Старое поместье Батлера (СИ)
– Поздравляю! – улыбнулась я любимому. – Второе место тоже очень хорошо.
– Эх, уступить первое место тебе – всегда пожалуйста. А вот кому-то другому… Такое сложно принять, – криво улыбнулся муж и, обхватив меня за талию, быстро прижал к себе, но тут же отпустил – соблюдать приличия приходилось, даже будучи женатыми людьми. – Рон и Зевс бойцы! А Луи удивил подготовкой, видать, тренировал своего Энгэра, заранее приучая к выстрелам.
Глава 58
Второй заезд в новом сезоне. Мы готовились к нему, приучая Зевса к звукам выстрела из терцероля. И пришлось отказаться от затычек для ушей. Мне было жаль коня. Он замирал на месте в ступоре, бешено от страха вращая глазами, ища точку опоры, чтобы не скинуть Рона на землю и не умчаться куда подальше от страшных звуков.
У нас было всего две недели до следующих соревнований. Кажется, достаточно, но не для нашего чуткого Зевса.
– Выстрел и сразу же давай команду коню, – говорила я расстроенному Рону. Кстати, парень передумал и не пошёл с новыми знакомцами в трактир, мой жокей теперь явно опасался за своё здоровье и вообще решил не расслабляться. – Зевсу необходимо понять – после выстрела, он должен срываться с места в карьер.
Но как бы мы ни пытались, жеребец неизменно на пару драгоценнейших секунд замирал на месте.
– Не дави на животное, Грейси, – успокаивал меня Дин, когда вечером я делилась с ним очередным впустую потраченным днём.
– Он с самого начала будет в хвосте, – отвечала я. – И снова ему нагонять всех остальных. Правда, что утешает, отстанет ненамного.
Муж сочувствующее меня обнимал и давал дельные советы, но они не особо помогли.
Тёмная звёздная ночь мягко уступала права прекрасному дню. Приглушённый ало-сиреневый рассвет застал нас подле конюшни. Шаловливый ветерок, танцуя с первыми лучами восходящего солнца, поцеловал меня в разгорячённые щёки, и полетел дальше в сторону леса, где прозвенел мелодией в нежно-зелёных листочках, запутался в хитросплетениях тонких ветвей и отправился дальше радовать людей весенней свежестью.
Ну а мы продолжили собираться в путь, нас ждал второй этап "разогревающих" конных состязаний.
Зевс, которого вела в поводу Моника, спокойно поднялся за женщиной по мостку в фургон, зверь чуть нервно прядал ушами, но был послушен и не отказался от завтрака. И, кажется, только мы с Роном чувствовали его волнение.
И снова дорога в Алон и дальше, в сторону ипподрома. Туда же направлялось приличное количество людей – зрителей предстоящих скачек.
– Почему мы всегда не шибко торопимся? – спросил дядюшка Пол с хитринкой в зелёных глазах. В этот раз и он, и я, двигались верхом.
– А куда нам спешить? Мне понравилось, что нет никакой толчеи. Тихо приехали, спокойно вывели коня и завели в конюшню. Даже успели познакомиться с другими участниками. Времени хватило на всё.
– Да, возможно, ты права, – кивнул старик. – А вот генерал Батлер завсегда старался прибыть на ипподром в числе первых, – поделился он со мной воспоминаниями. – Эд был чрезвычайно обязательным человеком и пунктуальным. Задолго до рассвета мы уже были в пути.
Я слушала Пола и улыбалась.
– Главное, приходить первыми к финишу, а всё остальное несущественно.
– С этим не поспоришь, – кивнул Райд.
И вот мы снова там же. И снова бушует толпа, кричат дети, улыбаются женщины, делают ставки мужчины. На ипподроме царит атмосфера азарта и праздника. Воздух буквально пропитан людским желанием поймать удачу за хвост и разбогатеть в один миг.
Мы у выхода на арену. Я стою рядом со своим конём. Зевс косится на меня умными глазами. Я решительно встаю прямо напротив него и, погладив любимца по вытянутой бархатистой морде, делюсь с ним своими мыслями, высказывая их вслух:
– Ты необыкновенный, самый сильный, самый умный. Тебе нет равных ни на этом континенте, ни на каком-либо другом. Я всем сердцем с тобой. Лети, мой друг, стань ветром, – в каждое слово стараюсь вложить свою уверенность в его силах.
– Пфр-р! – будто покивал в ответ, и я тут же расплываюсь в счастливой улыбке.
– Ронни, – обращаюсь к жокею, – главное, просто держись и не вылети из седла…
Судья в своей "башенке". Вскидывает руку, с зажатым в ладони терцеролем, вверх. Моё сердце снова где-то в горле.
Мир замер на мгновение, чтобы взорваться оглушительным выстрелом!
Я нервно дёрнулась, стараясь мысленно помочь своему коню быстрее отойти от шока: Зевс замер на пару секунд после старта, как делал последнее время на тренировках. Тут ничего не изменилось. Но поменялась атмосфера – мой жеребец видел, что его обогнали и ему это страшно не понравилось!
Ещё до того, как Рон дал шенкелей, Зевс сорвался с места, вытягивая могучее тело, отталкиваясь мощными ногами от рыхлой земли, всё ускоряя свой бег.
Стадион оцепенел, зрители перестали кричать, для меня остановилось само время, я слышала лишь громоподобный стук своего сердца, что билось в такт каждому удару копыт Зевса о землю.
Мы мчались вперёд, мимо Резвого… Мимо Энгера… К своей первой, но такой важной победе!..
– Зевс! Зевс! Зевс! – сканировали трибуны. – Зевс! Зевс! – улетали сотни голосов в синие небеса, навстречу жаркому солнцу. И я кричала вместе со всеми! Как и Дин, и матушка с Томом. И наши мастерицы, прибывшие сегодня на первые самые важные скачки этого года. Тут же были Ройс Рейвенскрофт с бабушкой Жульеттой, и Мастер Волш, на которого золотым дождём посыпались многочисленные заказы на новый вид сёдел с монограммой "ГБ".
– Вот он победитель "Алонского дерби", первых скачек Тройной короны, опередивший Энгера на два корпуса, – над трибунами разнёсся голос судьи, усиленный рупором, – Зевс!!!
Рон, гордо восседая на красавце жеребце, совершил круг почёта, парень широко белозубо улыбался и махал восторженной толпе.
– Поздравляю, любимая! – ликовал Дин, подхватывая меня на руки и крепко прижимая к себе.
Впереди нас ждал один забег попроще, после которого состоятся "Уэстмит Стэйкс" и я очень надеялась, что всё пройдёт так же гладко, как и сегодня…
***
Интрелюдия
Две недели спустя
Рон был счастлив. Победа за победой невольно кружила голову, улыбка сама собой наползала на губы; плечи распрямлялись, грудь сама важно округлялась. Отец и мать страшно им гордились, вся родная деревенька! Никто больше не смел называть его малыш Ронни, уважения в словах и взорах значительно прибавилось. А некогда задиравшие его парни вдруг стали стремиться с ним сдружиться, что неимоверно тешило самолюбие молодого талантливого жокея.
Ему понравился город, в который они прибыли сегодня утром. Соседняя провинция Саншир. Центром был крупный портовый город Саутгемптон – большой и шумный, намного колоритнее несколько провинциального Алона. Саутгемптон завоевал сердце Рона, ему отчаянно захотелось когда-нибудь тут поселиться.
Завтра их ждёт забег на простой дистанции, нужно преодолеть всего полтора километра. Правда, на новом ипподроме. Но Зевсу без разницы, где побеждать. И кого. Он преодолеет любое расстояние в один миг!
Рон, насвистывая незатейливую мелодию, вошёл в денник, где отдыхал его любимчик.
Подозрительная темнота тут же насторожила парня. Если перед входом горел специальный подвесной светильник, то внутри конюшни отчего-то было темно. А это неправильно, так быть не должно.
Осторожно ступая, парень шаг за шагом приближался к стойлу, откуда слышалось шуршание и тихое похрапывание коня. Значит, с Зевсом всё в порядке. От сердца чуть отлегло.
Вот только дядюшки Пола нигде не было видно, как и охраны, что должна была оберегать скакуна.
– Дядюшка Пол! – позвал Рон. Тишина. – Мистер Райд! – уже громче.
Какой-то сип раздался в ответ. Молодой человек, ориентируясь на слух, прошёл вперёд, чтобы в ужасе замереть рядом с соседним, пустующим денником: старый вояка лежал ничком в густой тени, а вокруг его головы расползался нимб чёрной крови.