Мой безумный Новый год (СИ)

- Господи, Лера… - Костя прижимает меня к себе, сгребает в охапку с такой силой, что мне становится трудно дышать. Но удивительным образом, это помогает. Слёзы наконец находят выход и стремительно катятся по моим щекам, принося кратковременное облегчение.
- Знаешь… я ведь поцеловалась почти самая последняя из своих одноклассниц. У подъезда. Такой робкий, почти невинный поцелуй, ну и немного неуклюжий, как это часто бывает. Тётка это увидела, - замолкаю и мыслями переношусь в тот день. Вспоминаю налитые кровью глаза тёти. Ощущаю, как меня снова бросает в холодную дрожь от резких, несправедливых слов, которыми она стала осыпать меня дома. И тот жуткий, парализующий страх, когда она повалила меня на пол, схватила за волосы и … острую боль до помутнения в сознании, которая последовала после. – Как ты уже догадываешься, ей это не понравилось – меня пару раз приложили головой об батарею. А потом растолковали какая я на самом деле шл**а и почему. Ну и дальнейший мой путь она тоже очень хорошо расписала. Знаешь, что она тогда сказала? Достаточно просто посмотреть на меня и сразу станет понятно, что из меня вырастет. Потому что такие, как я, ни на что не годны – только раздвигать ноги перед мужиками, чтобы потом увести их семьи.
- Бл**ь, Лера! Извини, но это просто бредни придурошной тетки, которая под конец жизни пропила свои мозги!! – рявкнул Костя, встряхивая меня за плечи и заставляя посмотреть в его каре-зелёный омут, который сейчас горел праведным гневом. - Только не говори, что ты серьёзно в это во всё веришь?!
- А разве по итогу она оказалась не права? – у меня вырывается нервный смех. Хотя на самом деле мне не смешно. Потому что эту истину я сформулировала только сейчас, разговаривая с Захаровым. Я действительно живу так, как когда-то мне предсказывала тётка. Я ведь не хотела связываться с Костей. Я боялась его, как огня, боялась сближения. Боялась наступить на те же грабли и… всё равно на них наступила. Единственное, что я пока не сделала, из того, что мне пророчили – я так никого и не увела из семьи. – Ты ведь в курсе, что я уже встречалась с женатиком. И он тоже катался ко мне из другого города. Интересное совпадение, не правда ли?
- Херовый у тебя сравнительный анализ, Лер! - пробурчал Костя, воинственно сводя брови на переносице, - У нас с тобой совершенно другая ситуация. Я тебя не обманываю – это раз. У меня нет детей – это два.
- Пока нет детей, - заметила я. – Будь у тебя дети, я бы с тобой не связалась.
 Глава 52 
Память услужливо шелестела страницами прошлого, вновь и вновь заставляя меня мысленно погружаться в тот важный разговор с Костей. Пожалуй, эта была наивысшая точка нашего сближения – никогда прежде я так не обнажала перед ним свою душу. И после ничего подобного между нами никогда не было. Разве что сейчас, среди заснеженных елей, в маленьком сибирском городке. Но здесь уже по числу откровений солировал Костя, а я в основном молчала. Потому что моя душа вновь начала понемногу покрываться ледяной коркой. И через неё было ни пробиться, ни достучаться. И чувствам, что остались там внутри за этой стеной из люда и холода, тоже не было выхода. И не было сил сказать те самые важные слова, которые так от меня ждал Захаров.
Ты. Мне. Нужен.
Потому что всё это уже было бессмысленно.
- Лер, просто говори мне о том, что для тебя важно. Хорошо? – попросил меня Костя в ту тяжёлую ночь, наполненную слезами и откровениями прошлого.
Просто говори.
Но зачем? Что бы это изменило? Даже если я бы научилась говорить ему, что у меня на душе – разве это могло исправить тот факт, что он женат? Что его жена, и его семья всегда будут в приоритете? Зачем привязываться, тешить себя несбыточными мечтами, чтобы потом вновь собирать себя по частям после очередного разочарования?
Так уж повелось, что мужчины в моей жизни никогда не задерживались. Кого-то забирала смерть, кто-то уходил сам из-за своей трусости. Кого-то мне пришлось оставить самой, подарив осколки своего сердца и последней надежды, что я всё-таки могу быть счастлива. Банально по-женски счастлива – когда ты любишь и любима, и «просто милый рядом», как пелось в известной старой песне. Но рядом – это точно было не про нас с Костей. Как, впрочем, и любовь – именно так я думала многие годы. И жестоко ошибалась.
 
И вот сейчас он готов быть рядом. И любовь… она тоже есть. Та самая любовь, которую я не могла поставить вместе с Захаровым в одно предложение. Вот только этого уже было недостаточно. Роковая несвоевременность – это то, что можно сказать про наши странные отношения с Костей. Когда счастье могло стать явью, если бы не тысяча «но»…
- Слишком много ошибок, Кость, - тихо говорю я. – Слишком много недомолвок, недопонимания между нами, слишком много упущенных возможностей. Я не вижу здесь никакого выхода.
- Лер, можно просто обнулиться. И строить все заново. Вместе – ты и я.
- Поправочка – ты, я и где-то неподалеку твоя бывшая жена с ребенком. Отличный план, Кость! – не могу удержаться я от сарказма.
- Лер, я не хотел вмешивать в этот наш разговор ещё и тему Крис, - Захаров тяжело вздыхает. Медленно, тщательно выверяя каждое слово, пытается донести до меня свою мысль - Но я хочу, чтобы ты знала: Кристина – не тот человек, который умеет нести ответственность за свою собственную жизнь. Про жизнь и воспитание ребенка я вообще молчу… Ты даже не сможешь представить всю степень её глупости и инфантилизма.
- Кость, да будь она хоть трижды безответственной дурой, это не изменит того факта, что она мать! Точнее, что она ей будет!
- Да уж, будет… - горько смеется Захаров, качая головой.
И мне тоже невыносимо горько от того, что все именно так. И горечь эта будто бы уже пропитала каждую клеточку моего тела. Вдвоем из этого тупика нам было не выйти. Только по отдельности – в разные стороны, подальше друг от друга.
- Лер, я бы очень хотел, чтобы в моей жизни всё шло по стандартному сценарию. Но прости – приходится работать с тем, что есть. Мне уже заранее жаль этого ребенка. Потому что он зачем-то выбрал такую семью, как наша с Крис. Мать… Лер, я точно знаю, что смогу дать ребенку гораздо больше, чем Кристина.
- А мне какая отводится в этом роль? Злобной мачехи, которая увела из семьи отца и лишила ребенка родной матери?! Пускай даже плохой и безответственной… - непонимающе уставилась я на Захарова, всё больше сомневаясь в его адекватности. Потому что предлагать мне такое, зная весь мой багаж из прошлого – самонадеянно и глупо. А ещё довольно жестоко. Неужели он этого до сих пор так и не понял?! – Растить твоего ребенка вместе? Ты мне это предлагаешь, да? А ты подумал о том, что я, возможно, никогда не смогу его принять? Никогда не смогу по-настоящему полюбить? Хочешь, чтобы я его возненавидела через какое-то время? Так же, как когда-то возненавидели меня?!
- Лер, не надо смешивать прошлое и настоящее! Это совершенно разные ситуации!
- Нет, Кость. Не надо нам продолжать этот бессмысленный разговор, - отступаю на шаг назад, смахиваю с лица слёзы. Пока мы с Захаровым выясняли отношения, небесная канцелярия разбушевалась ни на шутку, решив засыпать серебром всю округу. Крупные, пушистые снежинки таяли на моих щеках, смешиваясь со слезами. Красивое и одновременно грустное зрелище. – Есть вещи, которые для меня недопустимы! Кость, я росла без родителей, потому что так сложились обстоятельства. Но я не хочу быть тем человеком, который своими руками разрушит семью и лишит ребенка одного из родителей. И я не могу взять на себя ответственность за ребенка, зная, что у меня в душе нет ни грамма любви к нему. Я просто не могу… И если ты и правда меня любишь, то не проси меня об этом. Если ты хотя бы немножко испытываешь те чувства, о которых мне говорил – уходи. Не мучай себя, Кость. Не мучай меня. Дай мне просто улететь домой и хоть как-то попытаться собрать себя заново и встретить это чёртов Новый год…