Сдвиг по фазе

Дебби принимает приглашение, и я, приготовив ей кофе, устраиваюсь напротив. Снова смотрю на часы, и положение стрелок подсказывает естественный вопрос:
— Разве ты не должна сейчас быть на работе?
— Собственно, именно поэтому я здесь, — сконфуженно отвечает женщина. — Когда я пришла в «Здравый ум», там уже околачивался Джеральд, а с ним трое полицейских.
— О, вот как. Зачем они пришли?
— Этого я не знаю, потому что меня попросили погулять часок. Я попыталась добиться объяснений, но Джеральд сказал только, что это связано с полицейским расследованием. А когда я уже стояла в дверях, из твоего кабинета вышел полицейский, и он нес компьютер, я решила, что тебе не помешает это узнать.
— За каким чертом им понадобился мой компьютер?
— Без понятия, Дэвид. Я надеялась, ты объяснишь мне.
Не стал бы утверждать, что тон у Дебби обвиняющий, но в нем определенно сквозит недоверие.
— Дебби, как долго мы знакомы?
— Четыре года, а то и все пять.
— И за все это время говорил ли я, или делал, что-либо… Хоть что-нибудь, что указывает на обоснованность этого обвинения?
— Нет.
— Я всегда считал тебя другом, а друзья обычно доверяют друг другу. Поэтому мне важно, чтобы ты поверила мне — я ничего такого не совершал. Вообще ничего.
— Зачем же тогда полиция изъяла твой компьютер? Ты должен понимать, как это выглядит со стороны.
— Не знаю, Дебби. Могу лишь сказать, что у меня… У меня возникли проблемы с одним человеком, и он хочет положить конец моей карьере.
— Да кому же это могло понадобиться, и зачем?
— Лучше мне не вдаваться в подробности, не в последнюю очередь просто потому, что не хочу вовлекать тебя в еще одну неоднозначную ситуацию.
Лишь по завершении фразы до меня доходит, какой в ней скрывается подтекст.
— Ты злишься, что я доложила о тебе?
— Вовсе нет. Я прекрасно понимаю, что ты обязана была сообщить Джеральду о моем аресте.
— Прости.
— Не извиняйся. Я знаю, что в первую очередь ты руководствовалась интересами «Здравого ума».
— Спасибо. Скажу честно, у меня возникли подозрения.
— Давай больше не будем об этом.
Она в ответ выдавливает улыбку и спрашивает:
— А ты заявлял в полицию?
— О чем?
— О том человеке, который хочет положить конец твоей карьере?
— Все не так просто. Пожалуйста, не пойми меня превратно, но я предпочел бы не затрагивать эту тему. Скажу лишь, что пытаюсь решить эту проблему.
— Я искренне надеюсь, что ты скоро со всем разберешься. Мы скучаем по тебе.
— Скучаете или нуждаетесь во мне?
— И то, и другое. Мы очень загружены работой.
— Мне так хотелось бы помочь, но ты же знаешь Джеральда, он педант по части правил и запретил мне работать до завершения расследования. Впрочем, судя по твоему рассказу, дела у полиции идут не ахти, коли они решили перетрясти мой компьютер.
— Думаю, они еще обыскали твой кабинет.
— Да ради бога, — пожимаю я плечами. — Они все равно ничего не найдут, потому что там нечего находить. Пожалуй, это даже и к лучшему, если поможет восстановить мое доброе имя.
— Надеюсь, ты прав.
— В какой части? Что ничего не найдут или что поможет восстановить мою репутацию?
Дебби розовеет и сосредотачивается на кофе.
— Прости, — бормочу я. — Я вовсе не хотел… Неделька выдалась у меня нелегкой.
— Я все понимаю и, чтоб ты знал, я надеюсь, что они вскоре восстановят твое доброе имя.
— Спасибо.
Затем Дебби осведомляется насчет Лии, не путаюсь ли я в своем вынужденном отпуске у нее под ногами. Я заверяю коллегу, что здесь сложностей нет, поскольку жена гостит у моих родителей. Мы продолжаем болтать о всяких пустяках, пока не подходит к концу выделенный Дебби час.
— Наверное, мне пора, — говорит она. — А то Джеральд, чего доброго, доложит в правление о моем нарушении трудовой дисциплины.
— Я провожу тебя.
Уже буквально в дверях Дебби кое о чем вспоминает:
— Ах да, ты должен мне ланч!
— Вот как?
— Ну да, мы спорили, забыл?
— Прости, совершенно вылетело из головы…
— Помнишь, на прошлой неделе у нас был клиент, такой нервный парень. Еще пришел без предварительной записи и через десять минут удрал из твоего кабинета?
 
— Хм, что-то… Погоди, ты про Камерона Гейла?
— Про него самого. В общем, вчера днем он снова объявился, так что ты должен мне ланч.
Сердце у меня немедленно вознамеривается выпрыгнуть из груди, и я рукой перегораживаю Дебби путь и выпаливаю:
— А вот это важно! Расскажи мне, что именно произошло!
— Зачем тебе это?
— Потому что именно из-за Камерона Гейла моя карьера оказалась под угрозой. Он связан с человеком, ответственным за ложное обвинение.
Женщина опускает взгляд.
— Даже не знаю, Дэвид, мне как-то неудобно обсуждать клиентов, когда… Ну, ты же понимаешь… когда официально ты отстранен от работы.
— Дебби, ну пожалуйста! — умоляю я. — То, что случилось со мной, может произойти с каждым, включая и тебя! Чтобы не запятнать репутацию нашей организации, мне необходимо восстановить свое честное имя, и Камерон Гейл — ключ к этому. Пожалуйста!
— Что ты хочешь знать?
— Что именно произошло во время его визита?
— Состояние у него было почти такое же, как и в первый раз. Он спросил тебя, но я сказала, что ты в отпуске, и предложила записать на прием к другому психотерапевту.
— И?
— Он опять мямлил про курс реабилитации. Я ответила, что сейчас обсудить это не с кем, и пообещала попросить Марка перезвонить ему в тот же день. Потом ввела его данные в наш реестр…
— Его данные? — перебиваю я.
— Да, все как полагается — полное имя, адрес, телефон.
— Можешь их вспомнить?
— Ты смеешься, что ли? У меня и в лучшие времена голова другим забита.
— Да, конечно, прости…
— Могу только сказать, что у него, похоже, проблемы с памятью. Насчет адреса он был не уверен, а номер ему пришлось смотреть в телефоне.
— У него был мобильник?
— Да, дешевый одноразовый, как у наркодилера.
Значит, Камерон нашел бюджетную замену потерянному айфону.
— Так-так. И он не мог вспомнить собственный номер, говоришь?
— Ох, никак. Я даже пошутила, мол, никто не помнит собственный номер. Он пробурчал, что телефон новый, потому и номер тоже.
— Мне нужен его телефонный номер и адрес!
Снова взгляд в пол.
— Дэвид, я не могу дать тебе адрес. Меня уволят, если поймают.
— Дебс, я в отчаянном положении! Пожалуйста!
Несколько мучительных секунд она обдумывает мою просьбу.
— Я могу дать номер, но только не адрес. Это слишком рискованно.
— Уже что-то! Я во что бы то ни стало должен найти его.
— Я перешлю тебе номер, но с одним условием.
— Говори же!
— Пообещай, что не выдашь меня.
— Жизнью клянусь, никто не узнает!
— Хорошо, как приду, сразу же вышлю. Если выдастся такая возможность, конечно же.
Это совершенно не в моем характере, но я наклоняюсь и чмокаю Дебби в щеку.
— Ты моя спасительница, Дебс, и я этого никогда не забуду!
— Уж постарайся. Ты уже должен мне ланч.
— Если это поможет мне оправдаться, я с радостью буду покупать тебе ланч целый месяц!
— Ловлю на слове.
Наконец, она уходит, и я возвращаюсь на кухню. Из-за волнения не могу даже сидеть, и в ожидании сообщения от Дебби мечусь по кухне. И все еще жду да вышагиваю туда-сюда, когда в дверь снова звонят Настенные часы говорят, что самое время для визита Клемента, и я бросаюсь в прихожую.
Часы не ошиблись.
— Доброе утро, док.
— Входите же. У меня новости.
На кухне Клемент без приглашения усаживается за стол. Меня же так и распирает:
— Я вышел на след Камерона Гейла!
— Того парнишки-химика?
— Да.
Вкратце пересказываю Клементу разговор с Дебби.
— Какой же это след? Что нам толку от телефонного номера?
— Я поговорю с ним. Он больше других знает о махинациях Кингс… Рейнота.