевшей на нём Шемеи. Сефу и Амен и вовсе не запыхались.
А вот Ифе была уверена, что её лёгкие останутся где-то на пыльной земле позади. «Худшее, что есть в мире смертных – это песок и бег, – мысленно страдала она. – Если не думать про фараона… И меджаев… И запах гнилой рыбы…»
Пытаясь восстановить дыхание, аментет, пошатываясь, шла за детьми. Они умело скрывались в тенях сада, и даже когда Сефу тихонько зашипела – этот звук был похож на шелест пальм, а не на человеческий голос.
– Атсу!
Вор, скрывавшийся за раскидистым деревом, с открытым ртом уставился на пришедших.
– Вы что тут делаете? Ифе?!
Девушка понимала, что для разборок, почему её оставили в храме, сейчас явно было не время. Поэтому она быстро спросила:
– Кейфл внутри?
Вор кивнул, и тут его взгляд упал на Шемеи, висевшую на плече Уоти.
– Вы что натворили?!
– Долго объяснять, – шепнул Амен. – Твоя подружка столкнулась с нами и рассказала, что тебе нужна помощь.
– А эту… – Силач тряхнул вторичную жену. – Эту мы нашли на базаре.
– Это вторичная жена фараона, она может знать, как пройти во внутренний дворец…
– Я знаю, кто это, – вор в отчаянии посмотрел на Ифе. – Как ты умудряешься находить опасность? Как?!
– Кейфл оставил мне записку! Я не могла просто сидеть и ждать, пока вы оба окажетесь у меджаев!
– Теперь мы там окажемся всей компанией, – Атсу мысленно бранил принца всеми известными ругательствами.
Стянув Шемеи с плеча Уоти, он ощутимо тряхнул её, глядя прямо в глаза.
– Дети не могли тебе этого пообещать. Но я могу. Пискнешь – убью.
Женщина кивнула. Атсу медленно, готовый к любому действию с её стороны, избавил Шемеи от кляпа. А следом приставил кинжал к горлу.
– Так вам надо во внутренний дворец? – ухмыльнулась женщина. – И младший принц тоже там?
– Тихо.
Ифе поняла, что Атсу не знал, как пробраться внутрь. Иначе не стал бы давать Шемеи шанс говорить. «Неужели нам придется угрожать ей, чтобы помогла?» – девушке не нравилась эта мысль.
Как и слова Атсу про убийство.
– Шемеи… – мягко начала аментет.
Женщина высокомерно вскинула бровь. «Да простят меня боги за то, что собираюсь сказать», – попросила Ифе.
– Ты ведь не хочешь, чтобы до фараона дошли слухи о том, что ты травишь его снадобьями?
– А кто ему расскажет? Ты?
– Не я. Это сделают люди. Слухи.
Девушка выразительно посмотрела на Амена, и парень тут же подхватил её блеф.
– А мы очень хорошо умеем их распускать. Слово там, слово здесь.
– Ой, кажется, вторичную жену видели выходящей из то-о-ой самой лавки!.. – выразительно добавила Сефу.
Лицо Шемеи побледнело. Аментет отчётливо разглядела в её глазах загнанность и страх. «Что же я творю?!»