Его право, или Замуж за ледяного командора (СИ)
— Долго же ты решалась, — прорычал командор, вырывая из полусна размышлений.
— А ты тянул с признанием, — заметила, отвечая на страстные ласки.
Он подхватил меня под ягодицы, ближе притиснул к твердому паху и припал к шее, покрывая ее поцелуями и прикусывая за кожу:
— Хотел убедиться, что не предашь. Что вопреки всему сохранишь наших детей. И… станешь моей.
Его голос поразил непривычной мягкостью и рычащими переливами. Жадные умелые руки ласкали мои ноги и бедра, скользили по телу, изучая каждую впадинку и бугорок. Затем стиснули холмики грудей под эластичным комбинезоном. Облегающая ткань буквально треснула под стремительным напором и расползлась.
Когда теплые мужские ладони накрыли обнаженную грудь, я выгнулась, прошитая ударом электрического заряда. С Дарланом кроме редких физических отношений нас ничего не связывало, тем фантастичней было ощущать то единение душ, объединяющее меня и Арктура.
Теперь моё будущее неразрывно связано с иллиданом. И пусть поначалу он был не рад свалившейся на голову беременной землянке — впустив меня в свою жизнь, рисковал дракон исключительно — собой.
Оценив его благородство, стиснула мужчину за плечи:
— Поцелуй меня.
— Просишь сама?
— Да.
В утробном рыке чувствовалась улыбка.
Столько огня и страсти. Желания и решительности. Наш второй поцелуй в пустой пульт-гостиной напоминал безудержный ураган. Дракон сминал мои губы, царапал клыками, упивался их сладостью и, чего уж скрывать — неопытностью и робостью.
Страх близости с малознакомым командором плавно таял. Напористые действия Арктура были пронизаны жаждой обладания. Избавив меня от комбинезона, он сбросил форменную куртку со множеством нашивок. От рубахи его избавила я, а потом опять взялась за ремень.
Сначала, прилипнув к теплой коже дракона, я оценила его шелковистую гладкость. Ни единого волоска. Его тело напоминало рельефный камень — упругое, твердое, словно сталь. Мышцы так и бугрятся, разжигая в душе азарт исследователя.
— Хотела узнать, каково это… быть с иллиданом? — Усмехнулся Бринэйн и приник губами к моей розовой вершинке. Движения языка распалили ноющий комок, тугим узлом свернувшийся внизу живота.
Касаясь ладонями широких плеч, чувствуя, как нагревается гладкая кожа, и напрягаются стальные мускулы, мстительно заметила:
— Так покажи — на что способен.
Арктур все сильнее терся между моих ног, вдавливая внушительным весом в мягкий диванчик. Утробный рык хищника подсказал, он больше не может сдерживаться. Слияние было подобно ослепительной вспышке. Арктур не преувеличил, сказав, что размером иллиданы превосходят земных мужчин. Я задохнулась от нахлынувших ощущений. Такой большой и горячий…
Даже не верится, что этот мужчина принадлежит мне одной.
«И нам тоже, мамочка», — послышался отдаленный шепот близнецов.
Как и я, они купались в волнах удовольствия, хоть и не понимали, чем именно был вызван жаркий всплеск. Просто «питались» энергией и положительными эмоциями мамы и папы, и были счастливы.
Арктур, зарычав, продвинулся вглубь меня, возбуждая и заставляя самой подаваться бедрами ему навстречу. Его пальцы ласкали мои скулы, шею и плечи. Губы парили над губами. А стоило дракону начать движение мощными уверенными толчками, забыла обо всем.
Закрыв глаза, слушала утробное рычание своего командора, который вдавливая собой в бархатистую обивку, ритмично двигался во мне. Я наслаждалась новыми ощущениями, чувствуя его тепло, дыхание, жажду и даже в какой-то момент испугалась, что невероятная волна наслаждения захлестнёт с головой.
Когда стон удовольствия утонул в довольном драконьем рыке — на смену эйфории нахлынули усталость и слабость. Прижалась губами к его предплечью и прошептала:
— И как я жила без тебя.
Арктур бросил на меня внимательный взгляд и впервые за время нашего знакомства рассмеялся. Радужки бились пламенем. Лицо все так же сурово. Но при этом он смотрел с такой нежностью, так крепко сжимал в объятиях, что захотелось расплакаться.
— Я бы всё равно разыскал свою дейану, — пообещал уверенно.
— Из-за детей?
Хлюпнула носом. Не знаю, что на меня нашло.
Новый хрипловатый смех и яркий огонь в нечеловеческих глазах.
— Нет, — его ласковые, нежные поцелуи покрывают лицо, шею и грудь, — потому что ты моя половинка.
— Но ты не слышал мой «зов», — заметила, зарываясь в мужские волосы и исследуя тугое плетение косы. — И вряд ли услышишь.
— И не надо. Свой выбор я сделал.
Мы еще некоторое время не двигались.
Я, из-за нахлынувших чувств, глотала слезы, а он собирал их губами с щек, скул, подбородка и улыбался. Потом скатился на диван и сразу прижал к своему боку. Пламенный взгляд обежал мое тело и остановился на опухших после поцелуев губах. Снова хочет меня?
Я протянула руку и тонкими пальцами прошлась по овалу его идеального лица в нежной ласке. Вопрос сорвался с губ неожиданно:
— Что иллиданы обычно делают после близости с любимой?
— Заключают ее в объятия и засыпают, — ответил, не думая ни секунды.
Твердый, уверенный тон успокоил. Чувствуя себя в полной безопасности, зная, что мой мужчина никуда не уйдёт и не бросит одну, уткнулась носом в мужскую грудь и, проваливаясь в сон, пробормотала:
— Совсем как люди.
Глава 22
Я почувствовала, как Арктур навис надо мной, склоняясь к губам и одаривая неуловимым поцелуем. Потом прижался к боку, обхватил руками за талию и потерся щекой о предплечье.
— Знаю, что уже проснулась. С добрым утром, единственная.
Тяжелая большая ладонь нежным поглаживанием прошлась по плечу и легла на грудь.
А мне вдруг стало неловко. Прошлой ночью, занимаясь с ним любовью на узком диванчике в самом центре пульт-гостиной, я смущения не испытывала. И потом, когда мы лежали обнаженные, обнимая друг друга, а в соседних коридорах ходил и переговаривался экипаж. А сейчас вдруг сильно смутилась, не в силах посмотреть правде в глаза. Я влюбилась в командора иллиданского флота. Ношу его детей и вчера, отдавшись этому мужчине, признала своим законным мужем.
— Давно пора, — раздался над ухом довольный хриплый шепот.
Опять считал мои мысли?
От неожиданности веки распахнулись, и я утонула в пламенном взгляде, предназначенном мне одной. Опираясь на локоть, Арктур нависал сверху и внимательно меня рассматривал, запоминая каждую черточку, штрих и родинку, а потом протянул руку и погладил щеку костяшками пальцев.
— Как себя чувствуешь?
Намек был понятен. Иллиданы физиологически не отличаются от людей, кроме одной маленькой детали. Размером. Вчера я познала это на собственном опыте и, надо заметить, оценила по достоинству. Настолько яркое, сводящее с ума наслаждение пережила впервые в жизни и по-прежнему дрожала от впечатлений.
— Ничего не болит? — Добавил он.
— Нет, — улыбнулась, все еще немного смущаясь, и легла на спину, позволяя ему устроиться сверху и сжать в крепких объятиях. — Наоборот понравилось.
— Что именно? — Арктур прикоснулся к моим губам в нежном поцелуе.
— Быть с тобой. Пусть даже в не самых комфортных условиях.
— Извини. — Дракон зарылся лицом в гриву рассыпанных по обивке волос цвета темного шоколада. — Я виноват.
Искренне удивилась.
Ледяная невозмутимая «глыба» испытывает чувство вины?
— В чем?
— В том, что всё случилось прямо тут. На этом жестком неудобном диване, без должных ухаживаний. Я как последний шарх накинулся на тебя, не в состоянии сдержаться. Боялся, что могу поранить тебя. Контролировал порывы, но все равно потерял голову и сорвался. Знаешь, Снежана, — он погладил мои плечи руками, словно извиняясь, — со мной такое впервые.
— Это потому, что ношу твоих детей?
— Нет, — в голосе командора прорезалась сталь. — Близнецы — бесценны. Но я реагирую не на них, дейана. А на тебя. Остро, безудержно, будто ты… моя пара.
Признание согрело сердце теплом. Хотя мы оба знали, я ему не эйльнара.