Мир Сценариста. Трилогия (СИ)

И тут Света упала на колени. Руки ее задрожали. Корни, пущенные заклинательницей, стали зеленеть. Ну да, воевать с зараженными растениями — травой, идея довольно спорная.
Я уже был возле Олега, ткнул его в плечо:
— Назад. Света под атакой!
— Блядь! — рыкнул танк.
Он уклонился от хлестанувшей ветви, и подбежал к возлюбленной. Мгновенно оценил обстановку и ловко срубил корни, идущие из одной руки. Я ловко смахнул оставшиеся серпом. Света всхлипнула, силы ее покинули, но мы с танком подхватили падающую заклинательницу подмышки и совсем без романтичных жестов поволокли по тропе в сторону поляны. Сработали красиво, без слов поняв друг друга.
До берез оставалось немного. Совсем чуть-чуть. Игнат сделал шаг в сторону, пропуская нас, вновь пустил стрелу. До жрецов оставалось шагов двадцать.
— Тащи ее к нашим! — гаркнул я Олегу, развернулся встречать бегущих. — Назад Игнат.
Охотник без слов попятился.
Так, что у нас имеется. Я пригнулся, отведя серп чуть в сторону.
За моей спиной что-то прошипел Игнат. Стрела, сорвавшаяся с тетивы, вошла левому жрецу в лоб и вспыхнула. Дротт рухнул на тропу без звука. Отлично.
— Давай сюда, зеленая дрянь! — гаркнул я второму.
«Унижение активированно».
Жрец гаркнул что-то гортанно, поднял руки, скрючив пальцы. И изумленно уставился на них. Даже запнулся на бегу, будто забыл куда вообще спешил. Удивленная программа подняла на меня взгляд, в котором даже страх проступил. Серп обрушился на выставленную вперед правую руку.
Порабощенный дротт получает урон 95 единицы.
Отсеченная конечность упала на землю. Жрец взвизгнул, его глаза распахнулись и выпучились. Задрав культю, из которой лила зеленая кровь, дротт смотрел на обрубок с детской обидой.
Порабощенный дротт получает урон 105 единицы.
Сталь увязла в боку удивленного жреца. Я выдернул серп обратно, приготовился к замаху. Цифры хорошие, но вдруг у него этого здоровья пара миллионов? Серпом бить было все-таки немножко неудобно. Шашки не просто так делали изогнутыми в другую сторону. Чтобы можно было сечь и сечь, а не лесорубом после каждого удара клинок высвобождать.
Дротт зарычал, вновь гаркнул, и плоть на кистях забурлила, меняясь. Из-под кожи брызнула зелень, застывая на воздухе монтажной пеной. Из обрубка повалила бугристая масса. С чавканьем в ней зародились острые шипы. На лице священника появилась радостная улыбка. Я скользнул в сторону и со всего маха подрубил противнику ногу под коленом.
Сталь с глухим стуком врезалась в дерево и засела в жреце, как топор в сыром полене. Каким-то шестым чувством я качнулся в сторону, прижимаясь. Над головой прогудела шипастая лапа. Навалившись всем весом на рукоять серпа, я перекатился в сторону, выдрав оружие из ноги противника. Жрец кинулся за мною. За его спиной из пустоты нарисовался Юра, клинок прошел сквозь шею дротта и вышел на месте кадыка. Брызнула зеленая кровь.
Мутант захрипел, развернулся и шипованной рукой одним ударом проломил голову воришке. Труп грохнулся на мох, и тот пополз по телу парня, погребая его. От сырости воздуха запершило в горле.
В лоб жрецу вошла стрела Игната. Дротт воткнул взгляд в охотника, забыв про меня. Да ладно, я столько урона влил, почему они переключаются на дд? В играх за такое танков выкидывали из групп.
— Стоять, криволапый! — выкрикнул я.
«Злой язык активирован»
Дротт обернулся, замахнулся рукой-дубиной, а я, как мастер ножевого боя, полоснул по нему серпом. Ругнулся, почувствовав отдачу клинка, высвободил изогнутое лезвие.
Порабощенный дротт получает урон 35 единицы (вскользь)
От удара я увернулся. Полоснул еще раз. Уклонился от второго. Черт, тело будто само понимало, куда ему прилетит и действовало на автомате. Я просто гребанный Нео из Матрицы! Уворот. Удар.
Вы убили Порабощенный дротт.
Вы получаете опыт за убийство.
Прогресс текущего уровня — 98 % (бонус за состав группы)
Прогресс текущего уровня репутации с кланом Бергхейм — 85,5%
Вы получаете 2 золотые монеты
Жрец сухим бревном рухнул в сторону от дороги. Мох забурлил жадно, пожирая плоть. С рыком мимо пробежал Олег. Я обернулся — второй дротт, которого вроде как прикончил Игнат, поднимался на ноги, но после удара танка вновь грохнулся на землю. Воин прижал его к земле и колотил мечом по лысой голове, разбрызгивая по сторонам зеленую кровь-смолу.
 
Всхлипнул Игнат. Ветви дотянулись до охотника и опутали его зелеными щупальцами, поднимая над тропой. Стрелок рванулся, но деревья разорвали его на части.
Мимо пролетела ветка, едва не попав мне в голову. Лес подступил совсем близко к тропе. Он бесновался, будто оказался во власти урагана. Клочья мха падали сверху и обжигали кожу. Вокруг трещало, шипело, чавкало. От шума листвы болели уши.
Каждое касание мха отнимало мое здоровье. По чуть-чуть, но от шестиста очков уже исчезла сотня.
— Время воровское, время городское, — завыл откуда-то Стас. Песнь заживления поползла в системный чат, сообщая о восстановлении.
Я бросился к тому чудодею, который сводил с ума замшелый лес. Так, какой у нас расклад? Свету выбили из боя. Игнат и Юра убиты. Стас поет — лучше бы погиб. Где Миша? Нас осталось трое против двоих жрецов? Нехороший размен.
Вы убили Порабощенный дротт.
Вы получаете опыт за убийство.
Вы получаете седьмой уровень
Прогресс текущего уровня — 18 % (бонус за состав группы)
Прогресс текущего уровня репутации с кланом Бергхейм — 90,5%
Вы получаете 5 золотые монеты
Олег допилил второго жреца. Красавец. Позади с грохотом ветви ударили по щиту танка. Воин сдавленно что-то крикнул. Я обернулся. Лежа на спине Олег заслонился от нависающих над ним деревьев. Ветки хлестали защитный барьер, и с каждым ударом щит поднимался все медленнее.
Стас бросился на помощь упавшему, но поросшая мхом ель изогнулась, будто червяк на углях, и одним шлепком размазала барда по тропе.
— Ой-ой, — сказал я и ускорился. Магов всегда выпиливают первыми. Ну, если только поблизости нет хилов. Поэтому бородатого «шамана» надо валить как можно быстрее. Над головой трещали ветви. С грохотом бахнула по земле вершина опутанной мхом сосны. Я уворачивался, уклонялся, перепрыгивал препятствия бешенным зайцем, пока не оказался рядом с заклинателем.
Лысый бородач выдернул посох из земли, встречая меня, и гул леса утих.
— Это наш мир, а не игра, — сказал он.
Нужно было пошутить. Сказать ему, что он гадкий старикашка. Что зеленый цвет его полнит. Вместо этого я пошел в атаку, окрыленный двумя победами. Мощный удар посоха вернул меня на землю с потерей почти сотни очков здоровья.
— Это было больно, — заметил я, отскочив. Жрец стоял на месте, поигрывая обросшим мхом посохом. Рядом встал Олег.
— Мха не касайся! — сказал ему я. Танк демонстративно встал сапогом в шевелящееся месиво. То облепило прочную кожу, но тут же потеряло к нему интерес.
— Че стоим? — поинтересовался Олег.
— Мы не должны подчиняться ему. Мы есть мы. Мы есть мир. — сказал жрец.
— Оратор, ты скажем, так себе.
«Унижение активировано»
— Слышь! — сказал Олег, и бросился к дротту, выставив перед собой щит. Дерево грохнуло о дерево. Танк оттолкнул бородатого, заблокировав удар посоха, и лихо тюкнул жреца мечом в висок. Брызнула зелень. Пахнуло гнилым лесом. Дротт перехватил посох, попытавшись взять Олега в захват, но тот деловито приподнял щит, парируя, снова размахнулся и рубанул по ногам.
Жрец с проклятьем пнул Олега в открывшийся пах.
— Сука, — согнулся воин. Мох вновь вцепился в сапоги танка, дополз до штанин и опал.
 
— Хорошая дворовая школа. Где драться учили, на Ржевке или в Купчино?
«Злой язык активирован»
Жрец пошел на меня. Олег с трудом выпрямился.
— Как, блядь?
— Каком кверху, йопт! — ответил ему я, уворачиваясь от ударов.
— Танк, блядь?
— Ну да, йопт!
Удар посоха сначала прошелся по касательной, я слил его корпусом, вновь едва не потерял серп (ну как же неудобно им биться с деревянными людьми).