Темные века (СИ)
– Ой, Криста, я смотрю, – Аннушка была в своем репертуаре, – вчерашняя поездка пошла вам на пользу, ты вся сияешь, Юдифь Георгиевна, тоже, годков двадцать с плеч скинула.
Я готовила на кухне обед и ужин одновременно: борщ, рыбные котлеты, овощное рагу в тайском стиле. Вечером останется только сварить картошку.
– Природа, чистый воздух, прекрасная прогулка, еда на костре, чему удивляться?
– И что, неужели ничего спиртного?
– Окстись, я ж за рулем!
– Ах, да, я и забыла!..
Вредина ушла в комнату. В кухню зашел заспанный Дима:
– Всем утречка! А что это Анна такая хмурая? Я ей: «здрасте», а она отвернулась и дверью хлопнула.
– Да ты что, нашу Аннушку не знаешь? – тетя Оля пекла воскресные блины.
– Могу догадаться, – Дима занялся кашей, – как вчера съездили, Криста? Ты вся сияешь, как весеннее солнышко!
– Замечательно. Погуляли по лесу, посидели у костра, сосиски пожарили, повеселились. Мне понравилось.
– Как на трассе, свободно было? – дядя Боря.
– Вполне. Ехала не быстро, но и машин было немного.
– Ну, дачный сезон закончен, остались только те, кто ездит на работу в город и рейсовые перевозчики. Мне тоже скоро опять в рейс.
– Куда на этот раз?
– Куда-то на восток, точнее не сказали.
Бабушка поставила машину стирать белье и занялась уборкой. Когда я зашла в комнату за продуктами в холодильнике, она как раз вытирала пыль.
– Закончим с делами, – бабушка стояла на стремянке и вытирала люстру, – и я засяду за дневники прадедушки Марчелло.
Я кивнула: потомственный стрегор Марчелло Стронцо покинул солнечную родину, спасаясь от ищеек Инквизиции, в середине восемнадцатого века. Именно он основал русскую ветвь стрегерии.
– Стоит посмотреть, что и как тогда было, когда он переехал в Россию.
– Да, история повторяется, в какой-то мере.
– Ну да, – ба протирала хрустальные подвески на каждом рожке, – стоит воспользоваться его опытом, если понадобится заметать следы.
– Ты про переезд? – я аж остановилась от удивления.
– Что ты! Нет, конечно, – бабушка засмеялась, – но кое-какие защитные действия можно незаметно предпринять. Не бойся, благодаря лакунам никто ничего не докажет: мы с тобой добропорядочные атеистки, а что есть кое-какие тараканы, так у кого их нет? А остальное без железных улик к делу не пришьешь.
– А те клиенты, что были, когда мы на дачу копили?
– Ритуал, милая, это палка о двух концах. Расскажут – пожалеют, что родились.
Я передернула плечами от внезапного ледяного тона бабушки и ушла в кухню, кашеварить дальше.
В кухню вошел Кирилл, поздоровался. Поставил себе жарить яичницу. Дима, глядя на это, ностальгически хихикнул, а потом вздохнул. Кстати, бабушка купила в малую комнату электрический чайник, так что быт у нашего жильца чуточку улучшился. Холодильника, правда, так пока и не было, но Кирилл придумал хранить продукты между рамами: погода, стремившаяся в зиму, позволяла. А к весне что-нибудь придумаем.
В понедельник мы с триумфом сдали эссе. Зимина с Вульф, между прочим, еле-еле натянули текста на один печатный лист. Мы же накатали на заданную тему по десять листов, с графиками и таблицами, все как положено. Судя по разговорам между ними, троица все выходные не учебой занималась, а розысками кафе. И, скорее всего, безрезультатно: вон, как рассерженно шипят друг на дружку. Ну-ну! Пусть шипят, мне же спокойнее.
На лекциях мы снова сели рядом с Василием.
– Ну как эссе? – у его группы эти занятия будут только в среду, так что он закономерно любопытствовал.
– Феерически! Мы единственные, кому поставили пятерки! – Нина не скрывала восторга, – кстати! А у нашей парочки сыщиц – неуд! Сморчок их чуть не загрыз! Так что ждем, как они теперь будут прыгать!
– Мирон очень злой пришел, – Василий передернул плечами, – я даже на всякий случай встал в пару к Плотниковой на практике.
– Похоже, они в чем-то накосячили. Ворона с Чучундрой шипели и плевались, как кошки весной. И эссе написать не смогли нормально, наверно, вчера поздно вечером наспех ваяли.
– Рассорятся – нам же лучше. Может, мозги на место вернутся.
– Сомневаюсь, Криста, – покачала головой подруга, – таких упертых еще поискать.
– Да и Мироше упрямства не занимать, – добавил Василий, – уж я-то его изучил досконально!
– Ну, нам-то что? У нас своих дел достаточно.
– Это точно. – Вася, что-то вспомнив, полез в рюкзак, – ой! Я чуть не забыл! Мама вчера свою мяту комнатную пересаживала и кучу отводков выдрала. Я их собрал и вам принес! Классная штука! В комнате ни комаров, ни моли, никаких других паразитов не будет! Даже клопов отпугивает! А для человека запах приятный.
Он передал нам два пакетика с мокрой газетой кульком, из которого выглядывали зеленые метелочки.
– Благодарствуем, – я приняла подарок и сунула парню в карман конфету, – это чтобы прижились, я знаю правила.
Нина, глядя на меня, тоже угостила парня сладостью.
По дороге домой мы зашли в хозяйственный магазин, где я приобрела горшок, землю для цветов, пакетик керамзита для дренажа и леечку с длинным узким носиком: продавщица посоветовала. Я вспомнила, что весной, вполне возможно, займусь рассадой, так что точно пригодится на будущее. Бабушка еще не вернулась, я быстренько пообедала и занялась мятой: сначала засыпала дно горшка керамзитом, потом наполнила землей, а потом аккуратно рассадила отростки мяты: все, как объяснил нам Василий.
За этим занятием и застала меня бабушка:
– Криста! А что это ты делаешь? – она вошла в комнату и бросила пальто в кресло.
– Привет, бабуля! Я мяту посадила!
И рассказала, что и откуда. Ба покивала, одобрительно осмотрела горшок:
– Прекрасно! Значит, говоришь, отпугивает вредных насекомых?
– Да! Думаю, к весне она разрастется достаточно, чтобы высадить ее на да… ой!!
Бабушка вытаращила глаза и приоткрыла рот, тоже уставившись на горшок.
Разговаривая с бабушкой, я машинально теребила ароматные листочки: запах шел замечательный. Стоило мне сказать про рост, как коротенькие пучки на глазах начали вытягиваться, распускаясь сочными листьями и выпуская новые веточки.
– Храни меня Юпитер!! Криста, что это?!
– Э-э… – я развела руками, – клянусь Флорой, что б я знала!! Бабушка, я нечаянно!!
– Вижу, что нечаянно… – она подошла поближе, изучая невероятное зрелище, – держу пари, внученька, это и есть твой новый Дар. Не удивлюсь, если и модифицировать растения ты тоже теперь сможешь.
– Как?
– Ну, вот, например, это обычная мята, а изменить ее, чтобы добавить к мятному запаху аромат, скажем, лимона. Или апельсина. Или увеличить листья в несколько раз, а то эти какие-то мелкие. Хм… интересно, а какие-нибудь семечки ты вот так же прорастить можешь?
– Надо попробовать, – я вздохнула, приходя в себя, – где-то был мой блокнотик с заметками про Нинкины фэнтези…
На следующий день зеленая масса мяты увеличилась вдвое, но активный рост замедлился до природного. Бабушка взяла чистую тетрадь и начала строчить заметки, планы, выводы и гипотезы. А еще пообещала разыскать новые растения для экспериментов и попросила найти пустые горшки.
– У меня есть несколько стаканов от йогуртов и сметаны, – я по совету Евдокии Дмитриевны начала их не выбрасывать, а складировать – весной под рассаду пригодятся.
– Подойдет. Земля есть?
– Есть, там были только большие пакеты, я брала с запасом.
– Ну и чудненько.
Нашла старый поднос и выставила на него рядком будущие вместилища под рассаду:
– Пойду, гвоздем сделаю отверстия.
Прихватила плоскогубцы и большой гвоздь (все, как советовала та же агрономша), ушла на кухню. К счастью, там было пусто. Открыла форточку, зажгла малую конфорку и нагрела докрасна гвоздь, ухватив его пассатижами. Дырявить баночки оказалось даже весело: гвоздь упирался в пластик, который под напором жара и давления вдруг оплывал, словно сливочное масло, и наконец, с шипением и вонючим клубком дыма проплавлялся в дырку. Сметанные банки поддавались туже, йогуртовые – легче. Но через несколько минут все было готово. Прибралась и хорошенько проветрила помещение, вернулась и наполнила баночки грунтом.