Кристальный соблазн (СИ)

Какой воодушевляющий инструктаж!
______
— А я-то думал, что наши тылы будут прикрывать, — ухмыляется Каланча, нарочно склоняясь к камере. Ведь звук тоже записывается, и Рональдс, судя по всему, находится в таком же бешенстве, как и я. Готов рассказать всему миру, что далеко не дурак.
М-да… кому скажешь не поверят: ректор Уорлдс Энда струсил, отправив «первашей» на разборки. Ладно, Золотой мальчик старше, но суть-то та…
Случись что, мы даже не сможем бросить сетку. Может быть, Рей сможет, но не я.
При дневном свете вход в подвал мне кажется ещё страшнее, отчасти от того, что теперь я знаю: какие ужасы там творятся!
— Крольчонок, может быть, ты меня здесь дождешься?
— Хорошая попытка, Рональдс, но, нет! — мой рёв отстукивает от стен.
Хрена с два я отсюда уйду без Лин.
Понятное дело, что ввязываться в драку не собираюсь.
У меня вообще очень маленькая задача: освободить Кэррингтон и свалить отсюда, предварительно зафотав доказательства вины Ларри и факт создания запрещенных кристаллов.
Этому ужасному месту снова удается удивить…
— Иви?! — громко шепчу, пытаясь привести соседку в чувство.
Глупышка Нортон лежит на кушетке без сознания. Рядом с её телом незнакомый мне кристалл серого цвета.
Дурочка… Что, получила своего профессора?
На рефлексию времени совсем не остается, поэтому я выуживаю канцелярский ножик и быстро развязываю девушку, которая «сидит» ближе всех, следующая Линдсей, которую Рей берет на руки, чтобы вынести на улицу.
А дальше всё происходит с колоссальной скоростью…
Весь наш план рушится из-за одного мерзкого упыря: светила наук мистер Ларри Джейкобсон врывается внутрь, как северный ветер Уэльса.
Ублюдок бросает в нас с Реем кристалл подчинения.
Рональдсу он приказывает занять место Лин, а мне связать ему руки… только вот профессорский кристалл отчего-то на меня не действует. Чтобы не выдать себя, я некрепко оборачиваю запястья парня.
— Мэриан, милая, подойти ко мне, — раздается за спиной.
Каланча бросает в меня затравленный взгляд, извиняясь, что не может помочь, а я храбрюсь, улыбаясь ему.
Прячу осознанность за поволокой и подхожу к Джейкобсону.
Страх мерзким комком забивается в горло, грудь ходуном ходит… так не ведут себя под воздействием кристалла и Ларри скоро догадается…
— Поцелуй меня, — приказ выстреливает в висок. Жалею, что это не настоящее оружие. Я бы не отказалась.
Но, приходится переступить через себя и вплотную подойти к мужчине.
Задерживаю дыхание и прижимаю ледяные губы к его рту. Поцелуй мгновенно углубляется, а я не должна его оттолкнуть, укусить или стошнить.
Подчинение! Тому, кого желаешь задушить…
«Терпи, девочка!»
Сбоку раздается скрежет металла и звон бьющегося стекла. Дженсон и чёртов Эриксон вбегают внутрь, громко крича.
А я совершаю очередную ошибку — фатальную. Прерываю поцелуй…
Полное подчинение — это когда вокруг взрываются салюты, а сверху капает кислотный дождь, но ты всё равно стоишь и целуешь «хозяина». Безвольно исполняя приказ.
Острая вспышка боли обжигает щёку, а потом Ларри хватает меня за волосы, бережно стирая каплю выступившей крови.
Губа ужасно саднит, но это мелочи в сравнении с разъяренным взглядом Райана, и полной его же беспомощностью…
— Ты могла бы стать моей жемчужиной, но выбрала не того. — Джейкобсон не замечает никого и ничего. Пытается залезть в мою голову, но у него ничего не выходит. Злится, подрагивающими пальцами сжимает мою шею.
Краем глаза я отмечаю, как Оливер накидывает щит на ребят, выводя из-под удара и, наконец, закрываю глаза.
Не хочу смотреть.
— Ларри, отпусти девушку! Ты должен предстать перед судом, — начинает говорить ректор, но сумасшедший смех профессора его прерывает.
Вторую мою щёку обжигает новая пощечина и тело отлетает к столу с записями, формулами, неизвестными кристаллами.
Боже… Наследие Редверсов в руках психопата!
— Ты собираешься меня судить? Гилберт, убей его, — взгляд Джейкобсона становится осмысленнее, как у здорового человека. Но, его приказ…
 
Кровь в жилах леденеет от безысходности.
Что случилось?
Почему ректор пришел сюда с братом, а не со своим человеком? Где их хвалённое подкрепление?
Я не хочу умереть в сыром подвале Уорлдс Энда.
Нет!
Ларри прижимается ко мне со спины и, обхватив за талию, рывком поднимает на ноги. Разворачивается к несчастным девушкам и начинает говорить:
— Мэри, смотри… — лихорадочный блеск в глазах возвращается. — Все эти шлюхи, зачем миру их жизнь? Сожалею о твой подруге, — он окидывает Лин снисходительным взглядом: — Она не такая. Почти… просто была сильным кристаллом.
«Просто была?!»
Я понятия не имею, как долго действуют его кристаллы, но очень надеюсь, что уже скоро Рей вернется. Потому что ректор и декан ровным счётом ничего не делают.
— Гилберт? — Джейкобсон так буднично интересуется, словно спрашивает будет ли он овсянку на завтрак…
В руках Эриксона появляется пистолет, направленный на Оливера.
Я отчаянно хочу закричать, лишиться чувств, чтобы не видеть этого убийства, но не могу. Неведомая сила удерживает, заставляя смотреть.
— Жалкое зрелище, — с досадой говорит монстр и, подобрав с пола упавший кристалл, бросает сетку на своего бывшего подельника.
Нечеловеческий визг оглушает. Эриксон падает ничком, в конвульсиях боли становится на колени и хрипит посиневшими губами:
— Ты ведь говорил, что мы вместе… до конца…
— Я много чего говорил, да, Мэриан? — Ларри даже не смотрит в сторону умирающего мужчины. Всё его внимание сфокусировано на мне.
— Да, сэр, — выдавливаю сквозь зубы, и «спотыкаюсь» на рассыпанных шариках кристаллов, так что они разлетаются по полу.
Ну же!
Последний шанс…
— Ох, жаль, что мне не довелось провести с тобой индивидуальные занятия, Крольчонок… — мурлычет Джейкобсон, а меня едва не выворачивает.
За спиной слышится долгожданное копошение.
— Пригнись! — кричит мистер Дженсон и, наконец, забрасывает в профессора Зло кристаллириум.
Ларри падает на колени, гримасничая от боли, и бросает отрывисто:
— Всегда помни, малышка Мэриан, что «Великие умы мыслят одинаково», — зажмуриваюсь и закрываю уши руками. — Это я Лучший ум, — хрипит мужчина напоследок.
 Эпилог 
Рей 
— Ты собираешься заняться со мной сексом из жалости?
— Скажи мне, Рональдс, ты идиот? Я похожу на человека, который будет кого-то жалеть? — рявкает Мэри, окидывая меня стервозным взглядом.
Конечно же, не похоже. Мне просто очень нравится ее бесить.
— Нет, Крольчонок. Скорее ты больше похожа на ту, что окончательно добьёт меня своими изящными лапками, чем сжалится и даст таблетку обезбола.
— Правильно думаешь, Каланча! — Глаза Мэриан сверкают в темноте, словно два топаза.
— Нарываешься? — ухмыляюсь, когда девчонка дерзко седлает мои бедра и проводит ноготочками по предплечьям, закидывая мои руки над головой.
Сегодня мы играем в командиршу? Хорошо, пусть побудет сверху.
— Именно это и делаю, — Крольчонок прикусывает мою нижнюю губу, и, склонившись к уху, шепчет: — Каланча-а-а.
Она говорит таким томным голосом, что у нее самой сноп мурашек бежит по коже, а у меня он закономерно отдает тяжестью в паху.
Мэриан не успевает отдышаться после второго раза, как ее телефон снова обрывается входящими звонками.
— Кто на этот раз? — ворчу, очерчивая выступающие позвонки пока Крольчонок тянется за мобильным.
— Иви. Зовет нас в кино… — Нэнси разворачивается лицом ко мне и вперивает свой кошачий взгляд.
— Я пас, а ты сходи, — отвечаю уклончиво.
Да, я напыщенная задница и по-прежнему считаю, что розоволосое недоразумение Иви Нортон совершенно не подходит в качестве подруги для моей девушки. Но, это ее выбор.