Мои неотразимые гадюки. Книга 1 (СИ)

Что же до их набегов на соседние восточные королевства-цээраты, так дело не в стяжательстве. И не в желании расширить пределы Империи – у той земли в тысячу раз больше, чем землевладельцев. Тут иное: ещё одно паршивое наследие химико-биологических баталий. Современные люди испытывают трудности с деторождением. Потому-то семьи, как у Татоны, где выживает пара ребятишек, слывут благополучными. В семье так называемого отца Лэйры родилось и, главное, выжило четверо детей – целое событие! Правда, он дважды женился, но это неважно: его кровь считается счастливой.
Вот на девушек подобной крови и охотятся армы в соседних цээратах. Мужикам просто хочется иметь своих детишек – желательно, побольше. Жестокий подход, но цель вполне можно понять. Чисто по человечески. Старшая сестра Лэйры – которую они не застали – увезена в Империю не бесправной истязаемой рабыней. Рабство в этом мире существует лишь у немытых степняков. Девчонка стала женой арма, что не поленился сходить за ней в такую даль. Кстати, свои пресловутые набеги мутанты стараются проворачивать как можно меньшей кровью – это они умеют. Нет тут никакой повальной резни – и без неё демографическая задница.
Помимо армов в когорту «правильных порченных» входили великие лекари с мозгами, заточенными под клятву Гиппократа. В их случае магия выражалась в рентгеновском зрении и ещё кое-каких подходящих навыках. Они тоже получали всю эту бодягу по наследству и ценились на вес золота. Как и ветеринары, которых вообще осталось с гулькин нос. Зачем свихнувшимся на плодах цивилизованности предкам такие спецы в армии? Да затем, что северные соседи налегали на переделку животных, а не людей – чем страшно гордились, выдавая себя за гуманистов. По сохранившимся легендам таких монстров лепили, что просто сволочи. Вероятно, мутанты-ветеринары должны были как-то портить мутантов-зверей – пытался выдвинуть гипотезу Дон. Но та выглядела как-то нелепо. Впрочем, он в неё не углублялся.
В четвёртую группу входили мутанты-атмосферники с мутантами-сейсмологами. Погодники на нынешний лад – тоже весьма полезные в хозяйстве товарищи. Их после катастрофы остались сущие единицы – ценились на вес бриллиантов. Да и то лишь благодаря армам – остальной выживший народ просто не знал им цену. Погодников и сейчас немного. Отсюда особое отношение и безмерное почитание узких специалистов, ибо цивилизация сдохла, а ураганы с землетрясениями остались.
Наконец, последний вид «правильных порченных» представляли собой подводники. Этих двоякодышащих мутантов выводили для уничтожения подводных военных баз. Благодаря им они и выжили, брошенные на произвол судьбы командованием, когда всё полетело в тартарары. Пересидели в парочке опустевших баз. Затем, конечно, вылезли наружу, но в новое общество так и не влились. Армы выделили им почти всю узкую полоску западного побережья Империи – ныне самый необжитой уголок, скрытый за горами. Так решили сами амфибии. Они чуток расплодились и организовались в несколько маленьких племён добытчиков жемчуга. Это обеспечивает подводникам максимальный комфорт в их строгом уединении. Но дальше торговых отношений они так и не ушли – слишком специфические у них условия существования.
Есть у них и геморрой: кочевые племена северных степей южного материка. Эти пустоши занимают треть континента, растянувшись с востока на запад. Как в постапокалиптическом мире сложилась такая человеческая формация, не знает никто. Но, она завелась, и вовсю заявляет о себе периодическими набегами на развитые южные государства. Да вообще бы заполонила материк, кабы не громадный горный массив, отделяющий степи от влажных, тропических, богатых на живность лесов. На востоке и по центру материка горы настолько непроходимы, что жители пограничных округов горя не знают. Если степняки и умудряются продраться к ним на своих лошадках, то весь их воинский пыл растрачивается на борьбу за выживание в горах.
А вот пара западных округов Империи защищены вшивенько – с их стороны горы пожиже. И местами проходимы, чем степняки и пользуются. Впрочем, пользуются без особой пользы, унося ноги с добычей лишь в одном случае из десяти. Армы по своей натуре равнодушны к накопительству. А вот к любой драке, что сподобится им подвернуться, относятся почти с благоговейной любовью. Не так уж часто им предоставляется случай размять кости, если не брать в расчёт их многочисленные спартакиады на мечах и врукопашную.
 
Подводники – хоть и состояли когда-то на службе – не столь воинственны. Но их жемчуга приводят налётчиков в алчный трепет, и они, в принципе, могут за себя постоять. Однако чаще просто оставляют свои посёлки и уходят на родную подводную базу, за которой ухаживают, как за любимым детищем. А после возвращаются обратно на материк. Восстанавливают дома – в досаде сожжённые пролетевшими с добычей налётчиками – и продолжают плевать на весь остальной мир.
С «правильными порченными» всё. Остаются неправильные, получившие в народе прозвища «гады». Мутанты-эмпаты, вроде Лэйры с Лэти. Этим фруктам приписывают мерзкую способность читать чужие мысли, хотя до этого генетики прошлого так и не доросли. А что может быть чудовищней, чем беспардонное вторжение в голову? Каких только гадостей не приписывается гадам до и после конца света. Ведь это именно они спровоцировали вселенскую гибель. Кто ещё мог толкнуть порядочных учёных с командирами на такое безобразие, как армагеддон? Конечно те, кто мог залезть им в голову и нашёптывать всякую гадость. И с мотивами всё понятно: гады хотели захватить весь мир. Обратить всех в своих рабов, а самим купаться в золоте. Представляя эту картину, Дон ёжился. Лично его как-то не тянуло купаться в холодных металлических штуках любой формы и величины.
Это именно они создали из несчастных голодающих людей каннибалов. Как им это удалось? Какая связь с их способностями? На эти вопросы не ответит ни один самый великий разумник. Гадов сделали козлами отпущения за все без разбора постапокалиптические гнусности. Бред! Но, людям он необходим почище сытой жизни. Проблемы у них с пищеварением, если в душе несварение от чувство вины за собственные гнусности. Лучше уж выбрать крайних и объявить на них охоту.
А ещё в процессе погружения в запасы накопителя Дон неожиданно наткнулся на кусочек истории жизни Пакса. Оказывается, они с истинной Паксаей сбивались с ног, оберегая подруг. Не допускали даже мизерных подозрений в их принадлежности к гадам. Настоящая Лэйра была невеликим мастером шифроваться: не так-то просто скрывать собственные чувства, когда становишься свидетелем чужих. Впрочем, сейчас трудно об этом судить: девчонка не успела себя выдрессировать. Зато придумала, как защитить крошку Лэти: состряпала и распустила слух, будто она «того», блаженная. А с дурочки какой спрос?
Инга, в отличие от своей предшественницы, успела себя выдрессировать на все сто. Матерущая дама. Одного замечания Катерины по поводу её неосторожного обращения с магией хватило, чтобы она завязала опубликовывать чужие эмоции. Дон физически ощущает «работу её мозга», а иначе никогда бы не догадался, когда и кого она «щупает». Ни черта на лице не прочесть – школа! Жаль, что стерва не натуральная – больше прикидывается. А то есть подозрение, что когда-нибудь какая-нибудь чужая боль её достанет. И если Инга сорвётся – да ещё принародно – туши свет. На них такую охоту начнут, что мало не покажется.
Причём, как он понял, мало им не покажется не только здесь на востоке, но и в Империи. Ибо армы весьма не жалуют коллег по генно-модифицированному цеху – есть у накопителя подборка и на эту тему. Первая охота на ведьм началась именно под их знаменем. Как мужик, Дон их, конечно, понимает: оно надо, чтобы у тебя в мозгах рылись бабы? Однако, одобрить избранные методы борьбы с щупами не мог. Не из-за подруг – тут другое. То другое, что он вынес в себе из более благополучного мира.
То, что внезапно вылезло на первый план и задало ему вполне резонный вопрос: ты хочешь жить в этом мире? Дон не хотел. А когда он чего-то не хотел, его голова резко активизировалась в поисках способа избежать нежелаемого. Не подвела она его и теперь, хотя была уже не совсем его головой. Нужно искать собственное место под солнцем – решили они на пару с манипулятором. Или со стабилизатором – хрен их там разберёшь. Главное, мужики дело говорят: нужно линять. Потому что у них теперь одна общая забота на троих: созданная ими система. И пусть в этой системе всего три объекта, количественный фактор не меняет сути дела – резюмировал стабилизатор.