Старое поместье Батлера (СИ)

Глава 59 
Я сидела рядом с кроватью, на которой спал дядюшка Пол. Сцепив пальцы рук в замок, тупо глядела прямо перед собой. Душа болела за родного человека, коим успел стать мистер Райд.
Дверь тихо скрипнула и в комнату вошёл невысокий мужчина с тонкими тёмными усиками:
– Доброе утро, леди Харрисон, – поклонился он, – оставьте меня с больным, мне нужно сменить повязки.
– Доброе утро, мистер Доннелли. Да, конечно, – ответила я поднимаясь. Посмотрев в бледное лицо находящегося без сознания дядюшки Пола, негромко сказала, чтобы он слышал мой голос, полный любви и надежды: – Я ненадолго оставлю вас в надёжных руках доктора, но обещаю скоро вернуться.
– Леди Грейс, вам бы поспать, на вас лица нет, – посоветовал лекарь, – я позову одну из ваших служанок, чтобы присмотрела за мистером Райдом.
Я молча кивнула и вышла в коридор, тихо притворив за собой дверь. По бокам от входа замерли двое мужчин, их задачей была охрана Райда.
– Леди Грейси, – мне навстречу чуть ли не бежала Аби, – там господин приехал.
– Спасибо, – поблагодарила я и поспешила к мужу.
У Дина в Саутгемптоне был свой дом, в котором по прибытии мы все и остановились. И, ни о чём плохом не думая, отправились на бал в честь вторых крупных скачек. Отказаться было нельзя – организатором являлся сам герцог Саутгемптон.
И тогда же, буквально через час после нашего отъезда, на наш особняк напали. И проделано было всё так, что невольно возникало подозрение – спланировано и давно.
Муж нашёлся в малой столовой. Уставший и голодный.
– Милая, ты почему не спишь? – при виде меня тут же вскочил он. Подошёл ко мне и, крепко прижав к груди, положил подбородок мне на макушку. – Как ты?
– Вроде получше. Давай ты поёшь, не то остынет, а потом всё мне расскажешь.
Дин кивнул, отодвинул для меня стул, помог сесть, после чего занял своё место и принялся за еду.
Я налила себе чашку травяного взвара, добавила чуток золотистого мёда и посмотрела в окно на занимающийся шикарный восход.
– Они хотели украсть Зевса, причинить ему вред в их планы не входило, – заговорил Дин, откладывая в сторону вилку, – наши люди проверили зерно, никакой примеси не нашли, но всё равно весь корм будет заменён на новый. Охранников усыпили. В их ужин было подсыпано какое-то снотворное, парни уже очнулись, некоторых рвёт со страшной силой, у других крутит живот, в ближайшие дни из них бойцы, как из меня певец. Кстати, одна из служанок пропала, скорее всего, та самая, что подсыпала отраву в еду, – криво усмехнулся супруг. – Через час прибудут новые наёмники, сам герцог подсобил и нашёл для нас надёжных воинов.
– Разве можно доверять хоть кому-то? – в правом виске противно запульсировало.
– Нужно. Иначе так можно сойти с ума.
Мы помолчали немного, и я негромко заговорила вновь:
– Необходимо дождаться, когда очнётся дядюшка Пол, он единственный, кто мог видеть лица злоумышленников.
– Да, – кивнул Дин, – потому под его окном дежурит Олав, а дверь охраняют двое наёмников.
– Хорошо, – устало вздохнула я. – Из парней точно никто серьёзно не пострадал?
– Жить будут, – кивнул Харрисон, подошёл ко мне и, подхватив на руки, заглянул в глаза. – Тебе нужно поспать хотя бы пару часов, как и мне. У нас скачки, помнишь?
– Как же так? – не унималось моё сердце. – Столько охраны, а нас обошли.
– Значит, недостаточно было. Нужно больше людей, чтобы ни одна крыса не проскочила. По словам экономки, та служанка уже две недели здесь работает, девушка хорошо готовила, вовремя выполняла все поручения. Никаких нареканий, главная повариха и сама мадам Алетта нарадоваться не могли смекалистой, расторопной помощнице. А оно вон как вышло.
Дин отнёс меня в нашу комнату и уложил на кровать. Сам снял мне туфли, помассировал ступни. А я закрыла глаза и, недолго сопротивляясь сну, в итоге уплыла в мир грёз.
Но конь Дина не смог участвовать в скачках: животное было нервным и сильно припадало на одну ногу. Я, недолго думая, решительно осталась дома, рядом с мужем. Ждать прибытия знахаря не имело смысла, я сама осмотрела конечность жеребца.
 
– Кто-то вогнал стальное узкое жало прямо в левую ногу в мягкую часть копыта, – закончив осмотр, заговорила я. Слова выходили с трудом – горло сжималось в тревоге. – Так просто не достать. Придётся дать сон-травы Резвому, только после того, как он уснёт, я смогу извлечь иглу.
Муж потемнел от гнева.
– Я уничтожу того, кто это сделал! – прорычал он.
– Нужны инструменты, дождёмся знахаря, думаю, у него есть всё необходимое.
Под моим руководством снадобье было готово и вскорости Резвый уснул. Моника и Жилберт, которые приехали вместе с нами, быстро связали ноги животному и я приступила к работе.
Прибывший местный ветеринар хмурился, но не спорил, выполнял мои команды молча и чётко.
Операция не продлилась долго, около двадцати минут.
– Юная леди, – когда мы закончили, обратился ко мне мистер Дойл, хмуря кустистые седые брови, – откуда у вас такие необычные познания?
– Помогала на королевской конюшне главному знахарю. Мне нравится лечить лошадей, я очень люблю этих животных. Они куда добрее людей, – ответила я.
– С последним не поспоришь. Тот, кто воткнул сталь в копыто этому великолепному зверю, недостоин звания человека, – покивал собеседник.
– Дин, любимый, – подошла я к мужу, попрощавшись со знахарем, – всё будет хорошо. Резвому нужен покой, очень скоро он восстановится и будет столь же быстр, как и до этого случая.
Харрисон был темнее грозовой тучи, его губы превратились в тонкую линию, глаза сверкали жаждой мщения.
– За Пола и Резвого я голову оторву тому, кто это сделал.
– И я тебе в том помогу, – кивнула я. – Ты поезжай на ипподром, Рону нужна поддержка. Я останусь дома, пригляжу за Резвым и буду рядом с дядюшкой Полом.
– Хорошо, милая моя, – кивнул супруг, наклонился ко мне и нежно поцеловал.
В тот день Зевс выиграл забег. Но радость победы перебивал отчётливый вкус горечи – сложно быть счастливым, когда кому-то из близких плохо.
Дядюшка Пол пришёл в себя только ближе к вечеру.
Мужчина медленно открыл затуманенные болью глаза и тут же прикрыл тяжёлые веки, чтобы через мгновение снова их распахнуть, но с уже более осмысленным выражением. Я была подле него со стаканом воды в руках. Дин приподнял голову старику и подложил ещё одну подушку, чтобы раненому было удобнее пить.
– Это был, – заговорил он негромко, как только утолил жажду, – один из людей виконта Бентинга.
– Вот сволочь! – прорычал Харрисон, ладони сжались в пудовые кулаки – мой муж готов был тут же сорваться с места и мчаться карать врага, крушить черепа, отрывать руки-ноги.
– Стоп! – успела крикнуть я, вставая на пути супруга. – Бентинг может сказать, что тот человек давно на него не работает. Да всё что угодно придумать! Нужно ловить с поличным! Иначе вовек ничего не докажем.
– Грейси права, Дин, – с трудом выталкивая слова, согласился со мной Райд. – Я видел напавшего один раз в жизни и то в прошлом сезоне, но у меня отличная память на лица. Потому и узнал. Вчера я вернулся раньше, чем предполагал: моей знакомой не оказалось дома, вот и поспешил назад. Тишина во дворе мигом меня насторожила. Я прошёл к торцу конюшни, где ничком лежали тела находящихся в беспамятстве охранников, их волоком туда оттащили. Я не хотел спугнуть мерзавца, потому прокрался в конюшню. Внутри было темно, тревожно похрапывали кони. Он напал на меня сзади, завязалась потасовка, мы оба повалились на землю. Гад выхватил нож и вогнал мне под рёбра, потом врезал чем-то мне по голове. И кабы не насвистывающий песенку Рон, то меня бы там и прикончили, но наш жокей невольно спас мне жизнь.
Старик говорил, делая паузы между фразами, было видно, как тяжело ему даётся эта беседа.
– Дядюшка Пол, всё понятно, – остановила я его, мягко сжав морщинистую, изрезанную синими венами, руку. – Набирайтесь сил. Мы что-нибудь придумаем и выведем злоумышленников на чистую воду.