Целитель 7 (СИ)

— Тебя послушать, и правда случайность, — хмыкнул Дуб. — Но что-то много этих случайностей. Впрочем, неважно. Я же сказал, политик я совсем чуть-чуть, даже на полшишки не хватит. Поэтому интересуют меня сугубо утилитарные вопросы. Скажи, Васильев, а в чем секрет-то? Как ты нам помочь можешь? Дюже ловко у тебя уродов косить получается. Я оценил, как ты их щиты проламывал. Даже я так не могу. А кто может — так их по пальцам пересчитать можно. Будь ты сорокалетним аристократом, из древнего рода — ни капли бы не удивился. Но черт возьми! Ты же сопляк сопляком!
Дуб замолчал, а я призадумался. Отличный вариант для вербовки и продвижения своих идей. Но я не настолько наивен, чтобы верить: вот расскажу — и как попрёт! Не попрёт ведь. И на то есть свои причины.
— Сложный вопрос, Евлантий Сергеевич, — ответил я, подбирая слова. — Даже если представить, что мы с вами говорим неофициально, что этого разговора как бы и нет, и что я могу вам свободно доверить, то… Помочь, с одной стороны, могу многим. С другой — ничем.
— Мысль пояснишь?
— Да. Но придётся зайти издалека. У вас есть листок бумаги и ручка?
— Найдётся.
Стародубов залез в ящик стола и достал необходимое.
— Я буду говорить, но, если в чем-то заблуждаюсь, вы меня поправьте, Евлантий Сергеевич.
— Хорошо, — подался он вперёд, чтобы видеть, что я там на листе черкать буду.
— Во-первых, какой-то волшебной таблетки у меня нет. По крайней мере, мне не известен способ, как раз — и сделать вашу армию непобедимой, чтобы она всех монстров налево и направо крошила.
И это действительно так, кстати. Мой мир шёл совсем по другому пути развития, но всё равно проиграл в войне.
— Во-вторых, начнём с основ. Что такое Вдох? Это когда человек втягивает в себя энергию.
Я нарисовал кружочек и множество линий вокруг него. Получился детский рисунок солнца.
— Кружок — это человек. Линии — это различные виды энергии. В этой части я не силен, но понимаю её так. Есть разные планы бытия. Есть разные виды энергии. Энергия смерти — одна из них. — Одну из линий я сделал толще. — Ещё всякие стихийные энергии и прочее. Когда начинающий адепт делает Вдох, то втягивает что придётся. — Я изобразил вокруг кружка облако, которое захватывало части линий. — Зависит это от места, где он находится. От его навыков и психологически-эмоционального состояния. Ну и от предрасположенностей всяких. Думаю, мне не надо вам объяснять, что у начинающих адептов этот процесс максимально хаотичен, они постоянно тянут разные виды энергии, поэтому с контролем у них беда. Это как… Ну, не знаю, — покрутил я ручкой, — как если бы ты стрельнул из ружья, приготовился повторить, но вместо ружья в руках оказался лук. Вроде то и то стреляет, но есть нюансы, как говорится. Отсюда медленный прогресс у начинающих адептов. Понятно объясняю?
— Более чем, — с серьёзным видом кивнул Дуб. — Странное дело. Я вроде это всё знаю, но ты так ловко объясняешь, что совсем иначе воспринимается. Продолжай.
— Собственно, первая проблема сформирована. Поправьте меня, но решается она так. Адепт постепенно набивает руку, развивает какую-то склонность, учится призывать конкретный вид энергии. Так?
— Так, — кивнул Дуб.
— Отлично. Наглядное проявление этого пути — аристократы. Результат селекции и того, что несколько поколений адаптируются к одному виду энергии. Но перейдём к следующему пункту. В-третьих, энергии между собой отличаются. Это понятно. Но важно то, что энергии, скажем так, подходят людям в разной степени. К примеру вот это, — я создал небольшой кубик из Крови и положил его рядом с листом, — идеальный материал. К нему не нужно адаптироваться. Если же взять антагониста этой силы, энергию смерти, то наоборот. Она максимально не подходит людям.
— Как же они ею пользуются? — спросил Дуб.
— Думаю, ответ вы и сами знаете. Люди ею не пользуются. Им приходится умереть, перейти в другое состояние, чтобы начать её использовать.
— Хм… — прогудел мужчина. — То есть ты в курсе этой тайны?
— Что мы вчера не с людьми сражались? Конечно. Мне, как целителю и адепту вот этой силы антагониста, — кивнул я на кубик, — более чем очевидно, что против людей я вчера не сражался.
 
— Очень интересно. Ты продолжай, продолжай. Я прямо в нетерпении, что дальше скажешь, — поёрзал на стуле Дуб.
Вроде взрослый мужик, но любопытством так и плещет.
— Это вторая и третья проблемы. Насколько сила подходит человеку и какие силы как сочетаются между собой. Остался последний пункт, чтобы собрать общую картину. В-четвертых, одно из важных качеств адептов — это чистота силы и её концентрация. Условно говоря, — на одной из линии, в её основании, я поставил жирную точку, — здесь низкая концентрация. Начинающие адепты хватают всё подряд, поэтому у них получается и чистота низкая, и концентрация. Отсюда крайне низкая эффективность. Теперь вспомним наших незваных гостей. По моей скромной оценке, чистота и концентрация у висмархов где-то в районе восьмидесяти-девяноста. Ну, это про тех, с кем я лично столкнулся. У их главарей качество силы уходило где-то за сто тридцать. У целителей есть свои методы определения чистоты, как вы наверняка знаете. Насчёт военных не знаю. Не слышал про такое. Можете сами попробовать прикинуть, какая у вас чистота с концентрацией в той или иной стихии. Ну а дальше начинается весёлая математика. Сравниваем качество силы. Добавляем коэффициент влияния сил друг на друга, плюс всякие особенности. Но это уже сложное уравнение получится. Если же по-простому, то, допустим, ваша концентрация — семьдесят единиц. А у того здоровяка — сто тридцать. Вы используете что-нибудь, хорошо подходящее для физического урона. А он антагонист самой жизни, то есть идеальное оружие против вас, человека. Вот и получается, что при прочих равных вам, чтобы пробить его щит, нужно будет затратить в два-три раза больше сил, чем ему для пробития уже вашего щита. Логика понятна, Евлантий Сергеевич?
— От же сука, — выругался он. — Это я не тебе, — поправился Стародуб. — Я половину жизни голову ломал, почему эти сволочи такие крепкие. А тут… — махнул он рукой, — но погоди. Откуда ты всё это знаешь?
— Так это же очевидно.
— А мне вот не очевидно!
— Это очевидно любому целителю с хорошо развитой чувствительностью.
— Да так уж любому.
— Ну хорошо. Любому целителю, который задался целью изучить вопрос и который не заработал себе рак головного мозга, отучившись в европейской гильдии целителей. Чей глава в нашем филиале, между прочим, тоже был мертвецом. Я ему экзамен на ученика сдавал, — пояснил я, — так, в процессе, и узнал.
— Почему никому не рассказал? Или рассказал? — нахмурился Дуб.
— Шутите? Сирота рассказывает, что уважаемый человек — монстр. Да и, если уж на то пошло, что бы это изменило?
Евлантий Сергеевич посмурнел, тему развивать не стал. Видимо, и сам понимал, что ничего бы это не изменило.
— Какое же у тебя качество силы, если ты вчера так ловко бился? — спросил он.
— Где-то сто семьдесят. Но это большой секрет.
— Сто семьдесят… — эхом отозвался он. — Теперь я понимаю. Получается, ты идеальный убийца этих тварей?
— В некотором роде. Потому это и секрет. Мне бы не хотелось, чтобы они обо мне узнали и открыли охоту.
— Для желающего оставаться в тени ты вчера слишком засветился.
— А разве я мог иначе? — пожал я плечами.
— А что, не мог?
— Это нас уже подводит к решению озвученных проблем. Ведь весь секрет сводится к тому, чтобы, во-первых, перейти на идеально подходящую людям силу. Во-вторых, максимально повысить её качество и чистоту.
— Разве это не только целителям доступно?
— Нет. Но есть нюансы. И я не настолько наивен, чтобы поверить, будто все люди поголовно будут готовы последовать этому пути.
— Так в чем секрет-то? — нетерпеливо спросил мужчина.
— Думаю, вы знаете, чем славится мой наставник. Тем, что он идейный человек. Недавно, во время эпидемии и после, мы провели исследование. Замеряли результаты целителей и сопоставили их после с тем, как они себя вели. Обнаружили любопытную закономерность. Те целители, которые работали с полной самоотдачей, ради людей, а не денег, сделали прирост в качестве силы в районе десяти-двадцати процентов. Это при том, что сама эпидемия длилась не так уж долго. Так что весь секрет, Евлантий Сергеевич, в Служении.