Фадрагос. Сердце времени. Тетралогия (СИ)
– Конечно нет! – не задумываясь возмутилась я, округляя глаза.
Вновь нас накрыла звонкая тишина, но губы Кхангатора дрогнули, уголки выразительно тянулись в стороны. И я поняла: хитрость без вранья – никуда!
Мы рассмеялись с ним вместе. Ребята выдохнули и разом поднесли пиалы к губам. И я продолжила гораздо бодрее:
– Тебе выгодны старые традиции, великий вождь. Вашу расу причисляют к разрушительным, но вы – не васоверги. Вы не хотите жить одной лишь войной, а просто отрезаны от регионов и вынуждены защищаться как можете. Джоранмо старый, но проживет еще поколение‑другое. Твое, быть может, твоих детей. А что потом? – Мой вопрос не требовал ответа, а Кхангатор совсем по‑человечески кивал каждому слову, будто отыскал доверительного собеседника. – Дарок растит Хайко, у твоего врага ядовитый дракон только вошел в силу. Несколько старых драконов едва успели отложить кладку, как ее уничтожили в очередной битве за нее же. Васоверги предпочитают убить, но не отдать врагу. И, кстати, до Дарока дошли сведения о древней кладке, спрятанной где‑то в глубинах скал. Это в Долине драконов, которая рядом с Васгором.
– Когда? – неприкрыто заинтересовался викхарт, налегая на стол.
– Посланец принес вести за два рассвета до ритуала Ярости. Я сама слышала новости.
– Ты выдаеш‑ш‑шь тайны Дарока? – Прищурился на один глаз.
– С его разрешения, – мигом оправдалась я. И это действительно было правдой. – Он хочет твоей поддержки и готов разделить кладку.
– Он не ценит духов, – пробормотал вождь, но сопротивлялся совсем неубедительно.
– Не артачься, – мягко попросила я. – Вам это выгодно. Что станет с миром, если васоверги примут духов разрушения? По дороге к тебе местные рассказали нам, что вы питаете с их помощью озеро. Будут ли васоверги использовать духов с такими же целями? Или они направят все силы, чтобы только отбирать? Ведь так было и раньше. При Гархорте.
– Великий вождь, – сразу отметил Кхангатор, сжимая кулаки. – Он держал в с‑страхе многие регионы.
– И тогда еще в Фадрагосе не было духов, – используя удачный момент, напомнила я. – Была другая сила. Недоступная васовергам.
– Древние знания говорят, что о пробуждении этой с‑силы знали лишь с‑с‑соггоры.
– Они были справедливыми правителями. – Короткое подмечание и интерес к сладости из орехов в меду. Чертов мед тоже напоминал о прошлом: не только о Волтуаре, но и о его сопернике…
Кейел, ты бы мною гордился. Ты бы точно мною гордился!
– Они и теперь с‑ш‑справедливые правители. Некоторые викхарты ходили за Ледяную долину, а потом возвращ‑щались, чтобы с‑с‑сказ… скас… Говорили, что там хорошо.
– Если бы согоры вернулись в регионы, ты был бы рад? – глянула на довольного Кхангатора украдкой, попутно выбирая другую сладость.
– Это невозможно. – Видимо, занятый в мыслях моими предложениями, он даже не придал значения вопросу, а вот ребята посмотрели на меня многозначительно.
– Можно помечтать, – предложила я, игнорируя к себе интерес друзей.
– Говорить не о чем. При с‑согорах мы не терпели вечные войны. Они не с‑с‑стояли в с‑с‑с… Они тоже воевали. Теперь правители боятс‑ся вмеш‑шиваться. Твои темные братья, – обратился к Роми, скалясь, – не правители. Трус‑с‑ы. Не правление то, что они делают.
– Согласен, но нас не допускают, – запросто нашелся с ответом беловолосый шан'ниэрд, с досадой разводя руками.
– Согоры справлялись со всеми регионами разом, – чуть громче напомнила я, снова акцентируя внимание на истинных правителях.
– Один правитель с помош‑щниками, – поддержал меня Кхангатор. И, не зная того, даже приободрил: – Хоть кто‑то понимает. Толковая у тебя голова. Назови имя, чтобы я знал, как тебя звать.
– Оно тебе не понравится, – с улыбкой ответила я. – Асфи.
Он поморщился и, отвернувшись, решил:
– Тогда будешь Девкой.
– Без проблем, я не обижусь.
* * *
Местные закатили в нашу честь настоящий праздничный вечер. Для них гости из регионов – не опасные разбойники свободных земель – оказались чудом. Но у нас с Елрех закралось стойкое впечатление, что викхартам процветающей обители просто нужно мало повода для веселья. Судя по тому, что мы увидели и услышали, устроились тут существа вполне хорошо и сами справлялись со всеми своими заботами, несмотря на постоянное участие в войне за Долину драконов. Может, и был в чем‑то дефицит, но знали о нем не все, а только те, кто думал об улучшении жизни и сравнивал эти самые разные жизни в разных регионах. Например, Кхангатор, который все же заинтересовался союзом с Дароком, а также в ближайшее время обещал заняться каменными великанами. От нас требовалась уже мелочь – заглянуть к Дриэну и обрадовать его небывалой выгодой, а заодно огорчить моим дезертирством. Прямой путь через регион Каменных великанов открывал дорогу и к дальним свободным поселениям, образовавшимся в Вечном лесу. А им, судя по детству Кейела, точно не помешает частый контроль гильдии Справедливости или вождя викхартов.
Стоило подумать о Кейеле, как он оказался за спиной и, пересилив местную музыку, громко проговорил:
– Не могу уследить одновременно за всеми вами.
– А нужно? – удивилась я.
На площади, которую мы проходили днем, разожгли высокие костры. Самые яркие горели на песчаном берегу озера, куда меня и отвели смеющиеся викхартки. Вместо венка на голову на мою шею надели ожерелье из ярких перьев, цветов и крупных чешуек. Нагретый за день камень остывал неохотно, поэтому я с удовольствием воспользовалась предлогом тепла и оставила сапоги в доме, половину которого нам любезно выделили на две ночи.
Воздух пропах дымом, пропитался дурманом, который тут курил каждый второй взрослый, аромат ночных цветов осел у земли тяжелой возбуждающей сладостью. Мерцающее небо нависло так низко, что хотелось привстать на носочки и сорвать самую крупную звезду. И я почти верила, что смогу это. Настроение от очередной победы и приятных открытий вселяло ощущение всемогущества. Оно гнало меня танцевать с девушками, которые так и норовили поучить улыбчивую человечку диковатым движениям.
– Роми с Кхангатором, дожимает последние амулеты, но продолжает расспрашивать его, а Елрех только что была у знахарки и пробовала местные зелья, – отчитывался Кейел, будто не услышал моего вопроса. Но все‑таки склонился к уху ниже и пояснил: – Я волнуюсь за вас.
– Они не маленькие, Кейел! – музыка усилилась, и мне пришлось чуть ли не кричать, приблизившись к нему вплотную. Эта близость и его глаза, губы совсем рядом сводили с ума. – Лучше сам повеселись. Ты же лучше всех понимаешь местных, так пользуйся их гостеприимством!
Я отступила, но в этот миг толпа молодежи, прыгающая в безумном танце, промчалась за спиной Кейела. Он, оглянувшись, шагнул на меня и врезался. Я едва не упала от столкновения, но была поймана за талию. И застыла на цыпочках, с занесенными руками над плечами, спрятанными под белой тканью рубахи. Всего несколько сантиметров – и я обниму его.
Стоило отойти, отступить, уйти, но я стояла, глядя на ключицу, улавливая краем глаза быстрое биение жилки в смуглой шее. Сердце стучало тихо, согревало изнутри и удерживало на месте. Голова не кружилась, но мир то и дело размывался, а в голове будто ударял колокол. Отойди, отойди…
Подавшись вперед, повела носом возле теплой кожи. Ощутила, как сжались пальцы на пояснице. Приподняла голову, покусывая губы и безуспешно заставляя себя отступить. Даже мысли о том, что это совершенно другой парень, не помогали. Ладони легли на напряженные плечи, и при затихшей музыке я выдавила короткое:
– Прости.
Прижалась щекой к плечу, обняла крепче и вдохнула полной грудью. Кейел не обнимал, не двигался, но и не отталкивал. Одной рукой по‑прежнему придерживал меня за талию, а вторая неподвижно повисла. На его лицо я старалась не смотреть, а чтобы улыбки умиления девушек не отвлекали, вовсе закрыла глаза.
Мое сердце расшатывало нас, необычная музыка снова звучала громче. Я обнимала его, а он позволял обнимать. Еще секунду. Еще мгновение.