Обреченный клан (СИ)

Выяснить, кто посещал станцию в определенный день, для следователя было не так уж сложно. Данные об отправляющихся порталами и места их назначения сотрудники Пересечения хранили и по запросу предоставляли департаменту. С прибывающими было посложнее, но, как правило, здесь все бывали транзитом, так что на почти всех, кто прибыл в тот день, сведения имелись. Он выписал все, что были с временем прибытия и отбытия. Так было куда надежнее, чем сразу отсекать наиболее подходящих.
Сложнее оказалось с видео. Без ордера запись ему не дали, но и перемотку показали без проблем. Чтобы отсмотреть два-три часа на не самом оживленном портальном перекрестке, много времени не требовалось.
— Кого-нибудь встречали на стоянке?
— Вроде как, — согласился сотрудник охраны.
Пришлось смотреть ещё и запись с камеры стоянки. В перемотке вполне можно было что-то упустить, так что Герберт предпочел бы получить саму запись и спокойно её посмотреть, но с этим предстояло подождать до получения ордера. В том, что начальство тот выдаст, сомневаться не приходилось. Нужно только продумать, как это объяснить и организовать так, чтобы не подставить ни себя, ни Мари.
Выписав номера машин, время их появления и отъезда, а также количество пассажиров следователь попрощался с охранником и вернулся к администратору.
— Артефакты в тот день кто-нибудь декларировал?
— Конечно, — даже удивился сотрудник Пересечения. — Защиту почти все маги используют.
Это было плохо. Как и то, что перечень задекларированных артефактов по посетителям ему выдать просто так не могли. Это раздражало, но правила есть правила. Тем более что Герберт склонялся к тому, что артефакт все же увезли на машине. Вопрос лишь на одной из тех, что была на камерах, или же на другой?
Выяснив все интересующие его пока вопросы, устроился на диванчике со списком. Знакомых фамилий хватало: магов вообще было не так много, чтобы хотя бы по родовым именам они не знали друг друга, а простые люди в этой глуши порталами почти не пользовались.
В обозначенный временной промежуток на Пересечение прибыли четверо. Причем двое из них — Арчибальд и Бенджамин — имели отношение к Сортэне. Первый, если верить имеющимся в базе департамента сведениям, был братом артефактора, женившегося на одной из Сортэне и перешедшего к ним из клана Сериос (те были обреченными, дела у них шли очень не очень, а своим будущим детям мужчина хотел лучшей жизни). Второй был Герберту уже знаком, поскольку сейчас жил в резиденции Сортэне. Насколько помнил следователь, этот сам женился на двоюродной племяннице Грегора Сортэне, происходил из клана Кунс, с главой которого после женитьбы рассорился. Кроме них порталами сорок шестого пересечения в нужный час воспользовались представители кланов Сименти и Азорски, но они сразу же перенеслись дальше по линии. Среди остальных посетителей был прибывший утром и почти сразу покинувший Пересечение урожденный Сортэне, специализирующийся как боевой маг и, по данным следователя, в резиденции клана как раз отсутствовавший. Его бабка была из клана Нермир, но Герберт сомневался, что такое родство имеет в их случае значение. Логично было предположить, что в краже артефакта замешан кто-то из этих троих. Однако, учитывая, что кто-то ещё перенесся обратно, был риск и того, что на самом деле злоумышленником был кто-то из тех двоих, что сразу станцию покинули.
Просто на всякий случай уточнив пару деталей о том, кто из пространственников в то день дежурил и кто вообще из сотрудников был на работе, следователь попрощался с доброжелательным администратором, сунул ноутбук в сумку, и, прихватив в местном мини-кафе два десерта в одноразовой упаковке, поспешил к Мари.
Девушка была настолько погружена открытую на телефоне книгу, судя по нечаянно попавшейся ему на глаза строчке, по целительству, что даже не повернула головы, когда он открыл дверь.
— Держите, — он вручил ей десерт и, заняв водительское место, распаковал свой.
— Спасибо, — выгоревшая магиня вынырнула из своих мыслей.
— Что вы так увлеченно читали?
 
— Одну из целительских монографий. Раздел про выгорание и взаимодействие с магией выгоревших магов. Гвен скинула, когда я попросила отсканить пару статей по выгоранию.
— И как?
— Интересно, до этой у меня всё руки как-то не доходили. А между тем, написано хорошо. Вот вы знали, что…
— Ладно-ладно, я понял, — поспешно остановил её прежде чем постдипломница пустилась в живописание подробностей Герберт. — Не портите мне аппетит подробностями. Лучше десерт ешьте, пока не начал таять.
Признав его правоту, девушка уделила всё внимание сладостям. Когда она утолила первый голод и задумчиво уставилась в окно, мужчина всё же поинтересовался, правда, больше чтобы как-то её отвлечь:
— Ну и что же про магию и выгоревших магов пишут в этой вашей монографии?
— Что такого как у меня, судя по всему, происходить не должно. По крайней мере, использование магии выгоревшим магом нигде не упоминается.
— Может, просто такое встречается редко и о нём не пишут, чтобы не обнадеживать? Вы же почему-то решили, что сможете? И ведь действительно смогли. Значит, либо не выгорели, либо не всё с выгоранием так очевидно. Но если бы было верно первое, Правом вам бы воспользоваться не дали, то есть верно второе. — Девушка медленно кивнула. — С чего, кстати, вы вообще взяли, что сможете колдовать на чужой силе?
— Потому что уже делала это во время инициации Милы, хотя была под блокиратором. Если упростить, принцип его действия заключается в том, что каналы не пропускают силу. При выгорании каналы становятся не функциональны.
— Примерно то же самое, но в более жесткой форме?
— Именно. К тому же, мне казалось вполне очевидным, что если использовать силу не из резерва, а напрямую, выжженные каналы не должны стать препятствием. Способность оперировать силой-то ведь по идее не зависит от состояния каналов.
— Звучит логично.
— Ну вот я и перехватила ваш поток, — вздохнула выгоревшая магиня и снова запустила ложечку в стаканчик. Облизала, поскребла по дну и, убедившись, что десерт закончился, поделилась: — Это вышло даже легче, чем тогда с Милой. Сложность была только с самим заклятьем. И то потому что силовых нитей я теперь не вижу.
Он забрал у неё упаковку от десерта и коротким импульсом спалил ту прямо в ладони, а пепел выбросил в окно.
— Эффектно. И эффективно, — оценила Розмари. — И даже без заклинаний.
— Клановые способности, — Герберт повернул ключ зажигания. И вдруг замер. Фраза оказалась удивительно к месту. Пока мысль не ушла, спросил: — Мари, а что вы знаете о клане своего отца? Вы ведь говорили, что знаете, кто он, хотя он вас и не признал.
— Ну знаю, — согласилась девушка, не понимая, куда он клонит.
— Я про клановые способности. У нас это огонь, не требующий заклинаний, у Кримос вроде бы вода. — Магиня из клана Кримос кивнула. Самой ей клановые способности Кримос доступны почти не были, но она видела, как с ними учился работать Леонард. — Ну вот. А какие они у клана вашего отца? Может, всё дело в них? Может, то, что вы можете колдовать на чужой силе даже сейчас — это как раз отголоски чего-то из них? Потому что лично я не уверен, что в принципе способен на подобное. То есть магию кого-то из своего рода или даже клана я вполне могу перехватить, а вот насчёт чужой не уверен. До того, как вы рассказали, как инициировали на главенство Милу Герт, я о таком вообще не слышал.
Это признание заставило её всерьёз задуматься и перебрать в памяти все случаи собственного взаимодействия с чужой силой. Выходило, что прежде это тоже было строго внутри клана.
Когда они выехали со стоянки на пустынную дорогу — на автомобилях тут ездили редко, чаще приходя и уходя порталами — девушка признала:
— Может быть вы и правы. До инициации Милы я работала только с силой других членов клана. Да и после тоже. Но если использование чужой силы для колдовства было так не обычно, почему на это не обратили внимание Гвендолин или Леонард?