Новая жизнь (ЛП)

Я никому ничего не сказала. Не хотела, чтобы меня еще больше стали жалеть.
На следующей неделе я узнала, что Джейс организовал для Брайана закрытые похороны. Меня на них не позвали. Я не могла это даже осмыслить, но знала, что позже это причинит боль. Я осознавала одно: свое желание заставить Джейса заплатить. Это он был во всем виноват. Нет. Виновата была и я тоже.
Я закрыла глаза и почувствовала, как меня накрыло очередной волной горя. Виноваты были мы оба.
— Как умер твой друг? — спросил Остин, который сидел напротив меня за столом. Было утро субботы, мы поздно проснулись и теперь завтракали.
Трэй взглянул на меня, ожидая ответа.
В горле встал ком. Черт возьми… теперь он был там постоянно.
— Его застрелили, — с трудом промолвила я.
— О. — Остин опустил взгляд в тарелку и передвинул вилкой яйца. Затем крепче сжал вилку и снова поднял глаза. — А за что?
— Что ты имеешь в виду?
— За что его застрелили? Мэнди сказала, что ты встречалась с психом.
Я нахмурилась.
— Когда она это сказала?
— Давно. — Он пожал плечом и покосился на Трэя. — Еще до того, как ты переехала. Однажды вечером она подслушала разговор мамы и папы. Мэнди сказала, что нас попросили взять тебя, потому что парень, с которым ты встречалась, был опасен. Если это правда, то почему ты не радуешься? В смысле, разве это не хорошо, что он мертв?
Я не могла связать слова в предложение. В голове начали собираться новые пазлы. Джейс рассказал обо мне Шелли и Кевину, использовав оправдание, что Брайан опасен. Им тоже солгали. Меня накрыла новая волна ненависти. Словно яд, она проникла в каждую клетку моего тела, и теперь я могла думать только о Джейсе. Это он был во всем виноват. А не я. Смерть Брайана была на его совести.
— Тэрин?
Я не поняла, кто это сказал. Жажда найти Джейса и причинить ему боль стала невыносимой.
— Остин, почему ты еще не собрался? Я позвоню маме Эрика и попрошу ее заехать за тобой.
Отодвинулся стул, затем я услышала тихий голос Остина.
— Да… с ней все будет хорошо…
После этого мне больше ничего не было слышно. Они вышли за дверь.
Я любила Джейса. Они с Брайаном были единственной константой в моей жизни. Я уезжала, затем возвращалась, но они всегда оставались на месте. Процесс повторялся снова и снова — каждый раз, когда меня отправляли в другую приемную семью. Почему-то я всегда возвращалась в Педлам. Я сбегала, чтобы увидеть Брайана. Он был моей первой любовью, но моей семьей был и Джейс. Теперь они оба исчезли, и я ощущала себя осиротевшей. Я будто бы истекала кровью и не могла это остановить.
Я услышала, как хлопнула дверь — пришел Трэй. Он ничего не сказал. Я напряглась, не зная, нужно ли мне еще больше сочувствия. Потом стиснула зубы. С каждым «мне жаль» у меня появлялось желание кого-то ударить. Моя рука сжалась в кулак. Я знала, что если услышу в его голосе сострадание, то замахнусь. Но он, не говоря ни слова, опустился передо мной на колени, поднял со стула и закинул себе на плечо.
Трэй перенес меня из дома в спортзал. Когда он поставил меня на ноги, я огляделась. В одном углу была боксерская груша, а в другом — боксерский ринг. На одной из стен висел плакат, в центре которого был силуэт человека. В нем были пробиты разрывы и дырки. Когда Трэй ушел вытащить из стены нож, я поняла, что это мишень. Он подошел и раскрыл ладонь. Нож лежал на ней рукояткой ко мне.
— Что это?
Я умела вскарабкиваться по стенам, взламывать замки и проникать в здания, но меня никогда не учили метать нож.
Трэй не опускал руку. Он смотрел мне прямо в глаза — без колебания и без осуждения. Точно так же он смотрел на меня в нашу последнюю с Брайаном встречу, когда он с непоколебимым лицом стоял у меня за спиной. В тот вечер я почувствовала себя так, словно меня ударили в грудь, и теперь это ощущение повторилось. Стоя передо мной, пока я чувствовала его каждой клеточкой тела, он сделал так, что черная дыра во мне затянулась, а сердце забилось быстрее.
У меня пересохло во рту. Трэй внушал страх. Он относился ко мне как к равной. Брайан боготворил меня, Джейс заботился обо мне, но Трэй был другим. Его внутренний стержень был сильнее, чем я полагала. Он вновь протянул руку.
 
— Возьми нож, Тэрин.
— Зачем?
— Потому что я тебя знаю. Ты боец, и как только перестанешь оплакивать Брайана, тебе захочется добраться до Лэнсера.
Он подошел ближе. Нож манил меня, но я отвлеклась на тело Трэя, которое было так близко. Он держал меня в объятиях каждую ночь, но то были ночи утешения. Сейчас все было иначе. Трэй изменил динамику между нами, и я больше не могла игнорировать то, что хочу его. Я сглотнула, мне стало не хватать кислорода. Он понизил голос до шепота.
— Ты не сможешь одолеть Джейса Лэнсера. Он сам по себе смертельное оружие, но я могу научить тебя защищаться. И как причинить боль тому, с кем дерешься.
— Ты хочешь, чтобы я выследила Джейса?
— Нет. — Трэй сжал нож и опустил руку. — Ты проиграешь, но если тебя загонят в угол и помочь будет некому, я хочу, чтобы у тебя был шанс отбиться. — Он снова раскрыл ладонь и протянул нож мне. — Возьми. Я научу тебя, как им пользоваться.
Я взяла нож. Когда я сжала его, зная, что научусь им владеть, то ощутила в себе настоящую силу. Нет, я всегда была сильной. Просто сейчас это чувство вернулось ко мне.
— Откуда ты знаешь, как с ним обращаться?
— Отец научил. Это единственная правильная вещь, которую он сделал перед уходом. — Встав у меня за спиной, он взял меня за руку, а вторую руку положил на бедро. Мое сердце понеслось вскачь, но я приструнила его и сосредоточилась на словах Трэя. Он поднял мою руку, отвел мое бедро назад и прошептал мне на ухо: — В драке нечасто успеваешь выхватить оружие. Если повезет, ты узнаешь о приближении врага заранее, но в большинстве случаев тебя застанут врасплох.
Я нахмурилась.
— Это мне не поможет.
Трэй хохотнул, его дыхание ласкало мое ухо и щеку. Оно согревало меня и одновременно вызывало легкую дрожь. Он сжал мое бедро.
— Когда борешься за свою жизнь, и у тебя есть только нож, не допускай колебаний. — Он сделал моей рукой резкий выпад и в тот же момент толкнул вперед мое бедро, отчего в движение пришло все мое тело. — Если сражаешься с более сильным противником, не сдерживайся. Не тыкай ножом, отклоняя корпус назад. Этим ты ничего не добьешься. Максимум царапнешь его. Бросаясь в атаку, нужно идти ва-банк и вкладывать в удары ножом весь свой вес.
Джейс и Брайан часто вступали в драки — и друг с другом, и с другими людьми. Мир насилия не был для меня чем-то новым, но от мысли, как я сталкиваюсь с кем-нибудь в глухом переулке, у меня голова пошла кругом. Джейс никогда не учил меня подобным вещам. Как и Брайан.
Трэй отступил. Без его тепла мне сразу стало холодно, но он взял меня за плечи и развернул. Взгляд его карих глаз был серьезным. Опустив подбородок, он посмотрел мне прямо в глаза.
— Если будет возможность, целься в самое горло. Если выбор стоит между ним и тобой, между жизнью и смертью, то колебаться нельзя. Вонзай нож до упора. Если противник удерживает тебя, и ты не можешь как следует замахнуться, перережь ему горло. Вот так. — Трэй провел пальцем по горлу. — Драться с ножом значит быть умной. Не упускай ни один шанс. Не сомневайся. Используй все свое тело. На удар может быть пара секунд, а то и меньше. Противник больше тебя. Если он нападет, то колебаться не будет. Тебе тоже нельзя. Или ты, или он. Борись до последнего, и когда покажется, что ты больше не можешь, то найди в себе новые силы. Будь диким зверем. Не сдерживайся. Я серьезно, Тэрин. Сдерживаться нельзя. Страх парализует тебя. Сражаться будет достаточно сложно, но ты должна это преодолеть. Хорошо?
 
Он подождал, когда я кивну. Затем поднял мою руку с ножом и прижал лезвие к своей шее.
— Прижми ко мне нож, — приказал он.
— Нет.
Я попыталась отступить, но Трэй перехватил мою руку.
— Тебе нужно почувствовать, каково это — приставить нож к горлу. В этот момент враг становится уязвимым.