Титан империи 4 (СИ)

Ворвавшись в помещение, рванул вбок и заколол еще одного мудака, который почти закончил процесс трансформации. Едва обернувшись волком, рейховец свалился на пол. Глаза с вытянувшимся зрачками тут же остекленели.
Сверкнула молния, но в ту же секунду за спиной у боевика-«громовержца» показалась Ди с окровавленным веером.
Бум! — и еще один труп, сверкая и плавясь как масло, растянулся на полу.
Вроде все. Я быстро осмотрелся — кают-компания была разнесена в хлам. Мы победили, но радости я совсем не чувствовал. Оглядываться в коридор, где лежала убитая Гама, мне совсем не хотелось.
Убрав меч в ножны, я пошел к Красавке, но тот отделался лишь парой ожогов и с упоением пожирал слегка подгоревшее тело одного из рейховцев. Думаю, мое обещание насчет котлеты величиной с шкаф можно считать исполненным.
Затем мы с Ди направились к заложникам — все были членами команды дирижабля. Ни Насти, ни капитана среди них не было.
— Где Шемякин⁈ — спросил я одного из заложников, пока развязывал ему руки.
— Убит, а пилотов заперли на капитанском мостике, — ответил он и принялся растирать перетянутые запястья. — Чертовы диверсанты…
— Знаете, что им нужно?
— Я немного знаю немецкий, и из их разговоров мне показалось, что они тащат нас к Электростали…
— А что там?
— Шутишь? Электросталь — Цитадель, которая защищает Владимир от Московского Осколка. Скорее всего, рейховцы хотят ее уничтожить!
— Вот сволочи! — бросила Ди, освобождая очередного заложника. — В мои планы не входило попасть под прорыв из Московского Осколка! А нас не могут просто сбить?
— Если узнают, что они задумали, могут.… но сдается мне никто не спешит отсюда об этом сообщать, и диспетчеры наверняка думают, что долбанные аристократы снова решили покататься вокруг Москвы, чтобы посмотреть на Прорывы.
— Черноволосой девушки с короткой стрижкой среди вас не было?
— Была… Но ее увела их чокнутая командирша… Кажется, в машинное отделение…
Стоит отдать команде должное — едва освободившись, парни похватали автоматы убитых рейховцев и высыпали из кают-компании.
Вместе с ними вышел и я. И увидел Горна, рядом с которым печально крутился и на все помещение выл Красавка.
— Черт… — проговорил один из членов экипажа. — Его преосвященство, пожертвовал собой, чтобы спасти нас…
Все склонили головы, а затем оттащили тело в кают-компанию и, положив его на стол, покинули помещение.
Рядом остался лишь я, безутешный Красавка и печальная Ди.
— Не думала, что увидев мертвого Горна, так расстроюсь, — вздохнула она и положила руку мне на плечо.
Вот оно опять… Очередной союзник и друг, весь опаленный огнем и изрешеченный пулями, лежит в луже крови, а я стою над ним — целый и невредимый — и пытаюсь понять, как так получилось?
Гама, и о чем ты думала? Прожить такую долгую жизнь и только для того, чтобы погибнуть так нелепо?.. Да еще и в теле этого мудака? Неужели ты была в таком отчаянии, что решила просто покончить с собой? Даже не верится, что именно так ушла Амальгама из рода Скалозубовых.
Смахнув одинокую слезинку, я схватил рыдающего Красавку и вместе с ним покинул кают-компанию.
Оплачу ее позже. Сейчас нужно найти сестру и отомстить.
* * *
Едва очнувшись, фрайгерр Цет принялся лечиться, и через пять минут стал почти целым. Зарычав, от поднялся на ноги и пошел вперед.
Ему показалось, или он слышал голос Богини, когда лежал в отключке? Нет, вряд ли… Просто послышалось после того, как его едва не убил тот монстр в шкуре инквизитора.
Падре оказался просто чудовищем и растерзал всех его людей как котят, но вот против Зи у него нет никаких шансов! Если она здесь, то они спасены.
Срастаясь на ходу, фрайгерр шагал по узким коридорам, и с каждым шагом чувствовал себя все лучше. Последний выстрел пронзил тишину коридоров технического блока, а потом замолкло все, кроме сердца Цета.
Несколько рваных ран в животе — крайне болезненное дело, но в свое время ему удалось пережить удар Тауруса на полном ходу. Мало того, Цет сталкивался с хвостом Мантикоры и его чуть не сломали щупальца Дива, так что это ерунда.
 
Не раз, и не два ему приходилось видеть свет в конце туннеля, а потом чудовищно холодную тьму, забравшую даже его душу! Он помнил бесконечно долгие минуты на том свете, и ничего. Там ничего не было, мать твою!
Ни валькирий, ни Одина, ни Хель, ни Асгарда, ни Вальгаллы… Ничего, кроме лица фрау Зи, которой вновь удалось запустить его сердце. С тех пор она его Богиня. Его отважная валькирия, а он ее верный раб, и им срочно нужно воссоединиться, пока не слишком поздно.
Она, конечно, страсть как не обрадуется, что в живых остался только Цет, но ее гнев можно пережить. Вернее, в гневе она становилась еще прекрасней!
Когда он вдоволь наслушается, какой Цет недоумок, они контратакуют и соединятся с Монмераем!
До Электростали лететь совсем немного. Нужно всего лишь запереться на капитанском мостике и дотянуть до места Прорыва! Десять лет подготовки не могли быть напрасными!
Подорвать к чертовой матери укрепления Электростали! Дать тварям из Московского Осколка прорвать периметр! Тогда дорога до Владимира будет открыта, и Нексус ломанется в сердце ублюдской ненавистной Империи.
Если все удастся… Нет, когда все удастся, армия фюрера ринется в бой через границу, и за какие-то несколько дней достигнет обескровленной столицы.
Сука, как долго они с Зи ждали этого дня, все не может так просто…
Вот и она!
— Зи!– воскликнул фрайгерр Цет, когда увидел ее обворожительно воинственный силуэт в темном коридоре. — Это я, Фридрих! Ты убила инквизитора⁈
Да, да и еще раз да! В тусклом свете мелькнула инквизиторская брошь, которую его Богиня сжимала в пальцах.
Цет упал на колени и принялся целовать Зи окровавленные пальцы, но она, не удостоив его даже взглядом, лишь брезгливо отдернула ладонь.
— Эти сволочи, походу, заходят нам с тыла! — заговорил Цет. — Нужно срочно бежать к Монме…
Она повернулась, и фрайгерр приготовился выдержать прямой удар в нос. Его командирша всегда била именно туда, когда ей что-то не нравилось.
Но тут Зи радушно улыбнулась.
— Бедняга… — сказала она и приобняла его за плечи. — Наверное, тяжело пришлось?
— Да, — закивал Цет. — Но мы еще сможем сломить их, если поторопимся!
— Какой шумный. А ведь молчание — лучшее оружие диверсанта.
И с этими словами из соседнего коридора вышла та самая девушка, которую Зи держала в заложниках — Саблина!
И отчего-то она совсем не выглядела как пленница. Более того, у нее в его руках был пистолет-пулемет.
— Како… Кто ты?
— Не волнуйся, милый, — улыбнулась Зи, и Цет просто охренел.
Она даже не дернулась в сторону явного врага, а лишь нежно провела рукой по заросшей щеке Цета.
— Все позади… — промурлыкала она и затем заключила подчиненного в материнские объятия. — Победила дружба… Ты же не любишь проигрывать, дорогой? Улыбнись же!
И она повернулась к Саблиной.
— А вы Анастасия Михайловна, прошу, разыщите брата. Но будьте осторожней. Не отступитесь. Тут скользко и трупы на каждом шагу.
И, кивнув, ее «подруга» прошла мимо них и скрылась за углом.
— Фрау! Что происхо…
Но Цет не договорил — его пронзила страшная боль. Фрайгерр закричал, и вырвался из «горячих» объятий начальства, но Зи проворно взмахнула штык-ножом.
Лезвие свистнуло и прочертило Цету «улыбку» — от уха до уха. Булькнув, он сложился пополам и рухнул на пол.
— За что… почему?.. — прохрипел он, пытаясь ладонями сдержать фонтан крови, хлещущий из горла.
— Потому что я больше не я, Цет.
Зи кинула на него презрительный взгляд и перешагнула. Фрайгерр попытался поймать ее, но изящная ножка выскользнула из его окровавленных пальцев.
Прежде чем навеки закрыть глаза, он попытался в деталях запечатлеть ее лицо в памяти — на случай, если «там» все-таки существует и небесный чертог, и вотчина асов, и у них с Зи есть шанс встретиться в Вальгалле.