Убийца магов (СИ)

И мы отправились в ресторан.
Местечко оказалось миленькое и тихое. Заказали кто что. Я взял плов. Пока ждали, делились впечатлениями от экзаменов. Только Стефания говорила совсем мало, больше отмалчивалась и старалась на меня не глядеть. Стесняшка, что ли?
— А у тебя кто был председателем, Вов? — спросила Марина, уплетая отбивную со спагетти.
— Понятия не имею, — ответил я. — Какой-то мужик.
— Наверное, профессор Викулов, — сказала Потёмкина. — Я слышала, он был на экзамене. Толстый такой, да?
— Ну, не худенький, — согласился я.
— Тебе повезло, — сказала Назарова. — Его слово имеет большой вес.
— Ой, да ему вообще не о чем беспокоиться! — махнула вилкой Анастасия. — Все знают, что парней берут в первую очередь. Тем более, на филфак. Надо постараться, чтобы пролететь.
— Ну, вряд ли прямо так, — сказал я.
— Да именно так, — решительно ответила девушка. — Парней на филфаке всегда мало. Кстати, почему ты пошёл туда?
Я пожал плечами.
— Люблю литературу.
Технические науки мне тоже нравились, но только как прикладные. Он нужны мне были для работы с машиной и изучения местных технологий, но ими я мог заниматься и дома. Впрочем, как и литературой. Если подумать, я пошёл на филфак просто, чтобы иметь высшее образование. В среде аристократии это считалось хорошим тоном. Если у тебя есть диплом, тебя воспринимают всерьёз.
Кроме того, учёные степени открывали доступ к запрещённым для широкой публики книжным фондам. Несмотря на публичные сожжения гримуаров, большая часть сохранялась хотя бы в нескольких экземплярах для изучения. И, если ты писал соответствующую научную работы, ты мог их увидеть. Конечно, не все. Были книги, о существовании которых знали только высшие отцы Церкви и тайных служб. Но многое всё же становилось доступным.
Разумеется, за прошедшие годы я изучил немалую часть имеющихся трудов по магии. Что-то нашлось в библиотеке Оболонских, что-то — у Шереметева.
Большинство гримуаров были копиями или вторичными работами. Но имелись и те, что считались оригиналами, написанными так называемыми Провидцами или Языками — колдунами, которые якобы получили тексты заклинаний от самих демонов, ставящих на сердца Печати. Не знаю, правда это или нет, но формулы работали. И чем больше их знал чародей, тем сильнее становился. Меня, конечно, это не ограничивало, так как нужные заклятия были мне и так известно. Однако изучать старые книги было всё равно любопытно. В основном, потому что хотелось выяснить, откуда же эти сведения взялись на самом деле. А выйти на какого-нибудь Провидца, если таковые существуют, было бы вообще шикарно.
Но ничего этого говорить девушкам я, конечно, не стал. К тому же, нашу беседу прервал телефонный звонок. Это был Никита.
— Прошу прощения, — сказал я. — Нужно ответить.
— Без проблем, — кивнула Марина. — Возвращайся.
Отойдя, я нажал на зелёную трубку.
— Алло. Как успехи?
— Отлично! У меня «пять», у Алёны — «четыре». Но это очень хороший результат. Там мало, кто тройки-то получил.
— Ну, поздравляю.
— А у тебя что?
— Пятёрка.
— Класс! Мы как раз освободились. Не хочешь подождать Макса вместе?
— Конечно. Вы сейчас где?
— Да тут в скверике сидим на лавочке. Мороженое трескаем.
Никита быстренько объяснил, как найти их в университетском парке.
— Хорошо, сейчас буду, — сказал я.
Отключившись, вернулся к новым знакомым.
— Прошу прощения, мне пора идти. Мои друзья сдали экзамен и ждут меня.
— О, как жаль! — расстроилась Назарова. — Мы только разговорились.
— Ещё успеем поболтать, — улыбнулся я. — Впереди два экзамена, а потом, если всё сложится, будем учиться вместе.
— А у тебя есть планы на лето? — быстро вставила Потёмкина. — Может, обменяемся телефонами?
— Конечно, с удовольствием.
Записав номера девушек и оставив им свой, я направился к выходу. Открыв дверь, неожиданно столкнулся с парой парней. Кажется, я их видел в коридоре, только они стояли в другую аудиторию.
— Смотри, куда прёшь! — огрызнулся один, высокий и широкоплечий, коротко стриженый блондин с россыпью веснушек и маленькими свиными глазками.
 
Похоже, ему сегодня не повезло. Впрочем, он и не походил на любителя литературы. Наверняка подал документы на филфак, потому что поступить на технический шансов вообще не было. Выходит, не совсем права была Потёмкина: совсем тупых никуда не берут, какого бы пола ты ни был.
— Могу посоветовать то же самое, — ответил я холодно.
— Чего⁈ — скривился парень. — А ну, повтори!
— Ты тупой или глухой? — улыбнулся я, прикидывая, какова вероятность, что этот придурок — аристократ.
— Давай-ка отойдём вон туда, — указал здоровяк на ближайший переулок. — И я тебе объясню, кто из нас слепой.
  
Глава 18
 
— Ты или вы оба? — ухмыльнулся я.
— Мне не нужна помощь, чтобы тебя отделать! — задрал подбородок атлет. — Мой друг просто постоит на стрёме, чтобы мне не помешали выбивать из тебя дух.
— Ну, тогда идём. Я как раз хотел размяться после долгого сидения.
Парень расхохотался и двинул в сторону переулка. Его приятель пошёл следом. Он остался на углу, а мы сделали десяток шагов и оказались в тени среди мусорных баков, которые заполняли расположенные поблизости рестораны.
— Ну, что, готов расстаться с зубами, дебил? — скривился здоровяк, хрустнув костяшками пальцев.
— Нападай, — приглашающе махнул я рукой.
— Как скажешь!
Издав короткий низкий рык, парень кинулся ко мне. Довольно быстро, надо отдать ему должное. Кулак просвистел перед моим лицом, словно кувалда. Отклонившись, я резко выбросил ногу, ударив противника в болевую точку чуть пониже бедренного сустава.
Мой противник выругался и сделал шаг назад. Охнул, нахмурился и снова ринулся в драку. Правда, уже не так ретиво: повреждённая нога подводила. Передо мной замелькали кулаки, но избегать попадания было не так трудно. Улучив момент, я врезал подъёмом стопы здоровяку в затылок. Он полетел вперёд и упал на выставленные руки. Ещё один удар пришёлся ему по рёбрам. Вскрикнув, мой соперник повалился на брюхо. Попытался встать, но упал обратно.
— Сука! — выдохнул он.
А затем задрал футболку и вытащил пистолет! Это было не по правилам, но его это явно не волновало. Здоровяк сдвинул предохранитель и взялся за затвор, чтобы послать патрон в ствол. Ждать этого я, конечно, не стал. Ударил носком ботинка снизу вверх, выбив оружие. Пушка отлетела к мусорным бакам. Наклонившись, быстро врезал парню в челюсть. Голова его мотнулась, глаза закатились, и он рухнул на асфальт, приложившись о него затылком.
Распрямившись, я повернул голову, чтобы посмотреть, что делает его приятель, и в этот момент раздался металлический лязг, а затем — тихий хлопок, что-то сильно ударило меня в бок, и я сразу ощутил жжение. А спустя миг увидел направленный на меня пистолет с глушителем.
Проклятье!
В голове мелькнуло, что это вовсе не случайная драка, а самое настоящее покушение! И эти двое явно дожидались, пока я выйду из ресторана, чтобы со мной столкнуться.
Хлопнул ещё один выстрел. На этот раз я успел отскочить, и пуля прошла мимо. Сложив пальцы в мудру, я прошептал заклинание, и с моих пальцев сорвалась молния. Она ударила второго убийцу одновременно с тем, как третья пуля вошла мне в бедро. Парень превратился в головешку и рухнул на асфальт. Поскольку он успел зайти в переулок, с улицы этого никто не заметил, но надо было убираться, причём быстро.
А с этим у меня как раз были проблемы. Из ран обильно текла кровь, и её нужно было остановить, пока я не потерял сознание. В то же время я не имел никакого желания отправиться в больницу, где пришлось бы объяснять, откуда у меня дырки в теле.
Кроме того, нельзя было оставлять свидетеля, который мог опознать меня — только не после того, как я использовал магию. Так что первым делом я подошёл к лежавшему без сознания здоровяку и вонзил вакидзаси ему в грудь. Парень захрипел, изогнулся в предсмертной судороге, засучил ногами и замер. Вытерев о его одежду клинок, я отковылял подальше и оказался во дворе-колодце. Из него попал в следующий, почти такой же. Чего-чего, а в подобных лабиринтах недостатка в центре столицы не было. Там я присел на землю, оторвал рукав рубашки и перетянул бедро. Затем соорудил тампон, который прижал к ране в боку.