Титан империи 4 (СИ)

Глаза его прекрасной Богини на миг вспыхнули изумрудным светом, а затем фрайгерр Цет погрузился в вечный сон.
* * *
Заслышав шаги со спины, я спрятался за углом, и в коридоре перед кают-компанией показался знакомый крючковатый нос, а за ним и весь майор Жук.
— А, Евгений, — ухмыльнулся он. — А я, гляжу, мы просто созданы друг для друга.
За ним бежала сестра с пистолетом-пулеметом в руках. Едва завидев меня, она с криком повисла на моей шее, а потом принялась целовать меня в щеки.
Жук только посмотрел на наше воссоединение краем глаза и широкими шагами направился к раскуроченной кают-компании.
— Настя, прекрати! — отодрал я сестру от себя. — Где, сука, Зи? Мне сказали, что она увела тебя в машинное отделение?
— Гама ее сделала!
— Что?.. — опешил я, скосив глаза на растерзанное тело Горна.
Настя наконец-то оторвалась от меня и подошла к трупу, а затем от души харкнула ему прямо в простреленную физиономию.
— Грязная сука… — прошипела она и, расплываясь в веселой улыбке, повернулась ко мне.
— Блин, вы хотя бы бар не трогать не могли⁈ — воскликнул Жук.
— Да как-то само собой получилось… — развел руками я, оглядывая разнесенную в хлам кают-компанию.
— Гама сейчас в машинном отделении, — наклонившись к моему уху прошептала Настя. — Охотится за остатками гвардии той барышни, тело которой она… позаимствовала.
Ага, вот оно как! Пульсирующая в груди дыра мгновенно исчезла, и я на радостях заключил Настю в крепкие объятья. Значит, в тело Горна она сунула ту командиршу. Туда ей и дорога!
— Ох, вот ты где, дружище, — майор посмотрел на Горна. — Ну что ж, достойная смерть для члена Тайной Канцелярии. Не все же вам кинжалами друг друга по углам тыкать.
— Его преосвященство умер как герой! — подошел к Жуку один из членов экипажа. — Я видел как он бросился грудью на автоматы. Если мы выживем, то на «Икаре» будет его мемориальная табличка.
Настя только прикрыла рот и тихонько хихикнула.
— Не сомневаюсь, — сплюнул майор Жук и, закинув автомат за спину. — Ладно, давайте заканчивать балаган. А то меня страшно задолбали эти долбанные диверсанты на этом долбанном дирижабле…
— Сука! Открывай, Герман!
Я резко обернулся. Оказывается группа освобожденных заложников ломились на капитанский мостик.
— Ты нас всех угробишь!
В ответ им несся отборный мат, а затем грянула песня, восславляющая фюрера.
— Бесполезно… — обернулся к нам один из штурмующих. — Чертов предатель! Дверь слишком толстая, не пробить.
— Лучше поторопиться, а то Герман еще решит убить пилотов и сломает оборудование, — покачал головой другой член экипажа. — И тогда нам всем крышка…
— Убить пилотов? — скрипнул зубами Жук. — Нет, это не дело.
И со всей силы заехал ногой в толстую дверь.
— Эй, Герман, или как там тебя! У тебя два варианта, либо ты сдаешься добровольно, либо мы тебя будем выковыривать как черепаху из панциря. Что выбираешь?
— Да пошел ты в жопу, кто бы ты ни был! Попробуйте только сунуться, и от пилотов останутся только лужи на полу!
— Мудила… — сплюнул Жук, отошел от двери и отложил автомат в сторону. — Эй, Роза! Роза, ты меня слышишь?
— Леша⁈ Леша это ты? Спаси меня, мать твою!
— А ты дашь мне развод?
— Лешка, б***ть! Ты охренел⁈ В такой момент!
— Заткнись, шмара, — рявкнул Герман, и женщина закричала.
Пока они препирались, я отошел в сторону и нашел за одной из вентиляционных решеток Красавку. Тот довольно лыбился и ждал моей команды.
— Видел мудака на мостике?
— Да. Мудак держит рыжую тетку на мушке.
— Плохо. Но ты все равно беги туда и не свои с него глаз. Если он отойдет, то выпрыгивай и вали мудака.
— Есть!
— Сколько осталось до Электростали?
— Нисколько, — ответил один из членов команды. — Пока то, что наворотил товарищ майор в машинном отделении не починят, мы будем вилять в воздухе как маркитанская лодка. А так бы мы уже пересекли пределы Московской области и приближались к Коломне…
Коломна? Кажется, там и располагается ГАРМ — наша с сестрой и майором Жуком остановка!
 
— Там дел на пять минут, — обернулся Жук. — Когда мы закончим с этой мразью, просто вытащите гаечный ключ из сектора «Ц».
— Я могу попробовать снова зайти с тыла, — улыбнулась Ди, появившись за спинами штурмующих с окровавленными веерами в руках.
На нее оглянулись все как один.
— Придется рискнуть, — кивнул я. — Если сможешь ворваться на мостик и отвлечь этого сраного Германа, то мой питомец имеет шанс вцепиться ему в глотку. Мы с Жуком, тем временем, вынесем дверь.
— Сделаю, — кивнул она и обернулась тучей каркающих птиц. Вся орава ринулась к дверям кают-компании, где неистово завывал ветрище.
Все тут же посмотрели на меня. Я же пожал плечами.
— Ну что, Лешка, — хохотал Герман за дверью. — Давай поиграем в игру, пока мы не добрались до места назначения. Дирижабль вам уже не остановить, но у вас есть бесценная возможность свалить отсюда подальше. Парашютов на борту завались, почему бы вам не воспользоваться ими? А до тех пор я буду загибать этой красотульке пальцы. Раз!
Раздался женский крик.
— Ой, какой милый, тонкий пальчик! Сломался как спичка. Так, а теперь два…
— Все назад! — зарычал Жук и скинул себя китель. Женщина снова завизжала.
Парней не надо было просить дважды — они тут же ринулись подальше от товарища майора.
Через мгновение его майка затлела, а сам майор хрустнул шеей и начал покрываться дымящейся коркой. Остатки майки превратились в угольки, корка треснула, а под ней засверкало пламя.
— Скалозубов! — поглядел на меня Жук двумя пылающими углями на месте глаз. — Вот и экзамен! Спасем мою жену, тогда я замолвлю за тебя словечко на приемной комиссии!
И он ухмыльнулся, а затем пошел к двери и вспыхнул как огненный шар.
По ушам дало взрывной волной, а дверь вырвало от одного удара плечом. Жук ввалился на капитанский мостик, а мгновением позже туда же влетели птицы.
Я бросился следом, прикрывая глаза от жара, а еще от ненулевой опасности нарваться на когти и клювы союзников.
Капитанский мостик оказался довольно вместительным помещением с кучей кресел и пультов. Все переднее стекло вынесло напрочь, а под потолком носилась стая ворон, но их попытки прорваться к предателю были тщетными. Вокруг него сверкал защитный купол, а сам Герман прикрывался рыжеволосой женщиной в форме. Перед ним застыл Жук, с рук которого капал жидкий огонь.
— Еще шаг! — закричал предатель, отступая все дальше к разбитому иллюминатору. — И я прострелю этой шмаре башку!
— Лучше отпусти ее, а сам сигай вниз, — хмыкнул Жук. — Успеешь до того, как я сожгу тебя живьем.
Он сделал шаг.
Предатель перехватил женщину за волосы.
— Ты думаешь, я боюсь смерти⁈ — воскликнул он, подходя к окну, за которым завывал ветер. — Нет! Один с эйнхериями ждет меня в Вальгалле!
Щелкнул взведенный курок, и Жук распалил руку.
— Леша!!! — завизжала рыжая. — Не смей! Иначе дети останутся с мамой!
— Сучка… — прошипел Жук, и тут на поясе Германа заговорила рация.
— Эгегей… Герман… — раздался томный женский голос. — Ты меня слышишь?..
— Да, фрау… — сглотнул предатель.
Я внимательно следил за разворачивающейся драмой и тут заметил движение и вздрогнул. В разбитый иллюминатор вцепились две руки. А потом и еще, и еще.
Сука! Будто мало нам было проблем — снаружи к нам лезти мертвяки.
— Хватит играться, отпусти рыжую… мы проиграли… — проговорили по рации.
— Нет… — затряс головой Герман. — Не говорите так! Фюрер…
— Герман… Команда: Cellar door.
— Что⁈ — пискнул Герман, и тут его щит на мгновение померк.
Раньше чем мы с Жуком успели среагировать, под потолком раздался треск и на предателя рухнул рычащий Красавка.
— Какого хера?
Коротышка отшатнулся и пальнул в моего питомца. В этот момент я швырнул меч.