Целитель 7 (СИ)

— Понятно, что ни черта не понятно. Я человек простой, всю жизнь по полям и оврагам бегал. Что за служение-то? Что конкретно-то делать?
Лукавит он, конечно. Не такой уж Дуб и простой. Да и меня ловко на секреты «разводит». Вон как внимательно слушает, игнорирует мой возраст.
— Так просто на ваш вопрос не ответишь. В этом-то и проблема. Простого решения, которое всем подойдёт, не существует. Это и цели человека, к чему он стремится, к разрушению и смерти или к жизни и созиданию. Это и его отношение. Из-за денег он, или потому что людям служить хочет. Это и внутреннее состояние. Обрёл человек гармонию или постоянно не в ладах с собой. Это и отказ от всего лишнего. Готовность посвятить себя каким-то идеалам. Думаете, у меня просто так сила настолько выросла? Нет. Я всего себя Служению отдал. Без каких-либо полумер. И решение моё крепко, ничем его не сломаешь. Вот и думайте, Евлантий Сергеевич. А как это применить в случае военных? Убиваете других людей? Ну что ж. Я это понимаю. Есть у вас такие задачи. Но тогда это шаг в сторону смерти, уход от жизни. Да и отпечаток внутри это оставляет. Внутренний раздрай порождает. Ладно, если родину свою защищаете. А если ради денег кого невинного убиваете? Что, не бывает такого? Что-то мне подсказывает, что ещё как бывает.
— Я понял, почему ты сказал, что помочь можешь, но на практике ничего не получится, — медленно кивнул Дуб. — Да, загрузил ты меня, Олег. Есть над чем подумать.
Я лишь плечами пожал. Не первый человек на моем пути, который после разговора со мной говорит, что надо подумать.
— И всё же, всё же. Есть у тебя идеи, что делать-то?
— Если против людей сражаться будете — то нет, нет идей. Если против тварей — так всё просто. Сдаётся мне, что путь Служения для солдата — это защитник. Не убийца, а именно защитник. Который свой дом защищает. Родину, людей. Мир в конце концов. Кто захочет себя этому пути посвятить, у того да, есть шансы перестроиться. Но тут вы лучше меня скажете, что с шансами. В конце концов, в армии я всего ничего и видел откровенно мало.
На том разговор и закончили.
Как и сказал вначале, предложить я мог многое, но как это внедрять — отдельный, большой, не факт, что решаемый, вопрос.
Что удручало.
В теории, сейчас сложилась уникальная ситуация, когда отдельное княжество вступило в войну против мёртвых. Изначально я был уверен, что в этом случае людей снесут и не заметят, но, изучив архивы главы клана, понял, что да, снести могут, но не всё так однозначно, потому что мёртвые в мире находятся в режиме экономии. Казалось бы. Есть проблема, а у меня есть решения. Пожалуйста, внедряйте. Собственно, что-то подобное я и планировал изначально провернуть. Подготовить людей, чтобы дали отпор.
Но вот я пожил здесь, с людьми пообщался. Глянул изнутри, как армия устроена. К чему солдаты стремятся, как их учат. И как-то ясно стало, что планы мои были крайне наивны.
Чтобы изменить целое общество, потребуется куда больше усилий, чем я могу представить. Если уж на то пошло, единственный реалистичный вариант — сосредоточиться на сборе отдельной команды. С чем тоже проблемы имеются. Потому что я Аристарху Павловичу про клятвы рассказал, он их принёс и стал сильнее. А потом он рассказал про них Степан Денисовичу и… Тот клятвы приносить не стал. Не захотел отдать себя полностью Служению. Это при том, что мужик он нормальный, целитель отличный и людям помогает не за деньги, а вполне себе искренне. Казалось бы, он подходящий кандидат, чтобы принять знание, но нет. Не захотел свою жизнь в жёсткие рамки загонять.
Я могу его понять. Если ты уже состоявшийся специалист, то зачем лишние обязанности, когда и так всё хорошо?
Второй пример — Пётр. Он своими глазами всякое разное видел. Но нет. Так и не принял всю ситуацию. Пошёл по накатанной колее. В армию вот отправился вслед за Игорьком. Как и планировал, просто на год раньше.
Кузнецов тоже был посвящён в мои тайны, но полностью на мою сторону не перешёл. Лишь частично.
Четвёртый пример — гвардия Чернышевых. Почему-то они все разом Кровь использовать не стали. Хотя Эмма их могла десять раз обучить. Может, и обучала. Просто этот вопрос небыстрый.
 
Когда по лестнице спускался, не удержался, нервно хохотнул. Я изначально знал, что задача у меня титаническая, необъятная. Но это было абстрактное понимание. Сейчас же, погрузившись в её решение и оценив реальные объёмы предстоящей работы, я куда лучше стал понимать эти циклопические объёмы.
Да уж, да уж. Но ничего. Расслабляться не собираюсь. Вода камень точит, как говорится.
  
Глава 14
 
С увозом княжича я оказался предоставлен сам себе. Прямого-то начальника у меня не было. Княжич сам мне задачи ставил.
Недолго думая, на следующий день я к Стародубову пошёл, спросил насчёт увольнительной. С чем у него заминка возникла. Меня вроде и призвали, но в каком виде — никто не знал. В том числе и я сам не знал. Понятно, что целителя, но… В общем, образовалась бюрократическая путаница. Поэтому я понятия не имел, отпустят меня в город или нет. Тут ведь и другие мотивы не пускать есть. Если я мёртвых чувствую, то в конфликте против них моя ценность резко повышается. Беречь надо.
Но неожиданно в тот же день вопрос решился. Мне дали увольнительную на три дня. Затягивать с этим не стали, и в тот же день меня отпустили. Не в голое поле, конечно, а отправили вместе с то ли обозом, то ли конвоем. В общем, на грузовике подбросили до города, а там высадили у метро. Из вещей я с собой только меч в чехле прихватил да наличные деньги, которые имелись. С оружием в метро не пошёл, прогулялся, поймал такси да до дома доехал.
Пока добирался, успел о всяком разном подумать. Ведь, по уму, выходит, что отпускать меня так легко — странно и подозрительно. Стал бы я сам отпускать парня, который может массово открывать Источники и магическое зрение? Ещё и нежить чувствует на расстоянии. Нет, это просто нелогично. Напрашиваются три варианта, почему всё же отпустили.
Первый — я переоцениваю свою ценность. Почему бы и нет, собственно? Вдруг князь не хочет вести тотальную войну, а действует в рамках каких-то негласных соглашений. То есть я сейчас исхожу из мысли, что он будет отбиваться всеми силами, и тогда логичнее столь ценный ресурс, как талантливый целитель, всячески оберегать, а не давать свободно гулять по городу. Но ведь может быть так, что слишком эффективно сражаться не надо. Почему? Мёртвым ведь нужны смерти. Отдать им виру в виде жизни тысяч солдат и гражданских — а почему бы и нет? Сдать меня напрямую, как главного виновника произошедшего, тоже вполне себе реалистичный вариант.
Второй и третий вариант — посмотреть, к кому я пойду и кто ко мне придёт. Я ведь точно не знаю, что известно князю. Известно многое — это факт. Но какие-то детали могут ускользать. С кем я в союзе состою, что это за союз и насколько активное участие принимал в последних событиях.
Если так, то за мной следят. Если следят, то свободно перемещаться я не могу. А о увольнительной я просил, в первую очередь чтобы с Эммой встретиться. Новостями обменяться, да чтобы Источник посмотрела. Ну и соскучился, куда же без этого.
Если сбрасывать хвост, то тоже так себе. Не факт, что получится, а выглядеть будет подозрительно.
Подумав, решил не усложнять. В слежке за людьми я разбирался слабо, какими возможностями тайная служба обладает, не знал. Поэтому зашёл домой, а дальше отправился гулять. Заглянул в ресторан к Борису Дмитриевичу. Он, как узнал о моем приходе, обрадовался, к себе пригласил. Расспросил обо всём, как в армии дела, как там Пётр. Я рассказал без особых подробностей, нагнетать не стал. Перед уходом попросил телефоном воспользоваться и набрал Ярослава Дмитриевича. Тот ответил, и я сообщил, что прибыл в город на три дня. На этом разговор закончился.
* * *
Евлантий Сергеевич точно не знал, когда сможет прибыть воевода. Да и сможет ли в принципе. Поэтому то, что Славский решил заявиться так рано, стало неожиданностью.