Вестник забытого рода! (СИ)

Как и сегодня, представляться аристократом в летах, едущим инкогнито, мы будем только в крайнем случае. А так нам предстоит играть роль безутешной вдовы с отпрысками. Причем всех детей будем представлять моими. Хмыкнула, так как они и так стремительно ими становились. С чем монах не посмел спорить.
Но такое положение вещей скроет нас от мужа. Он будет искать графиню, разодетую в пух и прах, с двумя мальчиками. А мы явим народу вдову средней руки, без драгоценностей, в скромных нарядах с четырьмя детками. Мне было предложено чаще показываться на людях с Исоли. Девочка собьет всех с толку. Братишку мы не будем принаряжать, оденем его в подобающие одежды после представления королю. Наглядный пример обращения с ним, и в пути он не привлечет внимания. Мальчик на побегушках – частое явление. С чем уже я согласилась, не споря.
- И прошу, обсуждайте со мной свои планы. Я, конечно, доверяю вам, но хотелось бы прийти на помощь в случае чего. И не хотелось бы терять преданного человека, дарованного богами.
- Вы всегда готовы подставить свое благополучие, спасая других? – вопрос был искренним, почему бы не ответить.
- Обязательно. В своем мире это было моей профессией.
- Извините, недооценил вас, но все же доверьтесь профессионалам, которые лучше знают местные реалии, - в его словах был смысл. Но что делать, если у него случится провал. Привыкла подхватывать чужие дела и исправлять случившееся, так мне было спокойнее. Как до него достучаться, убедить, что меня не надо сбрасывать со счетов?
Заключили перемирие с монахом спустя двадцати минут жарких дебатов. Но он оговорил условие, которое можно было принять, если не моя привычка все контролировать. С неохотой. Скрепя сердце согласилась, что если случай будет крайний, то уже я беспрекословно последую его приказам. Но монах в этом случае раскрылся с другой стороны: сочувствующим чужому горю, непримиримым к женскому уму, а также показал себя ловким и прожженным циником, способным пожертвовать малым, чтобы прийти к цели. Меня все это немного пугало. Уж больно он напоминал характером Савелия. Прямо ощутила безмолвное присутствие прошлого.
Пара дней пролетела незаметно. Мы останавливались редко. И даже ночью спали в дороге. Мужчины удивительным образом все время находились в седле. Удивлялась их выносливости, пока не услышала на одной из непродолжительных стоянок, только чтобы в кустики сходить и размять ноги, как воины обсуждают дежурства. Воины-монахи спали на ходу.
На третий день нас нагнали два разведчика из графства Вестания. Они не могли похвастаться такой же добычей, как братишка, но привезли с собой бывшую экономку, готовую дать свидетельские показания. У нас увеличился состав. И не ясно было, куда мы ее определим. Не ехать же ей на подножке с кучером. Разведчики также привезли кое-какие бумаги: свидетельства купцов, которым распродавал достояние графства управляющий.
Они и скупали у него ценности, больше для того, чтобы сохранить все для молодого графа. Многие из них вели дела еще с нашим отцом и верили, молодой граф сможет исправить шаткое положение в графстве. Люди поэтому и не уходили со своих земель, что ждали его совершеннолетия. Мы дружно решили отправить экономку с одним из разведчиков вперед нас. Они прибудут в столицу налегке и будут ждать условного знака в безопасном месте. У монаха и в столице был домик у самых стен города. Почему он не предложил его нам, а согласился, чтобы мы остановились в трактире?
В этот же день мне представилась возможность рассказать все братишке о его друге. Он весело рассказывал об их приключениях в начале лета. Парнишки пытались отыскать сокровищницу рода в замке.
- Аритас, сокровищница всегда находилась в имении. Мне самой было не понятно, почему его отдали мне в приданное.
На целый час паренек пропал, изучая артефакты и сокровища, которые я везла с собой. Отец успел многому его научить, и он склонялся к артефакторике в обучении. Правда, со смертью родителей обучение было заброшено. Только бы все у нас получилось, тогда и у брата появиться шанс приобрести место в этом мире.
 
- Знаешь, у нас обязательно все будет хорошо. Я разведусь с мужем, а ты займешь свое место графа по праву наследования. Будем настаивать у короля на досрочном вступлении в наследство. Я поручусь за тебя. Если надо – найдем нужных аристократов, которые поручатся за тебя наравне со мной. И мы обязательно пробудим в тебе семейный дар. Два вестника лучше одного. К тому же слишком многие пожертвовали собой, чтобы на свет родился Вестник. И артефакторикой сможешь заниматься. Одно другому не мешает!
В глазах Аритаса появился испуг. Он понял, что я знаю, кто он, что с ним связана смерть родителей. Но мальчик, а для меня он даже не подросток, а именно мальчик, не подозревает, что винить-то его не за что. Так сложились обстоятельства, в этот отрезок времени привела нас судьба.
- Ты думаешь, я не чувствую вины за собой? Хочешь обвинить в своих несчастьях?
- Нет, в этом не виноват никто. Родители сами сделали свой выбор тогда, когда прикрывали наши земли, чтобы скрыть юного Вестника. И в моем замужестве виноват не ты. Это, скорее, ошибка короля. Он не проверил, кому меня отдает, а я ведь покорилась его воле. Думала, что он позаботится о тебе лучше. Что могла испуганная девушка, всегда стоящая за спиной родителей? И ты не виноват в том, что Таюша отдал свои последние дни, прикрывая тебя. Монах сказал, что названный отец избил его в этот раз серьезней, чем всегда. Он не смог спасти его. Но он взял на себя обязательства позаботиться о его маме и сестрах. И ты сможешь, справишься в этом возрасте с ношей графа. Люди верят в тебя! Я верю в тебя! Ты же слышал, что купцы сохранили ценности рода, не перепродали их из-за тебя, чтобы у тебя были первоначальный капитал для возрождения графства.
Какой он все же еще ребенок! Аритас плакал у меня на плече. Вдруг Исоли протянула к нему ручки. Братишке пришлось взять ее на руки. А она возьми да и положи свою белокурую головушку ему на плечо и протяжно пробормотала.
- Ак, иу, - засмеялась, захлопала в ладошки, вызывая приступ неконтролируемого смеха у всех. Малышка не могла такое провернуть, если только ей не помогли боги! Но так правильно, пусть раны затягиваются безболезненно, а несчастья забудут дорогу к моим родным.
Уже к вечеру прибыли еще трое разведчиков. Они принесли вести из графства мужа. Там происходило что-то неладное. Лирма, любовница мужа, взялась наводить свои порядки и уже истратила половину состояния графа. А он доверил ей свой замок, не жалея средств. Она, конечно, хорошо придумала поменять все гобелены в замке, но можно же было потратить эти средства на обустройство всего замка, часть вложить в деревни, которые бы вернули с торицей вложенное в них. Граф еще не подозревает, что близок к разорению. Надеюсь, мне не придется наследство сына возрождать из руин!
Также разведчики добыли неопровержимые доказательства затеваемого в отношении меня. Весь замок слышал, как Лирма костерила графиню и кричала, что я ненадолго остаюсь живой, что граф как раз отправился решать маленькую проблему в виде меня. Мы с монахом одновременно спросили – а осмелятся ли люди признаться королю? Не выберут ли подчинение своему хозяину?
- Не выберут, во всяком случае, некоторые из них. Мы отправили окружным путем в столицу троих смельчаков, которые готовы подтвердить, что слышали, как граф давал поручение управляющему вашего имения избавиться от графини, - разведчики решили половину проблем. Осталось только послать магическое письмо тем, кто едет в столицу с адресом.
- Еще бы допросить управляющего, - монах довольно похлопал мужчину, принесшего хорошие новости, по плечу.
- Может, тогда самим переправить управляющих в столицу? Да и Сираи на допросе может многое поведать.
- У меня нет на это людей. Лучше бы король сам позаботился об этом. Я не могу ополовинить наш отряд.
Я не успокоилась, эта идея засела в голове. Так мы могли бы ускорить весь процесс. И почему мы не догадались всех их взять с собой. Придумали, как бы перевезти. Да хоть в сундуках.