Единственный конец злодейки — смерть. Том 4

— Ты вела себя неправильно и все испортила.
— Я ничего не сдела…
— Все так зациклены на тебе. Из-за этого даже моя промывка мозгов не работает.
Ивонна резко перебила меня, вернув голову на положенное место. Ее ясное лицо походило на лицо капризного ребенка.
— Мне было интересно смотреть на твое искажавшееся лицо каждый раз, когда я отбирала у тебя близких людей одного за другим… И почему сейчас все выходит не так, как я хочу?
— И это тоже не мое дело. Я не промываю мозги людям, как ты, Ивонна, — напористо ответила я. — Вместо того чтобы всячески препятствовать мне, тебе лучше просто отпустить меня, ведь я знаю, кто ты такая.
— Правильно. Это так, но…
Ивонна кивнула, но ее лицо тут же изменилось. Словно до этого момента вся беседа была шуткой, с ее лица пропало веселье, и она холодно спросила:
— Где осколок?
— Какой осколок?
— Осколок зеркала, который ты украла.
От откровенного вопроса мое сердце ухнуло. У меня закружилось перед глазами от осознания, что бы произошло, если бы я проигнорировала квест и просто оставила осколок, где он лежал.
Ивонна мягко стала меня уговаривать:
— Верни мое, Пенелопа. И тогда я оставлю тебя в покое, как ты просишь.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь.
Я притворилась равнодушной. Хотя все поняла, я не верила, что отдать осколок человеку, который намерен забрать у меня все, было крайне удачным решением.
Ивонна прищурилась. При виде снова жутко изменившегося, как у змеи, взгляда я торопливо добавила.
— А-а. Я что-то подобрала… но, должно быть, на обратном пути выбросила. У меня его нет. Я пожала плечами и показала обе руки. Поняла ли она, что у меня действительно не было осколка? Ивонна тут же задала другой вопрос:
— Как ты научилась древней магии?
— Магии?
— Магии, которую ты использовала в прошлый раз.
— Это была не я.
Я притворилась, что ничего не знаю. Этот феномен невозможно объяснить, следовательно, он вызван кем угодно, но точно не мной.
— Не ты, говоришь?
— Ага. Тогда со мной был один волшебник. Может, ты перепутала?
— Винтер Берданди? — последовал молниеносно вопрос.
Черт. В игре говорилось, что не было известно, кто волшебник… Я с трудом улыбнулась.
— С чего вдруг маркиз Берданди? Нет. Это был волшебник по имени Винсу, который помогал мне в волонтерской работе. Он работает в торговом доме.
— Волонтерская работа? Ха-ха.
Словно все поняв, Ивонна хлопнула в ладоши.
— Так вот оно что… — тихо пробормотала она.
У меня волосы встали дыбом.
Мне надо срочно отправиться к Винтеру. Я решила, что главное — выбраться из этой ситуации, и посмотрела на нее с тревогой.
Ивонна на время погрузилась в раздумья, видя, что на все вопросы я отвечаю лишь «не знаю», затем мило улыбнулась.
— Тогда поговорим по-другому, Пенелопа.
Я не успела и охнуть, как она с огромной скоростью вынула что-то из кармана.
— Ди ассум.
Еще до того, как я поняла, что произошло, в глаза ударил голубой свет.
Реликвия!
Заметив, что Ивонна собирается что-то сделать, я торопливо подняла руку и прикрыла глаза.
— Что ты?..
— Я тоже не думала, что мне придется заниматься этим. Ты такая упрямая, что я не хотела тратить на тебя энергию.
— Брось! Я ничего не знаю! — крепко зажмурившись, закричала я, но Ивонна, похоже, совершенно меня не слушала.
— Это, несомненно, так, но…
Как же быть? Как же быть? Она и мне промывает мозги?
Сердце бешено стучало. Я металась, охваченная страхом, а в это время голубой свет стал еще ярче и просвечивал сквозь пальцы. Чтобы выйти из-под него, я попробовала отойти.
Однако Ивонна схватила меня за плечо, чтобы я не могла сбежать. В безвыходном положении я лишь барахталась, словно попавшее в паучью сеть насекомое.
— Подумай хорошенько, Пенелопа. Вот что произойдет, если я продолжу действовать и найду все фрагменты реликвии.
— Ы-ы!
Ивонна зашептала мне в ухо, словно делилась секретом, продолжая сильно сжимать мое плечо:
— Зеркало будет собрано, и тебе останется только бессильно наблюдать за тем, как я забираю твоих близких.
 
Когда она закончила, мои глаза заволокло зеленой дымкой. Такое уже случалось один раз на Солеиле. В голове закружились бесчисленное множество образов. Было трудно оставаться в сознании.
— Я не знаю ни о каком осколке! Поэтому хватит…
— Те, кто раньше испытывал к тебе ненависть, запрут тебя, оправдывая это любовью, чтобы ты никуда не ушла, а в итоге разорвут в клочья.
— П-пусти!
— Бедная Пенелопа… Скажи мне, где осколок, прежде чем это произойдет…
Что-то пронеслось перед моими ослепленными глазами. Я не знала, к добру это было или нет. Я думала лишь о колыхавшихся в голове образах.
Я брыкалась, пытаясь оттолкнуть Ивонну, и кончики пальцев коснулись мягкой кожи. Я схватила ее за руки.
— Я сказала, пусти.
— Ах!
От тихого стона я открыла глаза.
— Ха-ха!
Мы обе стояли, вцепившись в плечи и запястья друг друга. Благодаря тому, что я крепко схватила Ивонну за запястье и подняла его, направленный мне в лицо осколок зеркала дрогнул.
Лившийся из него голубой свет, как и прежде, бил мне в лицо, но я уже не придавала этому значения. Когда я открыла глаза, даже бешено мелькавшие образы исчезли.
Кажется, ей не удалось меня зомбировать, и, тяжело дыша, я слегка ухмыльнулась.
— Что такое? Твоя промывка мозгов, кажется, не действует на меня.
— А-а… Неужели?
Однако Ивонна не смутилась от моей насмешки. Она лишь склонила голову набок и спросила:
— Так чего ты больше всего боишься? Я думала, что меня.
— Нет, я ничего не боюсь.
— Не ври. Тогда зачем ты так упорно прячешь осколок? Отдай его мне, и я тебя отпущу.
От слов Ивонны, которая нисколько не поверила, что я не знаю, где осколок, я на мгновенье замерла. Зачем я так упорно его прячу?
Причина не была такой уж грандиозной. Мне просто приказала система. Из-за квеста… Однако… если я его отдам, она меня вышвырнет. Так ли необходимо упорно его прятать? Есть же скрытая концовка.
Я не была уверена, что доберусь до концовки и смогу выйти из этой безумной игры. И умирать, как велит сюжет, не хотела.
«Может, просто отдать? Если поискать, всегда найдется способ выбраться…» — вдруг подумала я.
— Ну? Отвечай, Пенелопа, — неутомимо требовала ответа ангелоподобная Ивонна. Я резко пришла в себя, перевела дыхание и, сжав зубы, выпалила:
— У меня его нет. Я же сказала, что не брала его.
— Тогда какой смерти ты боишься больше всего, Пенелопа?
— Что?
— Смотри.
В одно мгновенье она сменила тему. Пока я думала, что ответить Ивонне, на некоторое время замолчав, она бездонными глазами указывала куда-то в сторону. На осколок зеркала.
— Вот она смерть, которой ты так боишься.
Голубой свет, исходивший из него, потихоньку затух. Однако, возможно, это произошло из-за слов Ивонны? Меня странным образом начала охватывать ужасная тревога.
— Прости, но мне, в отличие от тебя, не очень страшно. Ну умру и умру, — блефовала я, украдкой косясь на осколок полными тревоги глазами. От моих слов Ивонна прищурилась и широко улыбнулась.
— Такого не может быть. Ты слышала?
— Что?
— Твой голос, бормотавший, что ты не хочешь умирать.
— Что за?..
Я ошеломленно посмотрела на нее. Как, черт возьми, она может знать мысль, быстро пронесшуюся в голове, которую я и сама не успела осознать?
Неужели я произнесла это вслух? Нет. Точно нет…
Видимо, она заметила мою тревогу. Ивонна медленно опустила голову и приблизила свое лицо ко мне. На меня уставились огромные глаза такого же цвета, как исходивший из осколка свет.
— Я неправильно определила причину твоего отчаяния, Пенелопа.
— Подожди.
Что-то было не так. Она продолжила шептать, не моргнув и глазом:
— Давай начнем сначала.
— П-подожди, э-э, нет!..