Предатель. Собрать себя по частям (СИ)

Я положила сумку на кресло, достала с верхней полки шкафа дорожную сумку и бросила на пол.
— Лиза, давай спокойно поговорим! Хорошо? Дай мне возможность объяснить все, а потом решишь: уходить или остаться.
На лице Дениса отражалось раскаяние, глаза, как у побитой собаки, а сложенные в мольбе ладони вообще не вписывались в картину натуры моего мужа. Просто цирк. Но он прав, я должна хотя бы узнать, почему он со мной так поступил. В чем я оказалась недостаточно хороша.
Я согласно кивнула и села за стол. Есть действительно хотелось, на день рождения Лены я так ничего и не поела. Да и салат и, правда, мой любимый.
Денис наполнил вином мой бокал и поднял свой.
— Просто за нас! За цивилизованных взрослых людей и за умение прощать. Все мы ошибаемся, главное — вовремя признать свои ошибки, — Денис закончил свою пафосную речь, ударил о мой бокал своим и сделал несколько жадных глотка.
Нервничает что ли?
Я была за рулем, поэтому лишь пригубила рубиновый напиток и поставила бокал на стол.
— Почему ты не пьешь? Это твое любимое вино! — подначивал Ден, усаживаясь на свое место.
— Я за рулем, — коротко бросила я, но муж даже бровью не повел.
— Налить сок? Томатный.
Я не ответила, молча наблюдала, как этот здоровый боров, считающий себя смелым и независимым, будущим начальником своего ведомства, всегда требующего подчинения и прислуживания, сейчас носится со мной как с хрустальной вазой и пытается как можно сильнее умаслить. Но почему-то я ему не верю.
Денис вернулся с кухни и поставил передо мной стакан с соком.
Я жадно опустошила бокал и положила на тарелку несколько ложек салата.
— Денис, кто эта женщина, что была с тобой? — я пошла ва-банк, не надеясь на честный ответ.
Мой муж встал и подошел к окну.
— Лиза, какая разница? — Ден резко развернулся, подлетел и присел передо мной на колено. — Лиз, она для меня ничего не значит, поверь! Я хочу рядом с собой только тебя.
Он взял в свои руки мои ладони и уткнулся в них лицом.
— Пожалуйста, прости! Забудь, что видела и давай продолжим жить как раньше! Мы ведь были счастливы! — в глазах мужа горела надежда, но в моей душе ничего не колыхнулось.
Я осторожно вытащила руки из захвата и встала.
— Не могу, — я подошла к сумке и открыла шкаф с вещами. — Не могу простить тебя. Забыть твой холодный взгляд. Ведь там, на пирсе ты выбрал ее, не меня. Не со мной ты остался. Не упал на колени просить прощения. А наоборот оскорбил еще больше.
Я начала заводиться. Не нужно этого всего. Ничего не изменить, только нервы потратить и лишние слезы пролить. Я выдохнула и отвернулась к полкам.
Денис подорвался с пола, выхватил сумку и отшвырнул в сторону.
— Ты не понимаешь! — зарычал он. — Я же пытаюсь спасти наш брак!
— Это ты не понимаешь! Нас больше нет! Я забираю вещи и подаю на развод!
Денис поменялся в лице и с силой ударил кулаком по деревянной дверце.
— Я не позволю! Поняла?
Мне стало страшно. Я никогда не видела мужа таким агрессивным. Закружилась голова и я посмотрела на пустой стакан. Хотелось пить, очень. Но нужно убираться отсюда подальше. Пытаясь не провоцировать Дениса, я спокойно подняла сумку и без разбора принялась скидывать в нее вещи. Перед глазами плыло, но я не подавала вида. Все хватит, остальное заберу позже.
Я закрыла шкаф и повернулась уйти, но Денис преградил путь.
— Ты никуда не пойдешь! — процедил он сквозь зубы.
— Пропусти, разговор не вышел, — все еще мирно попросила я.
Денис схватил меня за горло и прижал к стене. Я выронила сумку и попыталась расслабить хватку. Он сжал сильнее, воздуха становилось все меньше, а из глаз покатились слезы.
— Пусти, — прохрипела я.
В сумочке на кресле заиграл телефон, но мне до него не добраться. Лерка! Наверно беспокоится.
Денис несильно ударил меня о стену, привлекая внимание.
— Слушай меня внимательно! Шеф готовит документы для моего назначения на должность. По уставу управления для замещения этого места я должен быть женат и счастлив, чтобы никто не усомнился в моем честолюбии. На развод ты не подашь! — Денис обернулся на снова трезвонящий телефон и, не выдержав, подошел к сумке, достал мобильник и с надрывом сжал кнопку отключения питания.
 
На слабых ногах я съехала по стене на пол и обхватила пульсирующее горло. Тошнило, а перед глазами все быстрее летали светлячки. Начал бить озноб. Я не понимала, что происходит, но чувствовала себя все хуже.
Денис вернулся ко мне и навис грозной скалой.
— Ты поняла меня? Через несколько дней пойдешь со мной на конференцию, где меня представят, как перспективного и надежного руководителя. А ты будешь рядом счастливо улыбаться и петь лестные дифирамбы своему мужу.
В дверь квартиры неожиданно застучали. Денис замолчал и нахмурился. Замер, словно провинившийся пес, в ожидании ухода непрошеных гостей. Но уходить никто не собирался и в дверь уже откровенно колотили кулаком.
Воспользовавшись заминкой мужа, я встала с пола, шатаясь, словно выпила не меньше бутылки вина, схватила сумочку и потянула за ремень дорожную.
Нужно убираться. Денис обезумел, и я боялась, что его бред перерастет в реальные действия.
Ден догнал меня уже у порога.
— Лиза! — теперь мое предплечье схватили в тиски. — Я не шучу!
— Ты пьян и несешь чушь, — выдернула я свою руку и быстро открыла парадную дверь.
На пороге стояла взмыленная и перепуганная Лера.
Денис обхватил меня за талию и прижал спиной к своей груди. Он приветливо улыбнулся Лере и уткнулся носом мне в шею, вдыхая запах волос.
— Если ты не сделаешь, как я сказал, — тихо прошептал он, чтобы услышала только я, — я размещу во всех соцсетях наше единственное, но очень нескромное видео. Ты там особенно прекрасна, когда стоишь передо мной на коленях и сладко стонешь.
Я побледнела. Денис отпустил меня, и я упала прямо в объятия подруги.
— Гуляйте девочки, — широко улыбнулся мужчина, — но не забывайте, что одну из вас дома ждет муж.
  
Глава 12
 
Я кое-как обрела равновесие и привалилась к стене. Лера испуганно заглянула в глаза, убирая упавшие на лицо волосы.
— Что с тобой? Что он сделал?
— Не знаю, но мне очень плохо, — я потрогала саднящую кожу на шее и начала спускаться по лестнице.
Лера забрала одну сумку и подхватила меня под руку.
— Гад такой! Я чувствовала, что тебя нельзя отпускать одну, — причитала подруга. — Он ударил? Угрожал? Что сделал?
Я лишь молча покачала головой. Угрожал, да. Я не могла поверить, что Денис опустился так низко. Ради повышения, ради статуса он готов смешать меня с грязью и растоптать все то хорошее, что было между нами. Оказывается, я совершенно не знала своего мужа.
Проходя пролет второго этажа, мы услышали звук разбивающегося стекла, затем ругань и топот ног убегающего человека. Мы переглянулись и ускорились. Мне становилось все хуже: во рту пересохло, голова разболелась, а перед глазами все быстрее мелькали мотыльки. Хотелось спать. Очень. Устала. В голове застряло лишь одно желание — лечь и отключиться. Я шла словно в бреду, не осознавая, что происходит.
Лера толкнула железную дверь, и мы вывалились на улицу. От свежего воздуха ноги подкосились и, если бы не поддержка подруги, я бы упала на землю. Уверена, встать я уже не смогла.
Сквозь пелену в глазах увидела свою машину, пассажирское окно разбито, а рядом стоит Максим. Он резко обернулся, услышав наши шаги.
— Что здесь… — «происходит» хотела сказать я, но больше не смогла выдавить ни слова.
Сил не осталось, шум в ушах заполнил сознание, ноги подкосились, и я стала оседать на асфальт.
На долю секунды я заметила, как Максим сорвался с места, подбежал и подхватил мое безвольное тело. Затем все потемнело, и я отключилась.
— Большая доза снотворного, Максим Николаевич. Точнее может показать только анализ крови, но все признаки налицо, — сквозь гул в голове услышала я незнакомый голос. — Вашей девушке нужно быть внимательнее при приеме препарата.