Мои неотразимые гадюки. Книга 1 (СИ)
В их системе четыре объекта – устало возразил Дон, даже не мысля о Паксае, как о чём-то постороннем в «гадской» семейке. Первое настоящее знакомство с этим миром настолько вымотало его, что он даже не стал углубляться в изучение собственной породы. А может, и предчувствовал, что этот курс лекций затянется у него на годы. Так что, куда торопиться?
Глава 8
Кто ж станет зазря подставляться и подставлять своих?
Проснулся он мгновенно. Блок внутренней защиты манипулятора – Дон прозвал его «барбосом» - сработал по сигналу «ищейки». А тот доложил продравшему глаза человеку, что к персоне манипулятора приближаются четыре объекта. Девчонки вернулись – зевая, удивился Дон. Надо же, заснул сразу после лекции. Нет, бывало, что после какой-то лекции его отчаянно тянуло в сон. Но реализовался этот позыв впервые: раньше условия не позволяли. Вторгшиеся на очередную пару коллеги-студиозусы свои ржачем разбудили бы не только спящего предшественника, но и половину учебного корпуса. А тут все условия: травяной матрац под спиной, пригревающее солнышко. Да и встроенный в башку препод дисциплинированно заткнулся, едва студента сморило.
Четыре объекта – напомнила «ищейка». Кто такие? Объект Вепракс, объект… Дон не стал выслушивать нудное перечисление имён. Велел «ищейке» не гавкать и кинул запрос в «архив». Через минуту его рожу сводила кислая мина: какого хрена от него нужно этому уроду Вепраксу? Мнению Пакса он доверял: всё-таки свой был человек, стабилизатор, психика которого поневоле регулировалась компом. К тому же оголтело ненавидимый всеми гад. Восстанавливать против себя народ ему бы в голову не пришло: один выверт, и на костёр. Стало быть, ненависть к нему упомянутого Вепракса могла быть делом рук самого Вепракса. А ненависть по оценке блока идентификации нешуточная. Отныне быть тебе «эрудитом» - окрестил этот блок Дон, даже не думая отрывать задницу от нагретого местечка.
«Эрудит» - послушно продублировал свой новый позывной блок идентификации. А «барбос» невозмутимо осведомился, мол, будем мочить паскуду с его приспешниками, или как? Вепракс подкрадывался к давнему недругу не ради спортивного интереса. Явно хотел набить ему морду, предварительно наизгалявшись – при такой-то силовой поддержке грех не потешить свою поганую душеньку. Оно, вроде, Дону без интереса: скоро он покинет родные пенаты. Самым разумным было бы обратить экзекуторов в зомби и отправить восвояси. Пусть потом разбирают, чего ж они такого нанюхались, что целый кусок жизни выпал из памяти. Он бы так и поступил, если бы провокатор «барбос» в целях защиты вверенного ему манипулятора не подкинул ему ещё одну ценную заметку Пакса из «архива».
Одну из последних – буквально накануне гибели. Тогда пацан находился у военного дома, где раздавали оружие защитникам Лээта. «Ищейка» доложила ему, что несколько армов штурмуют противоположную городскую стену. Пакс кинулся защищать Лэйру с Лэти. А по пути услыхал фразу, брошенную одним из подпевал папаши этого самого Вепракса – богатейшего торгаша Вепрунта. Дескать, если боги будут благосклонны, каштара Лэрина прикончат армы. И тогда Вепрунт нажмёт на тайные связи, которые много лет прикармливал в столице Нуобе. Связи сработают, и Лээт вскоре переименуют в Вепре, сделав эти земли родовой вотчиной их семейки. Паксу некогда было заниматься этими подпольщиками, но клятву разобраться с ними по окончании заварухи МСДАП себе дал.
Дону вроде бы не с руки во всё это ввязываться: Лэкс им с девчонками никто, они отсюда вообще смываются на веки вечные. Вот и «барбос» «за»: его забота – защита стабилизатора. Но встроенная в сознание самого Дона совесть неуютно колюче поёжилась: негоже бросать на произвол судьбы тех, кто тебе симпатичен и не сделал ничего плохого. Лэкс стоящий мужик. И Лэйра на Дона обидится: у неё тоже нелады с совестью. Блок защиты системы – кстати, нужно и его как-то обозвать – проголосовал «нет». А значит…
– Ну, и где он? Ты чего, промахнулся? – прошипело уже в нескольких шагах от него.
Увидать его в такой высокой траве диверсанты могли лишь с возвышенности. Наверняка откуда-то со стены. А подобравшись ближе, заплутали в зарослях.
– Да здесь я! – лениво откликнулся Дон и снова зевнул.
Они прыгнули к нему всем скопом. Но в паре метров от жертвы замерли, оглушённые блоком внутренней защиты. «Барбос» вырубил их мозги с такой непринуждённостью, что Дон уважительно оценил работу Пакса «над собой». Это ж не какой-то пятикурсник, взращённый цивилизацией, которая доросла до ракет, нанотехнологий и прочей требухи. При всей его реальной безграмотности в подавляющем числе вопросов, Дон, как и прочие его соплеменники, знал довольно много. Скажем так: для обывателя, не блиставшего талантами, понахватался в некоторых областях жизнедеятельности. А Пакс имел за плечами неоконченную средневековую начальную школу под управлением жреца. Это снаружи. Изнутри же его просвещал объект, созданный гораздо более развитой цивилизацией. Теп не менее, пацан здорово сжился с МСДАП, так что инопланетный вселенец пришёл почти на всё готовенькое.
Однако обездвижить поганцев – это полдела. А вот что дальше? Блиц допрос Вепракса подтвердил теорию заговора. Его папаша Вепрунт и впрямь замыслил переворот. Поначалу он рассчитывал заполучить невестку из родовитого военного дома Лээтов. Подкатывался к покойному каштару Лэрину со сватовством, мол, у вас товар, у нас купец. И замахнулось это угрёбище на Лэйру. Дон ничуть не сомневался, что отказ Лэрина приключился отнюдь не из-за «гадского» происхождения дочери-шупа. Каштар в принципе не желал родниться с каким-то там торгашом. Ни хрена себе родня: барон, его дружок герцог и плебей с запросами. Смерть Лэрина воодушевила Вепрунта, но ненадолго. Коронование Лэкса самим каштартаном испоганило честолюбивому маразматику всю революцию.
Чуток поразмыслив, Дон занялся остальными участниками бандитского нападения. Пара пацанов постарше и покрупней влились в Вепраксовы ряды по идейным соображениям: ощущение власти и силы при богатеньком подонке. А так же приятная тяжесть в поясных кармашках, где хранились презентованные им серебряные ресы. До боли знакомые персонажи, что во все времена добровольно записывались в холуи при говнистых богатых наследничках. Ещё двое были невольными пристяжными, ввязавшиеся в дурную компанию под гнётом страха за собственную шкуру. Тоже знакомое дело. В этих запуганных трусов «барбос» загрузил программу убираться домой, так и не повстречав жертву их запланированного произвола. Не стоит им знать, где они потеряли «товарищей по борьбе» - в будущем не пригодится.
А вот троицу своих идейных врагов Дон – после мучительных раздумий – решил порешить.
Стало муторно: дети же ещё. С другой стороны, Вепрунта он приговорил однозначно. В бессознанке Вепракс поделился опасной инфой: его папаша искренне считает мать Лэйры и Лэти ведьмой. Дескать, та околдовала каштара Лэрина: иначе, какого бы хрена такой влиятельный человек женился на нищей побродяжке? С дочерями покойницы всё намного сложней: как-никак, наполовину благородные каштарии. К тому же Лэкс вот-вот станет зятем самого Нуобата, и объявить его сестёр ведьмами во всеуслышание себе дороже. Но втихаря их оболгать, подогревая общественное мнение – совсем иное дело. Блок защиты системы и так считал ситуацию опасной, а подобные выверты тем более не мог проигнорировать. Он-то и помог Дону принять решение прикончить этого мерзавца.
Вепракс же был идейным сторонником отца – как быстро здесь взрослеют дети. А получив наследство, стал бы продолжателем его великих дел. Знать о подлинной природе сестричек-щупов он, естественно, не мог. Но спровоцировав их, вполне возможно, вытащил бы эту опасную правду на суд народа. Дон не понимал: убеждает ли его в целесообразности принятых решений МСДАП, или он сам уже не может мыслить иначе. Но разбираться в этом отчего-то не желал.
Он поинтересовался, как вообще обстановка вокруг? У самой кромки западного лесного массива зафиксированы два объекта волки – доложила «ищейка». Они появились и сразу же смылись – что-то уж слишком близко подошли к населённому пункту. И смылись, конечно, не окончательно. Просто засели вне досягаемости радаров «ищейки» - она не такая уж и дальнобойная. А раз засели, значит, твёрдо намерены пообедать. Дон мысленно сжал волю в комок и отдал приказ: пусть пообедают. Тут же троица зомби с лицами-масками развернулась и стартовала бегом в сторону места их казни.