Удовольствие гарантировано (ЛП)

Келли из колледжа, с трубными оргазмическими криками.
Лайла, которая жила в Челси и корчилась, как танцовщица живота, когда кончала.
Соня, чье лицо во время оргазма было живым примером оргазма.
Все они получали эпический оргазм.
Разве не так?
Стоп.
Они что, все на меня в закусочной набросились? Неужели все мужчины во всем мире каждый раз совершали вылазки?
Но, глядя на свое отражение, я качаю головой. Нет. Дело в Слоун.
Я сразу понял.
Меня не обманули.
Слоун притворялась, но не обманывала меня.
Она зашла слишком далеко. Она переигрывала, перепродавала свою кульминацию, а я на это не купился. Это не то, что когда-либо делал кто-то еще, с кем я был.
Я отбрасываю мысли о бывших и сосредотачиваюсь исключительно на выступлении Слоун, не удостоенном премии Оскар.
Но почему она пыталась разыграть этот спектакль?
Ей это не понравилось?
Ни за что.
Может быть, я слишком самоуверен, но я на это не куплюсь. Мы оба были в этом замешаны, на каждом шагу. Из бара, к лифту, в номер, к кровати.
Когда мы тоже поменялись местами.
И кроме того, я чувствовал ее, я прикасался к ней. Ей это нравилось. Она одна из самых отзывчивых женщин, которых я встречал.
Тем не менее, она не перелетела через край, а она определенно хотела.
Я открываю кран, плещу водой в лицо и выключаю. Я хватаю полотенце и вытираюсь. У меня есть план.
Это проблема, и я буду относиться к ней, как к пуделю, который «ведет себя не так, как надо».
Я не могу точно спросить пациента, что с ним. Но я могу сделать вывод — поскольку Слоун намеренно сделала это, у нее должна быть причина.
Мне нужно докопаться до сути.
И я знаю, как это сделать.
Я возьму урок из ее учебника.
Я тоже буду притворяться.
Я притворюсь, что верю, что она получила оргазм мирового класса.
Я возвращаюсь к кровати, готовый провести разведку.
Слоун растянулась на боку, подперев голову рукой, ее светлые волосы рассыпались по пальцам и упали на кровать.
— Привет, — говорит она немного сонно-сексуальным голосом.
Это тоже уловка, послесексуальные нотки в тоне?
— Привет, красавица.
Я лежу рядом с ней, и в ту секунду, когда я касаюсь матраса, ее руки на мне. Путешествуют вверх по моей груди и вниз по бедру.
Она очень резвая.
Я отмечаю это в своем ментальном шпионском дневнике.
Шпионский журнал деталь первая: нетерпеливый бобер.
— Это было… — она начинает, замолкает, и я почти готов дополнить предложение сарказмом. Это было настоящее представление! Будет ли сегодня еще одно шоу? Но такой подход не даст никакой информации. Надо идти медленно.
— Потрясающе, — отвечаю я.
Ее рука скользит по моей груди.
— Да, совершенно потрясающе.
— А ты как думала?
Я вопросительно выгибаю бровь.
Слоун улыбается глупой, счастливой улыбкой.
— Да, именно так.
Шпионский журнал деталь вторая: она определенно хочет, чтобы я поверил, что оргазм был реален.
Обнимаю ее рукой, притягивая ближе.
— Черт возьми, женщина. Я мечтал о тебе много лет. Секс с тобой был невероятен.
Я прижимаюсь губами к ее щеке, веку, носу. Затем я целую ее в губы, мягко и долго, обещая более глубокие поцелуи.
— Так оно и было, Малоун. Это было совершенно невероятно.
Она принимает дерзкое выражение, поднимает брови и танцует пальцами по моей груди.
— Мы можем сегодня снова поехать на Таити?
Шпионский журнал деталь третья: Она снова хочет трахнуться. Это заставляет меня думать, что ей понравился секс. Или, по крайней мере, достаточно понравилось.
Я усмехаюсь.
— Мы все еще здесь. Мы должны в полной мере воспользоваться всеми удобствами.
Ее пальцы скользят вниз по моему животу.
— Так… как долго мы здесь пробудем? Всю ночь?
Я смотрю на нее и тыкаю пальцем ей в подбородок, выуживая новые подсказки.
— Ты этого хочешь?
Она закатывает глаза.
— Нет, я хочу, чтобы ты меня выгнал.
Я жестом указываю на дверь.
— Увидимся позже, женщина. Я собираюсь наслаждаться этой большой кроватью в полном одиночестве.
 
Она шлепает меня по локтю, забирается на меня сверху и хватает за запястья.
— Возьми свои слова обратно.
Шпионский журнал деталь четвертая: женщина игрива. Должно быть, я ей нравлюсь.
Я поднимаю руки над головой, и Слоун падает на меня, ее груди соблазнительно приближаются к моему лицу. Я поднимаю шею, посасываю один восхитительный сосок.
Слоун испускает сексуальный вздох.
Шпионский журнал деталь пятая: она, кажется, снова возбуждена.
Она начинает раскачиваться на мне, пока я щедро уделяю ей внимание. Потом она отстраняется, скользит вниз по моему телу, оседлав мою растущую длину, трется о нее, давая мне знать, что она все еще влажная.
Шпионский журнал деталь шесть: она хочет трахнуться, чтобы получить оргазм, который пропустила. Хватай презерватив и заканчивай работу, дружок.
Шпионский журнал деталь номер семь: Идиот. Ты до сих пор не знаешь, зачем она это сделала. Остуди свой пыл.
Я выпутываюсь из рук Слоун и переворачиваю ее на спину.
— Ты хочешь провести здесь ночь? Вытащить это из нашей системы, чтобы мы могли вернуться к работе в понедельник, как ни в чем не бывало?
Слоун хмурится, но потом послушно кивает.
Я наклоняю голову.
— Тебе не нравится эта идея?
Ее глаза становятся грустными.
— Я знаю, что это то, что нам нужно сделать, но мне нравится быть с тобой, Малоун.
Мое сердце тяжело бьется. Оно стучит. Это звучит так реально. Такая ранимая.
Я роняю маску и провожу пальцами по ее щеке.
— Да, мне тоже. Что вызывает у меня любопытство…
Она хмурит брови.
— Что?
Я поцеловал ее в губы. Никакой враждебности. Никаких обвинений. Просто вопрос.
— Зачем ты это сделала?
У нее отвисает челюсть.
  
ГЛАВА 23
 
Мысленная голосовая памятка Слоун Элизабет
Попалась.
Думай быстро.
Молниеносно.
Что же делать?
Импровизировать? Отрицать? Скрыть?
Можно придумать сказочную историю. Скажи: «Ты что, с ума сошел? Все было потрясающе».
Потому что так оно и было. Это был лучший секс в моей жизни. Самый лучший почти оргазм. Все самое лучшее на свете. Это не ложь. Все в сегодняшнем вечере было достойно.
Но есть одна вещь, которая нависла над тобой. Это преследует тебя.
Эта Штука.
И эта штука мучила тебя с тех пор целую вечность.
Пора признаться?
Девочка, ты ни разу не испытывала оргазма от секса. С таким же успехом можно признаться в этом.
Игра окончена.
  
ГЛАВА 24
 
Это все равно что смотреть замедленное видео какого-либо дня.
Выражение лица Слоун меняется в пятидесяти вариациях.
Предательское ой от что, с ума сошел? до клянусь, это так — лучше просто слезть с его груди.
Потому что, кажется, именно это она и делает, когда тяжело вздыхает.
— Просто я не могу кончить через половой акт, — выпаливает она. — Мне очень жаль.
Так, стоп. Я не ожидал такой прямоты.
— Ты не можешь? И никогда?
Меня переполняет любопытство. Болезненный вид. Потому что это звучит как сущий ад. Эта женщина. Сплошное страдание. Боже мой.
Она качает головой.
— Никогда.
Я сглатываю.
— Ни разу?
— Это было бы определение «никогда». Никогда, то есть ни разу.
Мои глаза вылезают из орбит. Не могу поверить в эту печальную историю.
— У тебя буквально никогда не было оргазма от секса?
Она хмурится и кивает.
— В буквальном смысле. Не то чтобы я была этому рад.