Самая темная нота (ЛП)

— Заткнись. — Шипит мне на ухо Финн, прежде чем я успеваю запротестовать.
— Пусть она делает свое дело. — Советует мне Зейн.
Я иду по лазарету. Это небольшое помещение, на стене висит пара сертификатов в рамке. На столе стоят искусственные растения. Солнечный свет пробивается сквозь окна, похожие на окна коттеджа. Здесь слишком весело для того, что я сейчас чувствую.
Зейн засовывает руку в карман. Он бросает на меня требовательный взгляд.
— Это ты?
— Какого черта? — Я хмурюсь. — Зачем мне устраивать так, чтобы она утонула, а потом спасать ее?
— В прошлую пятницу ты сказал, что собираешься действовать решительно. — Вспоминает Зейн.
— Ты это имел в виду? — Шипит Финн.
Оба брата смотрят на меня так, будто я сошел с ума.
Я сжимаю пальцы в кулаки. Конечно, я совершал разные глупости. Я не собираюсь этого отрицать. Я не святой. Но я никогда не пытался прямо убить кого-то.
Прежде чем кто-то из нас успевает сказать хоть слово, медсестра откидывает шторы.
— С ней все будет в порядке.
От нахлынувшего на меня облегчения у меня едва не сводит грудь.
— Но она была очень близка к опасности. Если бы вы не бросились сюда, — выражение ее лица прояснилось, — все могло бы быть по-другому.
— Ей нужно в больницу? — Срочно спрашиваю я.
— Температура ее тела медленно повышается. Я дам ей выпить что-нибудь теплое, когда она проснется. До тех пор я буду наблюдать за ней. Сейчас вы все можете идти на занятия. Больше вы ничего не можете сделать.
Я иду вперед. — Мне нужно ее увидеть.
— Ей нужен отдых...
— Я знаю это. — Мой голос повышается, и я сжимаюсь. Понизив тон, я говорю: — Я не буду ее будить.
Она поджимает губы, задумывается и кивает.
Финн и Зейн жестом приглашают меня идти вперед.
— Мы подождем здесь. — Говорит Финн.
— Разве у вас нет занятий? — Настаивает медсестра.
Зейн выдавливает из себя улыбку, от которой она краснеет. — Вы можете дать нам еще минутку? Мы уйдем, как только закончим.
Она прочищает горло, все еще выглядя взволнованной.
— Пять минут.
— Большое спасибо. — Хрипло говорит Зейн.
Я хватаюсь за занавеску, скрывающую Каденс от посторонних глаз. Перед тем как отдернуть ее, я колеблюсь.
Что, черт возьми, со мной не так?
Я не должен быть послушным героем этой истории. Я провел все выходные, чертыхаясь и придумывая все способы, которыми я мог бы принести ей гибель. Она на моем пути. Она на пути Сола.
Может, мне стоило оставить ее в воде?
Одна эта мысль выбивает из колеи. Я не заслуживаю права отдернуть занавес, но все равно делаю это, потому что нарушаю все проклятые правила, даже если они мои собственные.
Каденс лежит на спине. Ее волосы все еще влажные и просочились в подушку. Сверху на нее наброшено несколько одеял. Я замечаю, что ее розовые губы начинают возвращаться к своему обычному, розовому цвету.
Удивительно, насколько она красива даже без макияжа. Большинство девушек накладывают ее, нуждаясь в ней для придания уверенности, для маски. Я не против этого. Рыжая и ее огненно-красные губы снятся мне по ночам... когда Каденс не берет на себя фантазии. Но есть что-то в свежести лица Кейди, что заставляет ее выглядеть невинной и хрупкой. Как что-то, что нужно защищать.
Что-то, что нужно защищать?
Что. За. Черт.
Я не могу этого сделать. Я не могу быть мягким с ней. Не тогда, когда ставки так высоки, а часы отсчитывают время. У нас осталось меньше десяти дней, чтобы вернуть Сола в Redwood.
Даже если у нее плохая мать и тяжелая домашняя жизнь, это не мое дело. Она не там, где ей место. Это не изменилось.
Несмотря на красноречивые аргументы, я все равно не покидаю импровизированную комнату Брамс. Заметив на полке несколько полотенец, я беру одно из них и осторожно накрываю им ее волосы.
Если речь идет о том, чтобы согреть ее, то голова тоже должна быть в тепле.
Я спокойно работаю, пока большинство слипшихся прядей не высохнет. Затем я осторожно поднимаю ее голову и подкладываю под нее свежую подушку.
Когда я возвращаюсь на улицу, то слышу, как медсестра спрашивает Зейна: — Есть кто-нибудь из родственников, кого мы можем предупредить?
 
— Нет. — Рычу я.
Медсестра вскидывает бровь.
— Ее мама умерла. Ее младшая сестра не должна беспокоиться об этом дерьме. — Мои пальцы сгибаются и разжимаются в кулак.
— О... кей. — Она выглядит ошеломленной.
Зейн хихикает, делая то, что у него получается лучше всего — сглаживая напряженный момент с помощью обаяния.
— Не могла бы ты сообщить нам, когда она проснется, красавица? Мы были бы очень признательны.
— Я должна связаться только с ее семьей...
— Просто дайте нам знать. — Грубо отрезал я.
— Мы будем вам очень признательны. — Говорит Зейн, накручивая шарм на несколько оборотов.
Она кивает ему.
Когда мы уходим, мои братья обходят меня с двух сторон.
— Как ты думаешь, кто за этим стоит? — Спрашивает Финн, его руки напряженно взмахивают.
— Только один человек мог быть настолько глупым. — Я достаю из кармана телефон и показываю им видео. — Если бы дело было только в Каденс, они бы не прислали видео. Кто-то хотел донести свою мысль и до меня.
— Криста. — Шипит Зейн.
Финн кладет руку мне на плечо, пытаясь остановить мое шествие по коридору.
— Пойдем в тренировочную комнату. Придумаем следующий шаг.
— Я уже знаю, каким будет мой следующий шаг.
Зейн выглядит обеспокоенным. — Что ты собираешься делать?
— Не волнуйся. — Я бросаю холодный взгляд через плечо. — Все, что я собираюсь сделать, — это поговорить.
— Мы пойдем с тобой.
— Не беспокойтесь. Я возьму на себя ответственность за это в одиночку. — Я выпячиваю подбородок в сторону противоположного коридора. — Директор Харрис сядет нам на хвост, если мы все трое пропустим еще хоть один урок. Вы двое опоздали из-за меня. Не давайте ему еще одну причину, чтобы отшить нас.
Финн качает головой.
Зейн тоже не шевелится.
Я вздыхаю и подталкиваю братьев в противоположном направлении.
— Идите.
Они уходят неохотно. Я смотрю, чтобы убедиться, что они не собираются вернуться и подкрасться ко мне, как они сделали в бассейне. Хотя я и был благодарен за помощь, я не хочу, чтобы они вмешивались в этот раз.
Пробежав по коридору, я останавливаюсь перед первым уроком Литературы. Мисс Джеймисон сидит у доски и рассказывает о Шекспире. Я стучу в дверь из уважения к ней, а потом врываюсь внутрь.
Она резко замолкает. Большие карие глаза, в которые Зейн взглянул и влюбился, моргают мне.
— Мистер Кросс, чем я могу вам помочь?
Мои глаза обшаривают комнату, пока не упираются в самодовольное лицо Кристы. На ней розовая рубашка под свитером и дурацкий берет.
— Директору нужно увидеть Кристу. — Говорю я сквозь стиснутые зубы.
Обычно я просто выкрикиваю то, что хочу, и большинству учителей нет дела до того, чтобы меня останавливать.
Но я лучше знаю, как поступить с мисс Джеймисон. Даже если это сработает, она, вероятно, не станет задерживаться в Redwood Prep, если решит, что потеряла уважение своих учеников. И тогда мой близнец убьет меня.
— Директор? — Мисс Джеймисон поднимает обе брови, как будто не уверена, что верит мне.
Я киваю. — Да.
— Хорошо. — Она делает разрешающий жест. — Криста, ты можешь идти.
Криста и ее подруги обмениваются знающими взглядами и хихикают, пока она поднимается на ноги. Схватив сумочку, она прижимает ее к себе и выходит за дверь вслед за мной.
— Что происходит, Датч? — Спрашивает она, но ее голос слишком взволнован, чтобы вопрос прозвучал непринужденно.
Я ничего не отвечаю.
Мы все еще слишком близко от классов. Я чувствую, как мисс Джеймисон смотрит на меня через окна. Она умная женщина и, скорее всего, за милю учуяла мою чушь. Возможно, именно поэтому она смогла учуять и Зейна.
Криста с ухмылкой смотрит на меня.