Возвращение колдуна (СИ)

Вертикально вниз вела небольшая лестница. Одна из ступенек оказалась сломана, а прямо под лестницей в позе эмбриона лежало иссохшее мёртвое тело в истлевшей одежде. Его правая нога была неестественно вывернута, и я сразу представил, как хозяин этого дома спустился в подвал, сломал ногу и не сумел выбраться, умерев здесь в страшных мучениях.
Я даже взглянул на крышку люка с внутренней стороны. На ней виднелись длинные и глубокие царапины от ногтей. Даже стало немного жаль этого бедолагу. Похоже, он боролся за жизнь до последнего, и даже после смерти не смог примириться с тем, что так нелепо умер. Я осторожно спустился в подвал, стараясь не потревожить мёртвое тело.
— Кто же ты такой… — пробормотал я, разглядывая мумифицированное лицо, напоминающее восковую маску.
— Уйди-и-и… — тоскливо завыл голос.
Подвал был самым обыкновенным, несколько стеллажей, бочки и ящики, довольно просторный, глубокий, пол выложен камнем. Ничего сверхъестественного, разве что кто-то на него здорово потратился в своё время. Это я очень удачно забрёл.
Мне стало интересно пообщаться с мертвецом, и я очертил круг прямо в пыли, заключая высохшее тело в своего рода клетку. Всегда нужно соблюдать технику безопасности. На стройке не стой под поднятым грузом, при общении с мёртвыми отгораживай их от себя, и так далее.
Несколько рун, начерченных по периметру круга, вспыхнули глубоко фиолетовым, приоткрывая грань между миром живых и миром мёртвых, чтобы неупокоенный дух мог снова вернуться в своё тело.
Мертвец дёрнулся и открыл глаза, после чего неловко поднялся на локтях, с трудом удерживая равновесие. Я безучастно наблюдал за тем, как он шарит голодным взглядом по округе, не замечая меня прямо перед собой.
— Как тебя зовут? — требовательно спросил я.
Он дёрнулся на звук моего голоса, скаля зубы. Высохшая кожа лопалась и трещала, его глаза горели злобой и голодом. Все мертвецы страшно завидуют живым. Настолько, что готовы убивать просто для того, чтобы уравнять тебя с собой. Лишившись самого ценного, что только может быть, собственной жизни, они перестают ценить чужую, и только очень немногие из мёртвых способны держать себя в руках. Но даже те, кто жаждет тёплой человеческой крови, чтобы ненадолго утолить свою злобу, не могут игнорировать заданный вопрос.
— Кас-сий, — ответил он сиплым скрипучим голосом, по-прежнему не понимая, с кем разговаривает.
Спрашивать он не мог, только отвечать на мои вопросы, но я видел, что его гложет.
— Ты хозяин этого дома? — спросил я.
Лучше задавать односложные простые вопросы, мертвецам тяжело отвечать развёрнуто, сложными предложениями. Другое дело, когда дух призывается не в какую-то оболочку, а сам по себе, но это обычно труднее и опаснее.
— Д-аа… — простонал Кассий.
— Как ты умер? Упал и не смог выбраться? — спросил я.
Мертвец оскалился, вновь сверкая глазами. Не будь он заключён в защитный круг, он бы набросился на меня в то же мгновение.
— Не-ет… Убили… — шелестящим тихим голосом ответил Кассий. — Мстить… Хочу…
Любопытно. Значит, я ошибся. Видимо, кто-то всё ловко инсценировал.
— Я помогу тебе обрести покой, если ты позволишь мне жить в этом доме, — сказал я.
Кассий несколько раз сжал кулаки, хищно поводил носом, пытаясь разыскать меня в тенях своего подвала, хотя я стоял прямо перед ним. Чары незаметности надёжно укрывали меня от взгляда мертвеца, хотя если бы он знал, кого искать, они бы не сумели помочь.
— Покаж-жись… — прошипел он.
— Нет, — сказал я. — Клянись, что не причинишь мне вреда ни словом, ни делом, ни бездействием, и позволишь жить в этом доме. Я же поклянусь, что помогу тебе обрести покой.
Мертвец вскинул тощие иссохшие руки, схватился за голову, завыл, зарычал, не в силах решить, что лучше. Служба неизвестному гостю на какой-то срок или вечный голод и безрадостное существование в виде призрака.
— Кх…лянусь… — просипел Кассий, часто моргая и корча странные гримасы, от которых пергаментная кожа на лице рвалась клочьями.
— Повторяй за мной, — сказал я и заставил его произнести клятву как подобает.
 
Как-то обойти её условия, нарушить или сжульничать у Кассия не получится при всём желании, я связал его достаточно чёткими и понятными обязательствами. Это, конечно, не клятва мёртвого слуги, но что-то очень близкое к этому.
Только после этого я развеял чары незаметности, словно из ниоткуда появляясь перед лицом Кассия, и он взвыл, царапая собственную кожу, увидев перед собой простого мальчишку.
— Мальчиш-ш-шка… — зашипел он. — Не сможешь помо-о-очь…
— Помолчи, — буркнул я. — Я же сказал, что помогу тебе обрести покой, значит помогу.
Сроки мы не обговаривали, да и вместо клятвы я ограничился обещанием, но Кассию этого хватило. Похоже, при жизни он был не самым хитроумным человеком.
Я стёр руны на полу, и мертвец вернулся ровно в то состояние, в котором пребывал последние годы. Дух покинул тело и принялся метаться по дому, а я осторожно выбрался из подвала, проверяя на прочность каждую ступеньку, чтобы случайно не повторить судьбу Кассия.
— Кассий, кто тебя убил? — спросил я.
Дух в ярости пронёсся по дому, отчего ветхие шторы снова раздулись парусами. Мёртвые воспринимают время совсем иначе, и для него эти события так же свежи в памяти, как будто произошли за полчаса до моего визита. Хотя если судить по состоянию дома, прошло уже лет пятьдесят, не меньше.
— Жена! — прошипел он.
Понятно. Ладно, этого пока хватит, чтобы выяснить, что тут стряслось. Завтра пройдусь по соседям, поспрашиваю. Наверняка про этот дом ходит немало историй.
Я с помощью Кассия отыскал свечи, зажёг их, поднялся на второй этаж, в спальню. Всё-таки я бродил по трущобам почти всю ночь, и теперь жутко хотел спать. Широкая двухспальная кровать вроде бы неплохо сохранилась, но вот перина, подушки и одеяла безнадёжно сгнили, и я просто сбросил их на пол, пытаясь устроиться поудобнее на голой дощатой кровати. Всё лучше, чем спать где-то на улице или под мостом.
Окно тоже пришлось открыть, чтобы затхлый воздух запертого на много лет дома хоть немного сменился свежим. Слегка повеяло ночной прохладой, и я провалился в сон, чтобы проснуться с первыми лучами солнца.
Джаг тоже прилетел сюда, следуя за мной.
— Ну и халупа, — заявил он, облетев дом по кругу.
По сравнению с его крестьянской хибарой это был настоящий дворец, но расстраивать и унижать мальчишку я не хотел. Да и времени на то, чтобы спорить, у меня не было, я был занят уборкой, которой здесь требовалось очень и очень много, даже используя бытовую магию.
К тому же, кроме банальной уборки, этому дому требовался ремонт, и самым сохранившимся местом дома, как ни странно, оказался подвал с мертвецом внутри. Все остальные комнаты, кухня и кладовка требовали к себе уйму внимания.
А ещё, раз уж я задумал здесь обосноваться, пусть даже на короткое время, то мне потребуется защитить это место заклинаниями, и я начал с того, что вырезал защитные руны на пороге входной двери и на каждом из подоконников. Хотелось и вовсе набросить чары незаметности на весь дом целиком, но это требовало достаточно много сил и отдельного ритуала, к которому я пока не был готов. Да и малейшая ошибка с этими чарами могла привести к тому, что какой-нибудь извозчик на полной скорости вмажется в стену, не заметив её прямо перед собой.
Кассий, к моему удивлению, даже помогал, активно включившись в работу, неупокоенный дух почему-то решил, что я немедленно займусь его освобождением, как только освоюсь в его доме, и поэтому носился по комнатам настоящим вихрем. Жаль будет его разочаровывать.
Дом и в самом деле оказался неплох, особенно при свете дня и после основательного проветривания и уборки. Легализовать его вряд ли получится, я, по сути, самовольно захватил чужое имущество, пусть даже заброшенное, и если соседи передадут новость об этом настоящим хозяевам дома, они непременно нагрянут в гости. Поэтому я решил без чар незаметности на улицу не выходить, а ставни и шторы держать закрытыми. Пусть и дальше думают, что в этом доме живут только привидения.