Клятва дракона, или Строптивая невеста
– Скорее, поднимайся! – попросила шепотом, подставляя девушке плечо.
Батмор подсуетился и подхватил ее под локоть, пытаясь отвести к двуколке.
– Я никуда не пойду без своих вещей! Они их украли! – Не спешила убираться с места потенциальной погибели та.
– Да никто у тебя ничего не крал! Просто хотели пошутить! Кто же знал, что ты во всю голову ушибленная! – У Мамкиного Пирожка сдали нервы.
Он первым из всех пришел себя и, ухватив Микаэля под руку, попытался увести его в переулок.
– Верните все в целости и сохранности, иначе о вашей выходке станет известно властителю. Уж я об этом позабочусь! – пригрозила я, старательно увлекая северянку в противоположную сторону. – Прислать вещи следует…
Я выразительно посмотрела на пострадавшую.
– В Академию ветра и штормов, – процедила та нехотя.
– В Академию ветра и штормов. Ясно? – повторила я эхом. – И если узнаю, что хоть что-нибудь пропало или было испорчено… – недоговорив, я многозначительно изогнула бровь.
Точнее, представила, как это делает Грымза. Сама-то я так лихо не умела.
Микаэль, помедлив, кивнул и наконец позволил себя увести.
Посчитав беседу законченной, я повела северянку к двуколке. Та шагала не слишком охотно и не спускала хмурого многообещающего взгляда со спин несостоявшихся убийц, исчезающих в темном переулке, но провоцировать их снова не стала. Наверное, решила, что лучше разойтись миром в этот раз, чем продолжить заведомо проигрышное противостояние.
Когда мы оказались в повозке, Батмор вздохнул свободнее. Вскочив на козлы, он хлестнул поводьями, и нас вдавило в сидение. Ледяной забор впереди был разбит все теми же молниями, и его осколки уже изрядно подтаяли. Пустив воздушную волну, возница расшвырял остатки, освободив проезд, и погнал лошадь к станции.
– Спасибо, эшшери. Но не стоило так рисковать в вашем-то возрасте, – неоднозначно выразила благодарность северянка, когда мы проехали квартал.
Она сидела скособочившись и время от времени морщилась, когда двуколка подпрыгивала на ухабах. Дорога ближе к станции, оказалась совершенно разбитой.
– Эшшери Блэкрок, я вынужден буду доложить эшшери директору о вашей выходке, – сообщил вдруг Батмор и неожиданно добавил: – Но вы молодец. Не знаю, чем иначе все это закончилось бы.
– Спасибо, – поблагодарила я его за похвалу и стянула с шеи кулон.
Руки дрожали как у непросыхающего пьяницы. На лбу выступили бисеринки пота, а во рту появился привкус железа. Похоже, не все так просто с этим артефактом. Полная личина высасывала магию стремительней, чем поддержание воздушной воронки, а ведь мой потенциал не ниже среднего! Недаром Грымза говорила о бородавках и морщинах. Впредь стоит быть осторожнее и не использовать полные образы других людей, лишь мелкие детали.
– Так, ты не старушенция! – искренне удивилась северянка.
Она даже выпрямилась, но тут же снова скособочилась, морщась от боли.
Я приветливо улыбнулась, разглядывая новую знакомую, и ответила:
– Нет. Я всего лишь будущая адептка Академии ветра и штормов. А ты, значит, туда же направляешься?
Глава 3
Девушку, которую мы с Батмором отбили по дороге, звали Адальбьёрг Хедвин. Она была единственной дочерью северного ярла с Побережья Железных Клинков.
– Знаю, наши имена звучат в этих землях непривычно, но ты можешь звать меня Адой. Я ведь твоя должница, Миррэ.
– Перестань. Любой человек постарался бы помочь на моем месте, – смутилась я.
Новая знакомая сидела неровно, склонившись на один бок, словно не могла до конца выпрямить спину. Она то и дело морщилась, явно от боли, и я постаралась перевести разговор на то, что действительно было сейчас важно:– Нет, Миррэ! Не любой. Только очень смелый человек с неравнодушным сердцем рискнул бы выступить против шести стихийных магов не обремененных ни разумом, ни совестью, – возразила северянка, чем смутила меня.
– Они тебя ранили?
– Ерунда! Бывало и похуже, – отмахнулась северянка, но я ей не поверила.
– Вовсе нет! Тебе стоит показаться целителю. Сходим на станции, там есть круглосуточный пункт первой помощи.
– Пожалуй, ты права. Я так и поступлю, только… Только мне теперь нечем заплатить за их услуги, – она огорченно насупилась.
– Об этом не переживай, я не оставлю тебя в беде.
– Миррэ, я…
– Никаких возражений, Ада! Тебя едва не убили! И потом, когда твои вещи вернутся, ты сможешь отдать мне долг, – успокоила я ее.
– Спасибо!
Северянка коснулась двумя пальцами собственного лба и неожиданно изящным жестом протянула мне раскрытую ладонь. Над ней вспыхнул золотом маленький шарик. Он подплыл ко мне и завис, и по спине вдруг побежали приятные мурашки, как во время примерки у портного.
– Что это? – спросила я тихо.
– Клятва чистоты намерений. Если принимаешь ее, просто коснись.
– Ада… Право, не стоит… – я осеклась, поймав взгляд северянки, и поняла, что если откажусь, обижу ее до глубины души.
Вздохнув, окунула палец в золотой свет, и в груди стало горячо, словно хлебнула коричного вина, которым нас угощали в пансионе на Новогодье.
– Теперь мы связаны крепче, чем сестры. Ты моя кьяри – спасительница, – пояснила Ада.
Ее лицо вдруг смазалось, а потом я моргнула, и по щекам скатились две слезинки.
– Ты чего это? Ревешь, что ли? – Нахмурилась северянка.
– Нет-нет! Просто… Все так неожиданно. Я долгое время жила одна, и совсем недавно познакомилась со старшей сестрой. А теперь у меня еще одна сестра появилась.
Северянка расплылась в улыбке и по-свойски приобняла меня за плечи, но тут же вздрогнула и снова приняла позу «крючка».
– Болит?
– Сильнее, чем хотелось бы, – мрачно усмехнувшись, ответила Адальбьёрг.
Услышав ее, Батмор придержал лошадь и принялся выбирать дорогу поровней. Мы как раз проезжали мимо махины газгольдера, а впереди уже светилась огнями станция, на которой жизнь кипела днем и ночью.
– Ада, прости за нескромный вопрос, но зачем тебе понадобилось связываться с этой сомнительной компанией? Где ты, вообще, с ними столкнулась? – не выдержав, поинтересовалась я.
– Я прибыла в Верлор этим утром и решила прогуляться по городу. Я ведь раньше не бывала в столице Ониксовых Скал. Тут все иначе, чем у нас, устроено. А с этими детьми больного моржа случайно столкнулась на улице. Они прицепились хуже собачьего дерьма к подметке. Как не три, все равно воняет и воняет. Обычно я никому спуска не даю, но тут терпела до последнего. Не хотела неприятностей с местными. «Старалась быть выше», как наказывала моя наставница.
Ада кивнула и продолжила.– Нас тому же учили в пансионе, – вклинилась я в ее рассказ.
– К тому моменту дело шло к ужину, и я изрядно проголодалась. Но в центре меня не пустили ни в одно заведение, представляешь? Сказали, выгляжу неподобающе. Я уверяла, что мне есть, чем заплатить, но они все равно не соглашались! А те окаменевшие фекалии мамонта так и таскались за мной следом. Ржали, как больные лошади, над моим позором. А потом у меня, как специально, заурчало в животе…
Северянка тяжело вздохнула и, поморщившись, многозначительно на меня посмотрела.
– Да уж. Представляю, какую пищу для насмешек это дало зарвавшимся придуркам.
– Верно! Тогда я просто поймала извозчика и попросила отвезти меня в какое-нибудь приличное заведение недалеко от Южной станции. Такое, где вкусно накормят, и цены не кусаются.
– И он завез вас в Рабочий Городок, – неожиданно вклинился в разговор Батмор.
– Не знаю, но еда здесь и правда оказалась недурна. Мне понравилось. Все было хорошо, пока в эту же таверну не завалилась компания Микаэля. Эти выродки рахитичного кашалота снова принялись издеваться надо мной. Смеялись над тем, что я такая высокая. Потешались над моей одеждой, а потом выкрали сумку и стали требовать от меня оскорбительные вещи за ее возвращение. Я дочь ярла Хедвина и не могла им этого спустить! – Сверкнула яростью во взгляде северянка.