Что было – то прошло (ЛП)

— Я собираюсь помочь тебе.
— Спасибо, но я уверен, что у тебя есть дела поважнее, — говорит он.
У меня не хватает духу объяснять, что этот разговор станет кульминацией моего вечера.
Это грустно?
Нет, конечно нет. Я в своей зоне!
— Это важно , Мэтью.
Я достаю один из своих шаблонов презентаций и смотрю на него.
— Покажи, что ты получила.
Бар наполняется смехом и громкими разговорами. Мы сидим вместе в течение нескольких часов, пока толпа превращается из грязных дневных пьяниц в счастливые часы в Мидтауне.
Два бокала вина, наконец, добрались до меня, и ревущий звук вызывает гул в передней части моей головы. Снаружи голубое небо начинает тускнеть.
Я реорганизую оставшуюся часть маркетинговой презентации Plastech и отправляю Мэтью.
Во время нашего разговора я полностью пересмотрела их миссию и адаптировала их цели по сбору средств, чтобы помочь им продолжить работу, на которой они уже сосредоточены. Мэтью обладает обширными знаниями о фирмах венчурного капитала и более традиционных методах сбора средств, но Plastech не пытался собрать деньги через индивидуальных доноров и благотворительные семейные офисы. Изменения, которые я внесла, помогут им в этом.
— Все дело в том, как ты представляешь информацию, — объясняю я. — Plastech действительно может внести изменения. Тебе просто нужно показать это своим инвесторам.
— Это невероятно!
— Посмотри вместе со своей командой, но ты должен быть в хорошей форме.
— Большое спасибо, Эйвери. Я твой должник.
— Незачто. — Я улыбаюсь. — Рада помочь.
Мэтью лучезарно смотрит на меня, словно загипнотизированный информацией, которую я предоставила о внутренней работе сбора средств. Он отпивает свой напиток и лезет в задний карман за бумажником.
— Я знаю, что ты ждешь ORO, — говорит он, протягивая визитную карточку со своим полным именем и номером телефона, — но если ты когда-нибудь заинтересуешься, Plastech будет рад видеть тебя на борту.
Я медлю, прежде чем взять у него карточку. Я пока не готова отказаться от ORO, но новая связь никогда не помешает.
— Удачи, — говорю я ему.
Я поднимаюсь по последним ступеням к своей дорожке на четвертом этаже и глубоко пересматриваю заявление Лили о том, что тренировка ягодичных мышц стоила того, чтобы подняться, когда мы договорились арендовать это место.
Я скинула свои туфли двумя этажами ниже из-за полного истощения, решив вместо этого нести их.
Волдырь на моей ноге пульсирует.
Моя голова сильно кружится от нехватки кислорода, когда я втыкаю ключи в входную дверь. Эта штука никогда не открывается с первого раза. После нескольких минут борьбы с дверной ручкой я наконец наткнулась на свою квартиру.
Мы с Лили переехали сюда в феврале, заключив невероятную сделку по покупке двухкомнатной квартиры в Верхнем Ист-Сайде. Несмотря на свои несколько миниатюрные размеры, это особняк по сравнению с крошечной квартирой-студией, которую мы делили в течение двух лет, когда впервые переехали в Нью-Йорк. В нашем новом доме есть большая кухня шеф-повара, где я время от времени выпекаю. Улица, на которой находится наш дом из коричневого камня, находится достаточно близко к Центральному парку, где я могу совершать утренние пробежки, и рядом с работой Лили в «Мадемуазель».
Посередине комнаты стоит массивный бережливый диван рядом с винтажным кофейным столиком из тикового дерева. Коллекция растений выстилает подоконники и украшает медиаблок, который поддерживает наш маленький телевизор в углу. На бежевой стене висит одна из папиных фотографий. Большое океанское пространство с парой дельфинов на горизонте. Они одни из немногих существ в дикой природе, которые создают пары на всю жизнь.
Ха, может быть, это я и Лили — платонические партнеры на всю жизнь.
Наши спальни находятся по обеим сторонам квартиры, что обеспечивает уединение в довольно небольшом пространстве. Не то чтобы мне нужно было много уединения. Я провожу здесь большинство ночей в одиночестве.
 
Моя сумка падает на деревянный пол, и я стаскиваю с Молли блузку. Мой желудок урчит от голода, поэтому я оглядываю кухню. На прилавке стоит белая коробка среднего размера с бантом.
Этого здесь не было сегодня утром.
На аккуратно завернутой коробке лежит небольшая карточка для заметок.
Поздравляю с успешным завершением собеседования! Извини, мне пришлось остаться в баре.
С любовью, Лили.
Я вздыхаю.
Лили и я собирались пересмотреть наш любимый сериал за пинтой мороженого сегодня вечером.
Я открываю коробку и вижу полдюжины прекрасно украшенных кексов с извинениями в оттенках синего и зеленого, чтобы соответствовать цветам ORO. Тепло проникает в мою тесную грудь. Я пытаюсь улыбаться и игнорировать грустное чувство, что скучаю по другу.
Это отлично.
Я не могу расстраиваться из-за Лили. Конечно, работа должна быть на первом месте. Я беру один из своих утешительных призов и откусываю воздушный пирог с густой глазурью из масляного крема.
Эйвери: 3 — Невезение: 1
Лили до сих пор заслуживает награду как лучшая подруга века. Я делаю мысленную пометку, что если я получу работу в ORO, я использую первую зарплату, чтобы купить ей ту пушистую черную сумочку, которую она присматривала.
Я беру коробку с кексами в руки и несу ее на диван. Я откусываю еще кусочек и смотрю на свой телефон, ожидая, что он зазвонит с хорошими новостями. Может быть, Джоанна позвонит мне завтра и предложит щедрую работу. Мы будем болтать так, как беседуют подопечный и наставник, о том, как нас укачало путешествие в Антарктиду, и о том, как моя стратегия по сбору средств выведет ORO на новый уровень.
Но даже если это ужасные новости, я надеюсь, что позвонит Джоанна, чтобы я могла сказать ей, как много для меня значит ее работа. Или, может быть, Молли. Честно говоря, любой был бы лучше, чем бессердечный костюм.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
ЛУКА
— Ох, нет, нет, нет, нет.
Панический голос эхом раздается в моем угловом кабинете, отвлекая меня от последних отчетов по проекту.
Часы показывают 6:00 утра
Кто, черт возьми, в офисе в этот час?
Я откатываюсь от своего стола и выхожу из кабинета, чтобы пройти по коридорам на шум. Визги прекращаются, но, кажется, исходили они с противоположной стороны нашего этажа. Я мог бы вернуться к своему столу, но что, если кто-то пострадал?
Мои родители научили меня всегда протягивать руку помощи.
Тридцать один год спустя, возможно, мне это не нравится, но я не могу обуздать свой добрый инстинкт.
Лаборатории освещает раннее утреннее солнце, и я ищу источник помех, но ничего необычного не происходит.
Я никак не мог представить себе все это.
Я пробираюсь мимо утяжеленной двери в исследовательское крыло. Район устрашающе тихий, если не считать слабого царапания.
Лучше бы здесь не было крыс.
Я беру металлическую штуковину с одного из больших стальных столов, заваленных грудами переполненных папок.
Защита в первую очередь.
Мой взгляд останавливается на маленьком ботинке, выглядывающем из-за стального шкафа.
Хорошо. Определенно не крыса.
Я уже вижу заголовки: в ORO убита женщина, подозревается только новый главный операционный директор.
Я понижаю голос. — Привет?
Громкий звук высокой частоты окутывает комнату.
— Ааааа, — визжу я в ответ.
Неужели этот крик действительно только что вырвался из меня?
Ученый высовывает голову из-за шкафа. — О, это только вы, мистер Наварро…
Я такой пугающий?
Я подхожу ближе к доктору Хане Клермонт, одному из главных исследователей ORO. Лабораторный халат накидывается ей на плечи, прикрывая пару пижамных штанов с анималистичным принтом.
Потому что зачем еще кому-то носить штаны с нарисованными на них кошками, если они не пижамы?