Горький вкус Солнца (СИ)
— Не нужно! К тому же, ты уже доказал!
— Мне это важно. — Он сжал мою руку. — Завтра будет лучше, и я надеюсь, что поцелую тебя как муж. Но сейчас, Габ, только так.
И коснулся моей щеки.
— Ты, главное, не переживай ни о чем, — тихо сказала я. — Отдыхай. Спи спокойно, я буду рядом.
Марк медленно подвинулся ближе, мы обнялись и через минуту уже спали. Я даже не успела помечтать перед сном, как всегда это делала.
А утром проснулась одна. Было ещё рано, занималась серая заря, и я вскочила, кутаясь в теплый халат. В ванной Марка не оказалось, и я пошла рыскать по дому. Скорее всего, он был на кухне.
Однако я ошиблась, думая, что супругу понадобиться несколько дней на восстановление. Попав в просторную галерею, что вела к зимнему саду, я удивленно заморгала. Солнечные братья — светлые на фоне темных стен — стояли в странных позах, накрепко сцепившись пальцами и напряженно замерев. Они словно к чему-то прислушивались. А неподалеку в похожей позе застыли Дэр и Бэйт. Когда мужчины тренируются — не лезь, это я усвоила с детства. Хотя мне и хотелось снова налететь на супруга ураганом — едва на ноги встал, уже полез бороться! Совсем не бережется! Но пришлось смиренно встать возле стены, ожидая, что они станут делать.
Казалось, не происходит ровным счетом ничего. Просто стояние на одном месте, пристальные, сосредоточенные взгляды и дыхание, которое порой менялось то у одного, то у другого. А потом Лео бухнулся на колени и в следующую секунду улетел прочь. И хотя я смотрела на Марка все время, а не увидела никакого резкого движения ни плечами, ни корпусом. Наверное, он проверял, действует ли магия. Почти сразу в воздух взлетел и Дэр — толстая молния подхватила его и шмякнула о пол. Впрочем, брату явно не было больно, он улыбался. Но как? Ведь у Бэйта не было волшебства предка, тем более боевого! Только защитное, да то и то слабое!
Время перемен, оно настало. Вместе с морозами, которые пытали природу, к людям пришли удивительные силы, однако об этом я узнала позже. Марк обернулся, увидел меня, и на губах появилась широкая улыбка.
— Доброе утро, котенок.
Моя сердитость мгновенно растворилась в потоке его теплоты. Я шагнула и оказалась в привычных крепких объятьях. Не почувствовать, что Марк восполнил все свои внутренние запасы магии, было нельзя. Однако ещё важнее было ощущать, что он полностью здоров.
— Ты бы его, Габи, успокоила, что ли? — хмыкнул Дэр. — Чуть дом не разнес!
— Если бы знала, что уже сегодня будет бегать конем ретивым, я бы нашла, чем мужа занять, — рассмеялась я.
Дэр одобрительно кивнул.
— Для нас троих его появление тоже стало неожиданностью. Но поверь, беспокоиться не о чем, Марк полон сил и крепок как прежде.
Супруг сжал мою ладонь.
— Ребят, спасибо за помощь. Мы, наверное, пойдем ещё поспим. Или позавтракаем. Да, Габ?
— Угу! — закивала я, хотя прекрасно знала — никакого завтрака или сна не будет, пока мы не поговорим без слов.
Марк повел меня по лестнице наверх. Молчалось вкусно, и мурашки щекотали живот изнутри. Когда мы зашли в комнату, светлячки тотчас мягко замерцали. Они не могли не среагировать на появление Солнечного властелина.
— Марк, тебе точно хорошо? — тихо спросила я.
— Очень, Габ. Странно, да? После этого путешествия, да в Грозовом поместье… Прежде мне здесь было неуютно, холодно как-то. А теперь чувствую себя как дома. Ты расскажешь мне, что произошло после выстрела? Я все видел, но мало что слышал.
Мы присели на край кровати, и я в подробностях, никому не известных, описала случившееся.
— Сила, — сказал Марк. — Значит, это из-за неё у меня нутро распирает. А я-то думал, что просто слишком долго спал.
— Ты чувствуешь новую магию?
— Да. Но гораздо важнее, что снова чувствую тебя на всех уровнях. Будучи вне тела, я мог ощущать лишь часть тебя. Поэтому спасибо, что читала мне. Я все слышал, малышка. И когда ты ложилась рядом, становилось спокойнее.
— Что мы будем делать дальше, Марк? С Атрой, угрозой, нависшей над ней? Что Дэр сказал, появлялись ещё люди, подобные тем?
— Появлялись, — отозвался супруг. — Но благодаря дозорным далеко не ушли. Их допрашивали, и люди говорили, что заблудились, пройдя через белую магию. Среди них были хорошие и не очень.
— Где они теперь?
— Отправлены обратно в поток силы. Думаю, нам стоит подумать, почему именно сейчас стали появляться столь явные проходы между измерениями.
— То есть эти люди приходят из… иных миров? — прошептала я.
— Думаю, да. Странные одежды, оружие, прически… Либо мы плохо знаем наш мир. Оба варианта возможны.
— Нам остается только продолжать защищать Атру и горы, — сказала я. — Ведь именно туда пытаются прорваться эти люди, не так ли?
— Да. Дальше престолов, через пропасть. И однажды они найдут путь, я уверен.
— И ничего хорошего не жди.
— Именно. Так все чувствуют. Мы говорили, и Дэр предположил, что Атра — щит. Наступает век, когда кланы должны быть единым целым, чтобы отразить невиданный удар.
Он погладил мои пальцы, и, склонившись, поцеловал в губы — мягко, ненавязчиво.
— Что бы со мной стало, котенок, не сделай ты тогда предложение? Сгнил бы в одиночестве и пустоте, пытаясь ухватиться за холод прошлого. Я ведь не помнил Агну живой, и это страшно. Мне запомнилась только её смерть. — Он нахмурился. — Она не виновата. Это я терял тепло. Мог бы хранить в сердце добрый, сильный и ласковый образ, но предпочел отчаяние.
— Ты не виноват, Марк. Это стало твоей болью, а она не всегда стирается из памяти. Сердце твое страдало, но ты рискнул и связался со взбалмошной, неуравновешенной девчонкой, влюбленной по уши. Что было бы со мной, если бы ты отказался? Не представляю, как жила без тебя…
Он нежно погладил меня по щеке кончиками пальцев.
— Значит, это желание — наша общая судьба.
Я облегченно выдохнула и залезла к нему на колени.
— Мы сделаем для дома все возможное.
— Каюсь: в первую очередь я думаю о тебе, Габ. Прежде, когда слышал подобное от Дэра, хотелось дать ему кулаком в… ну, не важно, куда. А теперь, гляди-ка, сам такой! Чувствую, припомнит мне это твой брат, и не раз.
Я улыбнулась и поцеловала Марка в щеку. Борода у него отросла кудрявая и мягкая, и было приятно чувствовать эти светлые, чуть рыжеватые волоски.
— Всё будет хорошо.
— Угу.
Он приподнял меня, взяв под мышки, и посадил к себе лицом.
— Можно поцеловать тебя?
Я обняла его за плечи и запрокинула голову. Странно, что Марк спрашивал разрешения, но голос его звучал тихо и был полон какой-то особой магии. Меня объяло густым, пряным наслаждением, когда наши губы соприкоснулись. А потом глубже, и стало не до того, чтобы улавливать вкусы. Он вел, я следовала. Он приказывал, я подчинялась. А потом, поддавшись чувствам, слегка подтолкнула Марка, и он упал на спину, разнежено улыбаясь.
— Всего минута, Габ.
— Я могу не успеть.
— Потом, когда хотя бы чуточку утолю голод, я отдамся в твои руки. Обещаю.
Я рассмеялась, пытаясь уследить за движениями его рук, но Марк раздевал меня умело и стремительно. Потом он быстро избавился от собственной одежды, и, не успела я и слова сказать, как оказалась в прочных оковах его объятий.
— Будь жадным, — прошептала я, и Марк поцеловал меня в щеку — последнее осторожное, трепетное прикосновение.
— С радостью.
А потом сразу, без предупреждения овладел мной, да так, что я вскрикнула во весь голос. Возбуждение было слишком сильным для обоих, мы не понимали, что творим. Возможно, я даже подняла в воздух кровать, не знаю точно. Иногда бывает так, что близость нежна и медленна, порой она страстная и сладкая. Сейчас между нами шла битва, но не за равенство, а за длительность наслаждения.
— Ещё, — говорила я, и Марк отзывался движением бедер, с силой сжимая мои запястья. Ни коснуться, ни погладить.
Чувства замешивались в напиток, дурманящий сильнее самого крепкого вина. Порой я успевала ухватить мгновения, чтобы потом возвращаться к ним и довольно улыбаться прекрасным воспоминаниям. Но не сейчас. Мне так хотелось больше настоящего, что я не думала о том, чтобы сохранить это для будущего.