Обреченный клан (СИ)

— Но чем-то же вы увлекались? Хотя бы когда-то? — задал вполне резонный вопрос Артур, вытащив из неё эту историю, пока они шли по медленно укрывающемуся снегом скверу.
— Да. Медициной. Поглощала справочники, тайком таскала у кланового целителя книги. Он, правда, как мне сейчас кажется, догадывался, иначе я не вижу причин оставлять в доступных местах базовые работы по анатомии и физиологии.
— Ну а потом, когда поступили?
— Когда я поступила в академию, мне нужно было как-то совмещать её с учебой в клане и обязанностями перед ним, — ей голос дрогнул. — Единственное на что меня хватало вечерами — это книги и сериалы. Главное, не смотреть медицинских.
— Это точно, — поёжился врач. Похоже, сталкиваться с последствиями увлечения продукцией киноиндустрии у знакомых приходилось и ему. В то, что он сам, по своей воле, смотрел одну из медицинских драм или мыльных опер, ей верилось слабо.
Разговор свернул на кино и литературу. В какой-то момент речь зашла о так называемых магических историях. Мари оставалось только вздохнуть и признать, что смотреть их она тоже не может:
— Это как с медицинскими сериалами, начинаешь докапываться и теряешь всю сюжетную составляющую.
— Понимаю.
Помолчав, она вдруг тихонько призналась:
— Знаете, без магии так… странно. Да, можно попытаться представить, что просто выпила блокиратор, но ощущения совершенно другие. Словно твоя сила где-то там, а ты не просто не можешь её использовать, а вообще не можешь до неё дотянуться. Она вроде бы и есть, но возможности к ней прикоснуться нет.
— Звучит странно, — признал Артур. — И не похоже на то, что я читал. Вы уверена, что выгорели?
— Полностью, — довольно резким тоном заверили его. — Артефакт в представительстве Совета это подтвердил. Иначе бы мне просто не дали воспользоваться Правом.
— Простите.
— Ничего, — девушка натянуто улыбнулась. — Я бы тоже спросила что-то подобное, если бы кто-то рассказал мне то, что рассказала я.
Это был удачный момент, чтобы сменить тему, но Артур им не воспользовался:
— Вы после этого сдавали анализы?
Мари кивнула:
— В частной клинике, которая использует не артефактные определители. Всё уже в пределах нормы.
— Уже? — оговорку он не заметить не мог.
— Первый раз были отклонения. Но это ожидаемо, организм перестраивался.
— И всё же я бы…
— Я сама в состоянии расшифровать свои результаты, — это явно получилось грубо, но ничего поделать с собой она не могла. Да, Артур был хорошим специалистом и мог бы, возможно, увидеть что-то, чего не видела она, но его вечные сомнения в её компетентности уже откровенно бесили. — Простите. Просто…
Он остановился, заглянул ей в глаза и твёрдо сказал:
— Не извиняйтесь, это ваше право. Я просто предложил. Я понимаю, что не имею права вмешиваться. Просто беспокоюсь.
— Спасибо, — что ещё можно тут сказать, она не знала.
Мужчина кивнул и продолжил путь, а заодно и начал обещанную экскурсию, о которой Мари уже успела позабыть. О родном городе он знал действительно много, так что вскоре неловкость сгладилась, и девушка уже с интересом разглядывала узорные ограждения с местным орнаментом, резные наличники на старинных деревянных домиках, памятники и даже просто уличные фонари. Когда она замерзла, они зашли в небольшое кафе, оказавшееся, по словам Артура, лучшей в городе блинной, где просидели, обсуждая местную кухню почти два часа, до самого закрытия.
— Давайте я вас провожу, — предложил бывший коллега, когда они вышли на улицу, по которой ездило уже не так много машин.
— Думаю, я лучше возьму такси, — улыбнулась Розмари.
— Устали?
— Есть немного, — признала выгоревшая пространственница. — Но ничуть не жалею. Спасибо вам за эту прогулку.
Он улыбнулся в ответ. И, дождавшись, пока она вызовет такси, спросил:
— Может, как-нибудь повторим? Хоть наш город и кажется маленьким, посмотреть его за раз не выйдет.
— С удовольствием. — Подъехала машина, так что она заторопилась: — Доберусь до дома, напишу, когда у меня свободные дни.
— Договорились.
 
Знакомство с членами клана и выяснение, кто и где был в день, когда пропал артефакт, и накануне, заняли Герберта надолго. Ему удалось едва ли не по минутам восстановить день большинства, выловить несколько несостыковок, разобраться в них, тем самым, как это обычно и бывало, разворошив клановое грязное бельё, но основное расследование это продвинуло мало. Разве что позволило исключить замешанность пятерых членов младшего круга. Кого-то с большей, кого-то с меньшей вероятностью.
— Какие именно рода вливались в ваш в последние лет сто? — сразу после приветствия, практически с порога, поинтересовался Герберт у главы клана. Да, это можно было понять по родословной, но стопроцентной уверенности в том, что ту не подправляли, у следователя не было.
— Думаете, не могут ли это быть другие их представители? — понимающе уточнил Грегор Сортэне. И перечислил. С уточнением, чью силу унаследовали потомки каждого.
Кланов было много. Несколько уже вымерли, остальные существовали и сейчас, но были в большинстве своём не слишком-то процветающими. Впрочем, были и вполне даже богатые. Те же Ренис, может в Двадцатку и не входили, но и бедны не были. Да и Са́ймар тоже.
— Какие из них тоже из обреченных? — чтобы хоть как-то структурировать список спросил Герберт. Версию с тем, что кто-то похитил артефакт, чтобы перенастроить его под себя, исключать не стоило. — И какие в близком родстве с обреченными? Другими, кроме вашего?
Вопрос заставил Сортэне задуматься. Перечислить обреченные кланы среди родственников он мог без труда. С родственными с обреченными было сложнее.
— Многие на самом деле. Обреченных кланов гораздо больше, чем вы привыкли думать.
Если в этом Герберт и сомневался, то только до того как ему озвучили список. Кунс, Вестэне, Нермир, Сериос, Шарнай, Дженгари… Даже Ренис оказались из обреченных, хотя пока у них и было всего две неполноценные инициации, но это уже было достаточно, чтобы совпадением такое не считалось. В родстве с обреченными кланов состояло и того больше. Родниться с ними не испытывающие проблем с инициацией на главенство кланы опасались, так что обреченные во многом варились в своём котле. Заключали браки между собой, с бескланниками, с малыми кланами, из тех, кто готов был пойти на риск ради денег или ещё чего-то. Обреченные-то кланы погибали и обычно быстро (Сортэне были тут исключением), а вот их имущество оставалось родственникам.
— А если начнётся каскад? — Так называли цепь сорванных инициаций на главенство. — Он ведь может и переброситься на другой клан?
— Может, — кивнул Грегор Сортэне. — Особенно, если принимать супругов к себе конкретный клан не может и дети наследуют обе силы. Поэтому мои предки и пошли на поклон к артефакторам Ластре.
— Ваш артефакт был создан в единственном экземпляре? Или были подобные? — вдруг пришло в голову Герберту.
— Насколько я знаю, артефактов было два. Вот только от собственного каскада это Вирмор не спасло.
— И что стало с артефактом?
— Не знаю. Но он был заклят на кровь, как и наш. Думаю, погиб вместе с родом: фактически это малый родовой артефакт, а все родовые артефакты погибают вместе с последним главой клана или тем, кто последним пытался пройти инициацию на главенство.
Это следователь знал. Потому уточнив ещё пару моментов про перечисленные кланы, уже думал перейти к другому интересующему его вопросу, но всё же не удержался от вопроса:
— А Герт? — К делу это никак не относилось. К этому, по крайней мере. Но ему было любопытно, а своё любопытство огневик старался, когда это возможно, удовлетворять: никогда не знаешь, какие на первый взгляд ненужные сведения пригодятся в расследовании.
Старый маг вопросу ничуть не удивился:
— И это раскопали? Да, мой младший сын был обручён с Амелией Герт, мир её праху. — Этим признанием он, надо признать, гостя весьма удивил: в старом деле об этом не было ни слова. — Но только обручён. До свадьбы дело не дошло. — Видя, что гость жаждет подробностей, продолжил: — К сожалению, её отец умер, приключилась та история с её братом, она стала единственной наследницей, и помолвку пришлось расторгнуть. А потом тот покончил с собой, и она вынуждена была стать главой клана. Тоже полноценную инициацию пройти не смогла, но хотя бы разум не утратила. — Это всё и так с трудом укладывалось в голове, но меркло по сравнению со следующим: — Но старым договорённостям осталась верна, не так давно мы обсуждали возможность обручения её дочери с моим внуком.