Злой наследник

 Макс надолго замолчал.
— Может, ему не над чем смеяться?
— Черт, это самое грустное, что я когда-либо слышала. Моя жизнь уныла и совершенно несчастна половину времени, но я все равно могу увидеть в ней что-то забавное, время от времени.
— Возможно, это редкий талант. Есть разные уровни страданий, Мэллори. Однажды ты это поймешь.
 После этого жизнерадостного заявления, оставшаяся часть поездки прошла в молчании.
— Спасибо, что подвез. Остановись здесь. Я не могу снова опоздать, иначе Рафаэль меня уволит, – забеспокоилась я, когда он подъехал.
— И пусть. Теперь у тебя есть Кирилл. Тебе не нужно здесь работать, – сказал Макс, останавливаясь и заглушая двигатель.
 Я закатила глаза.
— Верно, и я могу рассчитывать на то, что он будет оплачивать все мои счета. Он мой старый друг и тот, с кем я встречаюсь, хотя мы и не говорили об этом. Я даже не знаю, хочет ли он большего.
— Думаю, могу с уверенностью сказать, что он хочет большего, – голос Макса был полон веселья, словно это была какая-то шутка, в которую я не была посвящена. — Если я войду туда, Федерика будет внутри?
— Да, так что не утруждайся. У нее и так палка в заднице из-за тебя.
 Он уставился на меня немигающим взглядом в зеркало.
— Скажи ей, что я с удовольствием заменю эту палку на что-нибудь другое.
 Мой рот дернулся. Это был комментарий, который я бы не стала повторять Феде.
— Достаточно. Я ухожу. Большое спасибо за поездку.
 Я хлопнула дверью и направилась к клубу. Внутри царил обычный хаос перед открытием. Тео помахал мне через бар.
 Когда я подошла, его взгляд упал на мою руку.
— Ого, выглядит отвратительно. Что это?
 Я посмотрела вниз, не осознавая, что снова расцарапала ее.
— Не знаю. Экзема?
 Я почесала огрубевшую, воспаленную кожу. Когда я повернула руку под углом, мне показалось, что под кожей что-то есть.
— Ты разваливаешься на части. Тебе нужно сходить к моему натуропату.
— Круто. Может быть, когда выиграю в лотерею. Сегодня я оплатила мамины счета... ну, половину, и у меня осталось около десяти баксов, чтобы прожить до конца месяца.
 Я повязала фартук и собрала волосы в неряшливый пучок.
— Ничего страшного, милая. Если ты правильно разыграла свои карты, теперь у тебя есть темный и опасный спонсор. – Тео толкнул меня локтем в бок. Мысль о Кирилле в любом качестве заставила меня улыбнуться, но Тео расценил моё выражение лица по-своему. — Что? Сказал лишнее? – затем он театрально прикрыл рот рукой. — Ты наконец-то перепихнулась!
— Шшш, говори потише, – прошипела я ему, мои щеки запылали.
— Я так и знал! Ты бы не поменялась сменами, если бы это не было что-то важное. – Тео оперся бедром о стойку, вытянув руки перед собой, будто измерял что-то воображаемое. — Насколько это было важно в сантиметрах, приблизительно? Вот так важно? Так? – он продолжал разводить руки все дальше друг от друга, и мое веселье пересилило смущение.
— Это было больше среднестатистического «важно». Намного больше, – сказала я ему и пошевелила бровями.
 Тео поднял большие пальцы вверх в победном знаке.
— Я знал. В нем есть эта энергия. Не было ни малейшего шанса, что он не упаковал там оружие самого высокого уровня.
 От формулировки Тео меня пронзила дрожь. Высокого уровня? Несомненно, я не обладала достаточным опытом для обращения с оружием Кирилла, хотя он, казалось, не возражал. И все же, насколько захватывающе было бы удивить его мастерством в том, что мы делали вместе, а не просто энтузиазмом?
— В чем дело? – спросил Тео, заметив, что выражение моего лица стало задумчивым.
 Я погрызла ноготь.
— Это просто странно. Не так я себе представляла наше воссоединение. Он намного опытнее меня, светский и взрослый. И да, я осознаю, что мне двадцать пять, когда говорю это. Я звучу как идиотка.
— Прошло семь лет, – напомнил он мне. — Люди взрослеют. Уверен, ты тоже.
 Я усмехнулась.
— Я не уверена, что повзрослела. Не так, как он. Он такой осторожный. Иногда я замечаю, что он наблюдает за мной, но он не улыбается и не хмурится. Он просто… смотрит. Я не могу этого объяснить.
 
 Я вздрогнула, когда слова вырвались наружу. До этого момента я не признавала, что испытываю подобные чувства.
— Похоже, у папочки-босса все плохо.
— Папочки-босса?
— Макс, его сексуальный сообщник, называет его боссом. Значит, он папочка-босс. Чем они вообще занимаются?
— Финансами или что-то в этом роде, – пробормотала я.
— Финансами или что-то в этом роде, – повторил Тео. — Боже, не верь никому, кто скажет, что ты безучастная девушка.
— Заткнись. Я не его девушка. – Я вздохнула, сердце болезненно сжалось в груди.
— Нет? Тогда кто ты?
— Я не знаю. Мы не говорили об этом. Я больше его не понимаю. Раньше я могла определить, о чем он думает, по тону его голоса, но теперь он как лабиринт, и я не могу найти центр. Не могу приблизиться.
— В таких делах нельзя торопиться, – сказал Тео. Он выпрямился, когда Раф прошел мимо, открывая заведение для посетителей. — Давай поговорим позже. Тебе лучше вернуть свой блеск в глазах и хвост трубой после вчерашнего, или тебя уволят, и тогда кого я буду пилить на работе?
 Кирилл встретил меня у дверей после окончания смены, но мое волнение было омрачено ощущением, что между нами что-то не так. Радио продолжало болтать, пока он вел машину в свете лавандово-серого утра. Я не слушала, пока знакомое имя не привлекло мое внимание.
— Подожди, что они сказали? – спросила я, протягивая руку, чтобы сделать погромче.
«... тело было найдено этим утром выброшенным на берег недалеко от Брайтон-Бич в Бруклине. На месте происшествия его опознали как Каплана Ричарда Холмса, сына подающего надежды сенатора Уильяма Джеймса Холмса. Полиция опубликует заявление с первоначальным заключением позже, но источники в департаменте намекают, что вскоре будет начато расследование по факту убийства...»
— Господи, я не в состоянии вникать в это в такую рань, – небрежно сказал Кирилл, протягивая руку и выключая радио.
 Я в ужасе уставилась на радио.
— Что за черт?
— О чем ты?
— Ты что не слышал? Каплан Холмс был убит. Кап Холмс – из Вудхэйвена.
 Кирилл почти не отреагировал.
— Хулиган?
— Да, хулиган. Он иногда заходил в клуб. Так и остался мудаком.
— Ну, кто-то решил преподать ему урок.
 Я перевела на него свой полный ужаса взгляд.
 Он поднял бровь.
— Что? Ты ожидаешь, что я расстроюсь из-за школьного хулигана, которого не видел семь лет и который мучил нас?
— Нет, не расстроишься, но... будешь шокирован или вроде того.
— Я в шоке. Это меня шокировало.
 Его тон был настолько ровным и безэмоциональным, что у меня дрогнуло сердце.
 Почему между нами была стена? Почему я не могла узнать мальчика, которого любила, в лице этого красивого, замкнутого незнакомца? Словно почувствовав мой дискомфорт от его реакции, он поднял мою руку и поцеловал в тыльную сторону ладони, не отрывая взгляда от дороги.
 Я прочистила горло и отвернулась к окну. Начал накрапывать мелкий дождь. Пора было сменить тему. Я не могла выносить эту дистанцию между нами.
— Чем ты занимался после того, как уехал из Вудхэйвена? – спросила я, пока он вез меня в центр города к своей квартире. Я поняла, что мы снова едем к нему. Я не возражала. Моей квартирой вряд ли можно было похвастаться, но было странно, что он не спросил о ней.
— Молли, что я говорил тебе о прошлом? – Кирилл вздохнул, как будто я нарушила данное ему обещание.
— Это вопрос! Почему это такая большая проблема?
— Я работал на своего отца.
— Макс сказал, что вы работаете в финансовой сфере.
 Кирилл кивнул.
— Это семейный бизнес, и он оплачивает счета.